Во второй половине дня 26 октября Линдсей сидел в фойе отеля «Хилтон» в Вашингтоне и лениво наблюдал за снующими людьми. Его бледно-голубые глаза отслеживали каждый их шаг. У Линдсея была игра — угадывать, кем могут быть эти люди и чем они зарабатывают на жизнь.
За несколько минут до трех он заметил Алана Крейга. Тот вошел в фойе и остановился, нерешительно оглядываясь. Линдсей медленно поднялся и, приятно улыбаясь, направится к нему. «Как плохо выглядит, бедняга. Наверняка всю ночь не спал. Что ж, не удивительно: за такие проделки рано или поздно наступает расплата».
— Привет, Алан, — сказал он своим хорошо поставленным голосом, однако руки не протянул. — Пунктуален, как всегда. Поднимемся ко мне в номер.
Крейг бросил на него застывший, отрешенный взгляд, молча последовал за Линдсеем в лифт и не раскрывал рта до самых дверей номера.
— Надеюсь, ты сделал все, как надо? — спросил Линдсей, закрывая номер.
Не говоря ни слова, Крейг достал из кейса фотокамеру и протянул ее Линдсею. Тот принял вещь как должное.
— Садись. Я не задержу долго. Хочешь выпить?
Все так же молча Крейг покачал головой, но сел.
— Извини. Я постараюсь управиться как можно быстрее, — Линдсей покинул комнату.
В ванной было заранее приготовлено все необходимое для проявления фотопленки: химикаты, бачки, красная лампочка. Линдсей работал со сноровкой профессионала: проявил пленку, закрепил и, включив обычный свет, рассмотрел негатив с помощью лупы.
«Эти японские фотоаппараты — настоящее чудо», — подумал он, с удовлетворением рассматривая идеально четкие кадры. Довольный, он повесил пленку для просушки и вернулся в гостиную.
Крейг сидел с белым изможденным лицом.
— Просто замечательно, — довольно сказал Линдсей, отпирая ящик стола и вытаскивая оттуда толстый конверт, который он передал Крейгу. — Сделка завершена, как мне думается.
Крейг впился глазами в конверт. Открыв его, он увидел негативы и снимки.
— Надеюсь, у вас не осталось копий, — нервно проговорил он, глядя на Линдсея.
Тот спокойно встретил его взгляд.
— Мой дорогой мальчик, я думал, что ты меня знаешь лучше, — спокойно сказал Линдсей. — Сделка есть сделка. К чему мне хитрить?
Крейг некоторое время нерешительно смотрел на него, затем обреченно кивнул.
— Да… Простите, — он помедлил, затем добавил: — Формула бесполезна. Я… я никогда бы не предоставил ее в ваше распоряжение, если бы не был стопроцентно уверен в том, что ее нельзя расшифровать. Это просто невозможно! Вы слышите?
— Я понимаю, — мягко сказал Линдсей. — Но это неважно. Моему боссу понадобилась формула. Что он с ней будет делать, это уже его трудности. Мы ее получили. И ты получил то, что хотел. Все в порядке. Спасибо.
Крейг некоторое время смотрел на него, затем, прижимая конверт к груди, поспешно вышел.
Линдсей подошел к телефону.
— Мистера Силка, пожалуйста.
— Да, сэр. Момент.
Непродолжительное ожидание, затем в трубке послышалось:
— Силк.
— Он спускается вниз, — коротко сказал Линдсей.
— О'кей.
…Крейгу пришлось подождать несколько минут, пока такси освободится от предыдущего пассажира. Наконец тот расплатился и вышел. Крейг сел в машину и назвал адрес своего дома.
Мысли его путались. И он не обратил внимания на двух хорошо одетых мужчин, которые сели в «форд» и поехали вслед за такси.
Водителю, сидевшему за рулем «форда», было около двадцати шести лет — Чет Киган. Лицо его было по-детски привлекательным — длинные светлые волосы, небольшой, почти безгубый рот, близко посаженные глаза. Спутник Кигана был на пятнадцать лет старше. Продолговатое лицо, словно вырубленное топором, один глаз стеклянный, шрам на левой щеке — Лу Силк. Профессиональные убийцы, беспощадные, готовые прикончить, не моргнув глазом, любого, если плата будет соответствующей. Они, словно бездушные роботы, слепо выполняли все приказы Линдсея, не размышляя и не задавая лишних вопросов, по своему долгому опыту сотрудничества с ним зная, что бешеные деньги они могут заработать только у него.
По мере того, как такси удалялось от отеля, Крейг успокаивался. Он вытащил из конверта фотографии, посмотрел на них и вздрогнул. Да, даже если бы у него и хватило духу покончить жизнь самоубийством, страшная боль близких, увидевших снимки, была бы настолько сильна, что самоубийство не компенсировало бы весь ужас. Но все же он получил фотографии обратно. Он поверил Линдсею. Сделка есть сделка, как он сказал. Никогда, решил Крейг, он не будет связываться со случайными партнерами. Да это и ни к чему. У него достаточно друзей, которым можно доверять. Это был момент минутной слабости, и он сполна заплатил за него.