– Еще сутки, если кочевники не нападут, – отвечать мне не хотелось. Язык и так еле-еле ворочался во рту.
Он обреченно присвистнул.
– А как насчет воды?
– Здесь нет воды. В городе напьешься.
– Да ты с ума, что ли сошла, девка? Мы передохнем здесь через пару часов! – он в сердцах стукнул свою кобылу кулаком между ушей. Лошадь вздрогнула, но больше не выказала никакой неприязни этого жеста – ей тоже безумно хотелось пить, и она берегла силы.
Купцы, не встревавшие в разговор, но все прекрасно слышавшие в этом пустынном безмолвии, недовольно заворчали, соглашаясь с Олиреном. Того и гляди, бунт поднимут. Надо с этим кончать. На протяжении всей дороги он только и делает, что подрывает мой авторитет, наивно полагая, что женщина не может быть воином. У меня на этот счет свое мнение.
Я резко развернула кобылу и внимательно окинула взглядом притихших от такого неожиданного внимания купцов. Ростон теребил повод своего жеребца, отдававшийся легким позвякиванием. Микор рылся в карманах, в поисках запасной фляги с водой, интересовавшей его, казалось, больше чем мое мнение, но настороженные уши, ловившие каждое слово, выдавали его с потрохами. Гендер же наоборот смотрел на меня в упор, почти не моргая, словно хотел испепелить на месте. Как будто солнце не сделает это за него!
– Это территория гуннов-кочевников. Здесь нет воды, нет крова, нет даже тени, где бы мы могли укрыться. Разве, что разрушенный город древних, но я не советую вам там оказаться. Тем более, остановиться на ночлег или сон. Эта пустыня не любит неженок и раззяв. Хотите воды? Езжайте на юг, через семь часов окажетесь в оазисе. Но я не поеду с вами, а поскачу прямо в Мартисел, и поставлю за вас свечку в храме.
Купцы переглянулись и затихли. Мое согласие отпустить их к оазису напугало больше, чем если бы сейчас выскочил передовой отряд гуннов и начал методично крошить всех в капусту. И дураку было понятно, что живыми до воды они не доберутся. Даже со мной.
Так называемый оазис был домом для пустынного клана филор. Девушки-цветы не любили чужаков и никого не пускали в свои поселения. Они оккупировали единственный источник воды на пути от переправы до Мартисела еще в незапамятные времена. Первые купцы, прокладывающие маршруты меж городами пропадали бесследно, решив свернуть с этого тракта. Уж лучше остаться без воды, чем без головы, так мне кажется.
Я развернулась и направила лошадь по прежнему маршруту, предварительно, сверившись с солнцем. Отлично, скоро жара спадет, и на ночь придется развести костер, чтобы согреться. Добраться бы только до ущелья.
Купцы нехотя поехали за мной. Еще бы! Моя уверенность в том, что я их проведу, была заразительней, чем мелкое подзаборное тявканье Олирена, который, поколебавшись, тоже присоединился к общей группе, заняв почетное последнее место.
Но спокойно предаваться горестным мыслям о скорой смерти от жажды мне не дали. Ростон пнул своего коня, заставив поравняться с моей чалой.
– Лирра, а ты не боишься?
Я повернулась к нему лицом, удивленно приподняв бровь.
– Чего?
– Смерти. В прошлый раз ты одна вернулась, а тот караван был в три раза больше нашего.
– Больше караван, больше проблем, – я покосилась назад, на Олирена.
– Неужели совсем нет страха? Я слышал, лекари не смогли тебе помочь, пришлось просить магов.
– Да. Помолчи, – в этом отряде обо мне болтали и не такое, но сейчас меня больше привлек сторонний звук.
Я натянула поводья и подняла вверх правую руку, принуждая караван остановиться. Кажется, не послышалось.
Слева от нас множились неясные точки, вокруг которых клубами вилась пыль. Проклятые гунны! На этих бескрайних просторах нас расстреляют, словно призовые мишени!
– За мной! – я пришпорила лошадь, да так сильно, что она сорвалась с места в карьер, и понесла, не разбирая дороги. Купцы, радеющие больше за свои шкуры, чем за сохранность товаров не отставали. Я оглядела горизонт. Ну, где же? Мы уже должны были доехать! Вот.
Оранжевые утесы показались чуть правее. Значит я слишком забрала на восток. Поспешно поправив направление, я повела отряд прямо к ним. Там, в сердце ущелья, среди одиноких, разрозненных скал у нас был шанс спастись. Только бы успеть.
Судя по изменившему направление пылевому облаку на горизонте. Гунны нас тоже заметили и кинулись поперек. Они выросли в пустыне и тут же вывели своих лошадей, отчего имели неплохие шансы нагнать нас до ущелья, чего я боялась больше всего. Сражаться с пустынниками на открытой местности не имело никакого смысла. Они прекрасно владели луками, окружали и расстреливали противника, даже не давая ему вытащить меча. А из всего нашего отряда, я была, пожалуй, единственным бойцом. Купцы, хоть и имели при себе оружие, но владели им из ряда вон плохо. Их задачей было заработать как можно больше денег, а не изучать искусство боя. Для этого есть специально обученные люди, вроде меня.