Том глубоко вздохнул: «Да, реализовать план Кордувена будет совсем непросто».
– Полагаю, что термин «Лудус Витэ» сейчас хорошо известен? – начал он.
От маэстро да Сильвы последовал гордый кивок; мясистое лицо Малкорила застыло; а шеф Кельдур, казалось, был готов сплюнуть.
– Нам всем следовало вступить туда, прежде чем стало поздно! – донесся от входа знакомый голос.
Том оглянулся.
Квадратное лицо и обритая наголо голова торчали из прорыва в мембране. Потом появилось все остальное.
– Том! Ты ли это? – сказал вновь прибывший.
– Привет, Тэт! Как дела?
– Я о тебе много всего слышал. – Поскольку прочие мужчины принялись озадаченно переглядываться, Тэт добавил: – Вы не знаете, кто перед вами? Однорукий лорд, собственной персоной. Легендарная фигура в нашем деле.
На лице Малкорила отразились противоречивые чувства.
– Думаю, мне следует пояснить, – хорошо поставленным, красивым голосом произнес маэстро да Сильва, – что мы все принадлежим к различным политическим убеждениям.
«Как и члены «Лудус Витэ», – подумал Том.
В его памяти живо всплыло первое совещание с Сентинелом и остальными бывшими соратниками, но Том отогнал видение прочь.
– Наши общие интересы, – продолжал маэстро, – это забота о судьбе заключенных в тюрьмы наших прежних хозяев.
– Прежних хозяев? – яростно воскликнул шеф Кельдур, подчеркнув слово «прежних». – Вассалом становишься на всю жизнь! Что, черт возьми, вы имеете…
Том намеренно покашлял, и Кельдур сразу замолчал.
– Продолжайте, милорд, – сказал маэстро да Сильва.
– Думаю, будет гораздо лучше, если вы будете называть меня Томом. В целях соблюдения секретности, – добавил он, когда Малкорил начал было возражать, – если будет угодно. Договорились?
Все четверо нехотя кивнули.
– Тогда продолжим… Тэт прав: я был одним из действующих членов организации «Лудус Витэ», состоящей из многих отделений. И я действительно был одним из тех, кто спланировал заговор.
– Но… – Тэт не договорил.
– В чем дело?
– Все знают… все думают, что ты убит. Ты – мученик за правое дело.
К горлу подступил смешок, но Том сдержал его:
– Я был далеко отсюда. Скажем, сам приговорил себя к добровольной ссылке на два последних года… Нет, – поправился он, вспомнив навсегда утраченное время, – точнее, на четыре года.
– Значит, ты не знаешь о Жаке? – осторожно спросил Тэт.
По коже Тома пробежал озноб.
– А что с ним?
– Когда ты исчез… Твое владение и твой дворец были тщательно обследованы. Один из твоих альфа-слуг оказывал всяческую помощь…
«Фелгринар, – подумал Том. – Мне никогда не следовало на него полагаться».
– Одним словом, Жака обвинили в том, что он использует не по назначению фонды.
– Что они с ним сделали?
– Он не казнен. Находится где-то в заключении. Он убедил их, что не являлся членом «Лудус Витэ».
«Ты молодчина, Жак, – подумал Том. – Тебе, наверное, пришлось плести всякие небылицы… И это – тоже моя вина».
– Что тебе еще известно, Тэт?
– Мало чего. Люди Кордувена нашли остатки какого-то секретного устройства…
Рука Тома потянулась к талисману, но он одернул себя.
Как же Кордувен узнал об этом? Том всего раз или два за время их знакомства надевал рубашку с глубоким вырезом, а не с высоким воротником. Да, наблюдательность Кордувена просто пугает. Его ни в коем случае нельзя недооценивать.
– Черт возьми, как трудно поверить, что ты здесь! Что не какой-то мифический герой…
Том покачал головой:
– Тебе известно, что случилось с шефом моей охраны, капитаном Эльвой Штрелстхорм?
– Нет, к сожалению. Насколько я знаю, твое владение опять вошло в состав территории лорда Шинкенара. Хотя сейчас это уже не существенно: он сбежал во время мятежа, искал убежища у герцога Болтривара.
Маэстро откашлялся:
– Том, твой путь был долог. Можешь ты нам рассказать…
Легкое позвякивание прервало его.
Возле мембраны стояла высокая изящная женщина, одетая в золотисто-желтый плащ. Кожа у нее была очень черная, а черты лица чрезвычайно выразительны.
– Когда-то вы были среди лучших моих студентов.
– Мистресс э’Налефи! – Том вскочил. Она сбросила плащ:
– Итак, что же у вас не заладилось, милорд?
На явке никого не было.
Одетый в простой черный плащ, опустив голову, Том неторопливо пошел к следующей. Свернул в спиральный белый туннель, потом в сад с потемневшей от времени скульптурой, прошел мимо изящных магнитных курантов и вошел в библиотеку. Среди полок с кристаллами неспешно бродили несколько человек. Один из них устремил взгляд на вошедшего, и Том тут же вышел.
Следующая явка находилась около внешних пространств, в небольшом хранилище для драгоценных металлов. Но и здесь царила тишина, в углах висела тяжелая, с мертвыми мотыльками, паутина, а на полу лежала многодневная пыль.
Последней, седьмой явкой была детская балетная школа. Но и тут никого не было.