Эльф тем временем присел на тренажерную скамейку и продолжал жать на кнопки телефона. Я бросил ему пакет первой помощи:
− Залепи нос. Гундявить будешь конечно, но хоть заливать тут пол перестанешь.
Тот, не отрываясь от телефона кивнул, разрывая пакет зубами, причем свои манипуляции не понятные с телефоном и кулоном продолжил. Я же вдруг понял, что для него вообще-то такой сигнал вовсе не рядовое явление:
− Морзянкой похоже твой амулет моргает. Поищи в инете…
Макс дернул бровью, видимо как обычно иронично попытался ее поднять, но поморщился, синяк под глазом у него уже наливался фиолетовым. Хорошо же удалось приложить, любо посмотреть хе-хе… Он ответил угрюмо:
− А я что по-твоему делаю? Вот набиваю точки-тире в инете и сличаю, но выходит какая-то белиберда.
Я удовлетворенно кивнул:
− Значит ты действительно и сам не знаешь, чего это вдруг немой кулончик в котором по идее не должно было быть даже лампочек никаких, кроме индикационного чипа, вдруг начал вдруг моргать да еще свирелью пищать.
Тот покачал головой:
− Что это означает, примерно знаю. И похоже мигание это вообще ни при чем. Нужно просто подождать смску. И нет, ее содержание тебя не касается.
Я отвернулся, хмыкнув, как вдруг пришла идея. До моего пиджака было несколько шагов, а во внутреннем кармане обруч трех упражнений. Макс покосился на мои действия и сказал озабоченно, но с нотками восхищения:
− Ты поупражняться что ли решил? Неужто, я так слабо тебе накостылял?
− Да, так, погладил, если сравнивать с тем что бывало… Но нет, сегодня не до упражнений. Просто хочу проверить одну идею.
Я осторожно чтоб не повредить заклеенный шрам, надвинул обруч, пояснив:
− Если ты ждешь сообщение из игры, тогда может стоит воспользоваться игровым инструментом?
Кончиком ногтя подцепил экран и надвинул его на глаз. Макс пренебрежительно махнул рукой:
− Сообщение тебя не касается, следовательно…
− Следовательно, не следовательно, а вот адресок какой-то горит. Строительная 9, корпус 1, комната 81. Квест «Сделка». Эм-м, с кем это сделка то?
Как же мне нравится наблюдать, как наш ах-ах такой продуманный эльф удивляется. А тот аж подпрыгнул:
− Что? Да почему?!
Доставая свой обруч, он чуть карман пиджака своего не оторвал, всмотрелся прищурившись в экран и сказал:
− Да, Строительная 9… Вот только какого черта и тебе сообщение то пришло?
− Видимо потому что включил обруч в зоне действия чипа твоего амулета. О, пропало! И иллюминация твоей висюльки прекратилась. Что это за хрень то, Макс?
Эльф сложил обруч обратно в карман и раздраженно повторил:
− Тебя это не касается. Это исключительно мой квест.
В следующее мгновение дверь в тренажерку с грохотом распахнулась, в дверном проеме застыл Игорь. Лицо перекошено, но он тут же выдохнул, возвращая непроницаемое выражение, что ему судя по зубовному скрежету далось не просто, а он бросил:
− Быстро привести себя в порядок, и через пять минут чтоб были у меня. Оба!
Глава 11
Меня всегда занимал вопрос, почему Игорь не оборудует себе нормальный кабинет. Такой, знаете ли, начальничий, обширный, под стать его собственным габаритам. С огромным дубовым столом, накрытым бордовой скатертью, высоким креслом, с висящим поверх портретом президента. Чтоб, значит, в одном углу стоял флаг России, а в другом… Тоже что-нибудь. Чучело медведя с балалайкой в одной лапе, автоматом через плечо, да так чтобы другую лапу положил на голову здоровенной матрешки… Тьфу ты, опять понесло воображение «не в ту степь». Этому, впрочем, весьма способствовало молчание, нарушаемое лишь потрескиванием принтера, печатающего какие-то бумаги, да отсветами, не видимого нам с Максом монитора, в который уставился наш начальник. Наконец он вытянул два отпечатанных листа, пробежался по ним взглядом и, вздохнув, положил на стол вниз текстом.
− Хотел вас отправить обоих нафиг из офиса, чтоб разборки свои чинили в личное время, но пересмотрел запись концовки вашей драки и передумал.
Он обвел нас тяжелым взглядом, который словно требовал выложить все подробности. Но я помалкивал, а Макс потрогал распухший нос, и прогундосил:
− Игорь, записи у тебя без звука и понимаю, ты хочешь узнать, что к чему. Но, поверь, пока рано. И Алексея не сверли взглядом. Он не скажет.
Последние слова Макс произнес с некоторым нажимом, поэтому я пожал плечами и тут же ответил: