Наши современные усилия в области биологической инженерии – это всего лишь продолжение наших более ранних усилий по «одомашниванию». До конца двадцатого столетия природа не создала в процессе эволюции ни квадратных помидоров, ни чего-то другого из множества иных генетически изменённых растений и даже животных, ныне весьма обычных в сельскохозяйственных угодьях и научных лабораториях. Подобно тому, как физики с помощью технологических процессов заставляют искусственно синтезированные элементы существовать в естественном мире, наш вид тоже изобрёл новые способы порождения таких разновидностей растений и животных, которые никогда бы не украсили собою планету, кроме как благодаря человеческим рукам. И, словно плутоний, новые гены, созданные и сшитые воедино в живые организмы, чтобы образовать новые виды жизни, будут обладать очень долгим периодом полураспада; некоторые из них могут существовать до тех пор, пока жизнь в конечном счёте не будет уничтожена через несколько миллиардов лет в будущем расширяющимся Солнцем. Так каково же будущее у эволюции? Ответ на этот вопрос отчасти создаётся в настоящий момент в биотехнологических лабораториях.
Люди глубоко изменили биотический облик Земли. Мы сделали это как деликатным образом, так и грубо, напрямую. Мы предали огню целые материки, что в итоге обернулось наличием в ландшафтах огнестойких растений, тогда как до появления или эволюции людей, создавших такие условия, эти виды существовали лишь в небольшом количестве. Мы смели с лица Земли целые виды и резко сократили численность ещё большего их количества, чтобы либо удовлетворить наши потребности в пище или безопасности, либо просто в качестве случайного побочного результата нашего изменения ландшафта, чтобы он более подходил для наших новых сельскохозяйственных дерзаний. Мы изменили роль естественного отбора, отдавая предпочтение некоторым видам, которые в ином случае никогда не смогли бы выжить в жестоком мире «по Дарвину», перед другими, значительно лучше приспособленными к среде обитания. Мы создали новые типы организмов, вначале путём традиционного животноводства и растениеводства, а затем с помощью сложных манипуляций и воссоединения генетических кодов различных организмов, которые нам интересны. Присутствие человечества стало пусковым моментом для радикального пересмотра разнообразия жизни на Земле – как числа ныне живущих видов, так и их численности относительно друг друга.
Не только современные люди в сияющих чистотой лабораториях положили начало этим изменениям биоты, и даже не примитивные фермеры, которые стали причиной эволюции знакомых нам сегодня одомашненных животных, начавшейся 10000 лет назад. Охотники также внесли значительный вклад в появление эволюционных изменений, которые эхом отзовутся сквозь время в будущем, спустя тысячи или десятки тысяч лет. Мы не только создали новые способы получения животных и растений путём грубого неестественного отбора, мы также манипулировали самой мощной силой эволюционных изменений – явлением массового вымирания. Человечество породило новое массовое вымирание – далее я покажу, насколько оно значительно – которое отличается от любого из тех, что когда-либо воздействовали на планету.
Основной тезис этой книги – то, что самые неотвратимые составляющие нового массового вымирания видов, столь прямо предсказанного как ожидающее нас в ближайшем будущем, фактически, уже свершились, по крайней мере, среди тех существ, которые вносят наиболее важный вклад в структуру земной биосферы. Суть одного из понятий современной эволюционной теории, известного как макроэволюция, состоит в том, что массовое вымирание является движущей силой для появления новых видов, когда силы, вызвавшие его, сходят на нет. Согласно этой теории, исчезновение большинства видов (характерное для самых страшных случаев массового вымирания) открывает для новых эволюционирующих разновидностей возможности занять место исчезнувших. Конечный результат этого – та новизна, что вновь появляется на планете. Многие эволюционисты выдвигали теории о том, в течение нескольких следующих веков человечество прямо или косвенно создаст как раз такую ситуацию. В противоположность их точке зрения я утверждаю, что, по крайней мере, для наиболее важных земных животных это уже случилось.