Волосы Булли встали дыбом, когда он подумал о такой возможности. Рука его нащупала рукоятку излучателя, болтавшегося на поясе. Может быть, легкомысленно приближаться к неизвестному предмету, не приняв мер предосторожности. Но потом он единым махом отмел все сомнения.
— Посмотрим, — прошептал он и направился к ближайшему куполу.
Хаггард не торопясь последовал за ним.
Он внезапно начал обследовать песок в поисках следов, но не заметил ничего, кроме странного веера канавок, которые, казалось, без всякого плана тянулись от купола к куполу. Никаких следов ног не было видно. Даже к месту старта ракет вели только эти странные канавки. Если в ракете имелся экипаж, он, должно быть, уничтожил свои следы. Но зачем?
— Нас, наверное, ждали, — убежденно сказал он. — Они знали, что мы придем.
Булли ничего не ответил. Он подошел к первому куполу и теперь нагнулся, чтобы поближе его рассмотреть. Только теперь он увидел, что его поверхность была не однородна, а составлена из множества мелких деталей, которые были пригнаны друг к другу почти без всяких швов. Тщательная ювелирная работа, казавшаяся бессмысленной. Такие маленькие купола можно было изготовить одной отливкой.
Уверенность Булли в себе возросла, так как ничего не произошло. Он перешел к следующему куполу и осмотрел и его. Тот ничем не отличался от первого. Третий выглядел так же, но прореагировал по-другому.
Булли приблизился к нему с противоречивыми мыслями и чувствами. В первую очередь его интересовало, как выглядят неизвестные разумные существа, которые живут на этой планете, оставаясь невидимыми. Климат и небольшая сила тяжести должны породить аборигенов высокого роста, худых, с широкой грудной клеткой, если они вообще были гуманоидами. Фантазия Булли не остановилась в границах возможного, точнее сказать, превзошла их. Чужаки строили ракеты, так что у них имелись руки — но, конечно, каждая с шестью пальцами, так было бы интереснее. Ноги… ну, если они живут под землей, может, они лопатообразные, с острыми когтями.
Он улыбнулся, представив себе порождение своей фантазии, и нагнулся, чтобы поближе рассмотреть третий купол.
— Бумм!
Прозвучал резкий, полный паники крик Хагтарда:
— Осторожнее! Позади вас!..
Булли подскочил, развернулся вокруг своей оси и привычным движением выхватил из-за пояса излучатель.
Но потом он застыл в полной неподвижности, глядя на странное существо, стоявшее между куполами в нескольких шагах от него, появившееся из ничего и способное в любое мгновение исчезнуть таким же образом.
— Нет! — потрясение сказал он и отступил на шаг назад.
В десяти метрах перед ним стоял высокий худой человек с выпуклой грудной клеткой. Длинные руки свисали вниз, и на каждой было по шесть пальцев. Ноги напоминали лапы крота, острые когти предназначались исключительно для того, чтобы рыть почву.
— Нет! — повторил Булли. — Невозможно!
Хаггард тоже держал излучатель наизготовку. Ствол его был направлен на чужака, который без всякого страха стоял и смотрел на них. Взгляд Хаггарда скользнул по Булли, но потом снова вернулся к странному существу.
— Что невозможно?
Булли застонал, зажмурил глаза, потом снова открыл их. Видение осталось. Итак, это не сон.
— Я представил себе жителя Беты-4 именно таким — точно таким! Как я мог угадать?
Тем временем Хаггард медленно направился к существу, которое, казалось, было безоружным.
— Мы друзья, — медленно произнес он на интергалактическом языке, языке общения арконидской Звездной Империи. — Вы понимаете меня?
Никакой реакции.
Волосы Булли улеглись. За первым смущением последовало любопытство ученого. Как он мог представить себе внешность аборигенов прежде, чем увидел их?
Это, должно быть, было нечто вроде телепатической связи. Они передали ему мысленно свой внешний вид, да, именно так! Тогда у них нет никаких дурных намерений.
Он снова убрал излучатель за пояс, вытянул обе руки и шагнул к чужаку. Он отбросил все мысли, кроме одной:
«Вы — телепаты, не так ли? К сожалению, мы — нет, но мы поймем друг друга. Кивните головой, если понимаете».
Чужак не пошевелился.
Булли разочарованно пожал плечами.
— Он не телепат, — сказал он Хаггарду. — Что нам теперь делать?
Решения принимать не пришлось.