Его сопровождении фон Конрада, ягд Стикт и трое патрулей, уже знакомых Дыбалю.
Стальные глаза командора, три чёрные нашивки на рукаве, говорящие, что их владелец трижды уходил живым с уничтоженного в бою корабля, возможная смерть участников вечеринки завтра в сражении, создавали не меньший драматизм, чем голографическая реконструкция.
- Встать! Смирно! - скомандовал лейтенат из патруля.
- Попались, - Уайтгауз и Дыбаль поднялись, пошатываясь, и придали лицам отрешённое выражение.
Они не боялись свирепого ягда Цкуголя, не трепетали под его взглядом, как кожа перед скальпелем. Они многое видели, перенесли и пережили, в том числе.
Шиела шепнула:
- Приходите ночью, и мы закончим вечеринку.
Некоторое время все молчали, измеряя друг друга взглядами и думая о своём. Во время паузы из комнаты быстрого сна появились Маклифф и ягда Рененна. В их лицах читались следы только что закончившейся страстной встречи.
- Как вы могли, ягда Камиста Рага, и вы, ягда Окта Рененна, женщины высшей касты, присоединиться к этому безобразию! - выдавил из себя ягд Цкуголь, - слушайте, курсанты-недоучки, через четыре часа мы уходим с Земли на. Ситуация изменилась катастрофическим образом. Времени больше нет. Экзамены сдадите в бою. Всё!
- Вольно! - скомандовал лейтенант, и все вышли в коридор.
Ягда Рененна одарила Маклиффа ослепительной улыбкой.
Фон Конрад извиняющимся тоном протянул:
- Простите, парни, что я вас заложил с этими девчонками. Дело серьезное, что-то случилось. Командору пришла депеша из главного штаба.
- Брось, Манфред, лично меня ты избавил от этих самодовольных штучек, - прогудел Уайтгауз, - я думал, танцы, лёгкий флирт, а они начали по мозгам ездить с разговорами.
- Это скотство с твоей стороны, брат немец, - заметил Маклифф, - испортил нам вечеринку и инопланетянками. Мне для работы над книгой это могло пригодиться. Представь себе успех книги с названием - "Мой первый секс с инопланетянкой"! Я бы стал миллионером.
- Ты и так стал миллионером после заключения контракта с Натоотваалем.
- Это не считается.
- А может быть мы гуляли в последний раз, - грустно сазал Дыбаль.
Дойдя до казармы, и разлёгшись по двухъярусным койкам, они принялись допивать флягу, прихваченную Маклиффом. Дик Айдем уже был здесь и безмятежно спал.
- А кто знает, из-за чего такая спешка с отходом? Манфред? - Маклифф завернулся в ворсистое одеяло и закинул руки за голову.
- Командиром группы будет ягд Цкуголь, а группа носит название "Независимость", по имени нашего погибшего шаттла, - фон Конрад откинул седую голову на подушку, - больше ничего не известно.
- У тебя на шее засос, - наклонившись к Маклиффу с верхней койки, сказал Дыбаль, - как у Окты всё устроено, с точки зрения физиологии?
- Там всё в порядке, даже лучше, - Маклифф стёр со щеки помаду.
- Быть серьёзной заварушке. Скоро увидим, чего мы стоим на этой войне. Давайте спать, - промычал, не открывая глаз, Айдем.
- Надеюсь, мы заработаем виллы и яхты, и невредимыми вернёмся домой, - сказал Маклифф, кладя подушку на ухо.
Наступила тишина. Жужжал кондиционер, чиркал зажигалкой Уайтгауз.
- Сейчас открывается пивной подвал "Ирландец Микки" на 79-й авеню, а хромой Кемпбелл жарит свиные сосиски, вымоченные в "Табаско". Почему тут нет "Табаско"? Разве может жить человек без "Табаско"? Ты был в Нью-Йорке, Манфред? - Уайтгауз зевнул.
Немец что-то промычал в полудрёме.
- Зря. Нью-Йорк прекрасный город. Сказка.
Глава 6
НОЛЬ-СКАЧОК К БАЗЕ IV ФЛОТА СТИГМАРКОНТ
Земля стремительно удалялась, таяла в размерах. Очертания материков становились всё более размытыми. Облака и циклонические воронки рисовали над океанами фантомные картинки, а иногда просто геометрические изображения, похожее на буквы. Рональд Уайтгауз, с задумчивым видом сидел в кресле перед пультом управления рейдером рядом с навигатором Эйнаром Берсерком, и выстукивал рифленой подошвой по полу из жёлтого металла;
Мы проснёмся на рассвете,
Океаном пахнет ветер,
Развивая наше знамя до небес.
Только пыль под сапогами,
С ними бог, а с нами знамя,
И тяжёлый карабин наперевес.
От скуки Уайтгауз попытался собрать из атмосферных букв слова, рассчитывая прочитать, может быть не божественное пророчество, но хотя бы "Pepsi". Облака ничего вразумительного не производили. Только один раз между Мадагаскаром и Красным морем можно было вообразить слово "Да", и то, с большой долей условности. Ещё ранее, когда на околоземной орбите с челночных кораблей шла заправка горючим и погрузка урана и золота, над территорией Монголии появились три буквы О из серебристых облаков. Земля была всё такой же очаровательной и капризной. Её спутник - Луна, казался собачкой на поводке. Обе jyb были малютками на фоне жёлтой звезды - Солнца, вращающего их на своём жёстком ободе гравитации.
Нда Землёй сейчас уже не было серой плёнки ядерного полога, как пятнадцать лет назад, когда Уайтгауз впервые отправился на орбиту в составе экипажа шаттла "Свобода". Не было войны, за исключением стычек на линии Бомбей-Балхаш-Баку-Анкара. На линии разграничения войск Блока Исламских Государств и войск Евроазиатского Союза, совместно с подразделениями Североамериканского содружества и Тихоокеанского Союза, не осталось тяжёлой техники и регулярных войск - только добровольцы и частные военные компании. Все военные заказы по сверхвысоким ценам были выполнены, кредиты под невероятные для мирного времени проценты розданы, богатые стали богаче, а бедные беднее, и мир утратил к войне интерес. Победили банковские счета миллиардеров - космополитов. Из навигаторской "Тетвутхурца", было не важно, получат ли в результате мирных переговоров мусульманские общины Франции и Германии право референдума для выхода их территорий из состава этих стран или нет, будут ли отменены законы, требующие с 2099 перейти на индукционные двигатели автомобилей, вместо бензиновых. Находясь на борту рейдера было неважно, что говорит глава Евроазиатского Союза принц Маркус, о том, что будущий мир будет строиться за счёт ограбления и закабаления Китая, на его костях и крови, а генерал Ясир Моххамед Вазир не исключает торговли людьми. Беспорядки в связи с выборами мэра Парижа, сопротивление Папы Римского фитобракам, растапливание русскими ледников и наногрибы в желудках людей как источник пищи, отсюда казались сном.
Уайтгауз смотел на быстро удаляющуюся Землю и старался всеми силами обойти вопрос, всё время витающий где-то рядом. Наконец он не выдержал:
- Вернёмся ли мы обратно?
В навигаторской тихо шелестели компьютеры, производя бесконечные вычисления, связанные с работой оборудования, командуя, делая проверки и архивирование множества событий, с той же невозмутимостью, как и в бою, когда от малейшей ошибки зависела жизнь живых и искусственных организмов, и их собственное существование. Данные курса, навигационная обстановка, оперативное положение на фронте, работа двигателей, биометрия членов экипажа, с чёткими звуковыми сигналами выводились на экран перед дежурной вахтой;
- на дистанции 23 Тоха двигаются курсом сближения два транспортных судна типа "Илтре".
- ответ транспортов на запрос системы "свой-чужой" соответствует коду НН59-К6.
- дистанция 15 Тохов по правому борту - группа управляемых заградительных мин тип "Энбок-2". Расположение и запрос системы "свой-чужой" соответствует действующему коду и схеме минирования сектора.
Навигатор Берсерк зевнул, скользнул глазами по строкам сообщений на экране и устремил скучающий взгляд глубоко посаженный голубых глаз, на лунную тень наплывающую на Землю.