Выбрать главу

Однако мы слишком сильно отклонились бы от главного предмета нашего разговора, если бы принялись обсуждать во всех подробностях это великое усовершенствование нравов, которое непременно произойдет во Франции, но, скорее всего, — не раньше следующего столетия — ведь нравы преображаются так медленно! Разве даже для самой незначительной перемены не требуется, чтобы дерзновеннейшая из идей прошедшего века сделалась банальнейшей из идей века нынешнего? Поэтому можно сказать, что мы затронули этот вопрос из чистого кокетства: может быть, для того чтобы показать, что он не ускользнул от нашего внимания; может быть, для того чтобы оставить в наследство потомкам еще один предмет, достойный исследования. Это — третий пункт нашего завещания; в двух первых дело шло о значении куртизанок и физиологии наслаждения:

Дойдем до десяти, а там поставим крест.[129]

Нынешние наши нравы и наша несовершенная цивилизация ставят перед нами задачу, сегодня неразрешимую и лишающую смысла всякие рассуждения об искусстве выбирать жену; решение этой задачи — как и всех прочих — мы предоставляем философам.

Задача

До сих пор не выяснено, что сильнее толкает женщину на измену: страх, что ей не удастся согрешить в будущем, или сознание, что она вольна сделать это, когда ей заблагорассудится.

Вдобавок положение человека, только что женившегося, который и является теперь предметом нашего внимания, сильно осложняется, если ему попалась женщина, наделенная сангвиническим темпераментом, живым воображением, нервической раздражительностью и непокорным нравом.

Еще большая опасность грозит мужу, если супруга его не пьет ничего, кроме воды (см. Размышление под названием «Супружеская гигиена»); если же она неплохо поет или легко простужается, покой ему заказан, ибо общепризнано, что певицы — особы по меньшей мере столь же страстные, сколь и женщины, подверженные заболеваниям слизистой оболочки.

Наконец, дело совсем безнадежно, если ваша жена моложе семнадцати лет или если лицо у нее бледное, бескровное: такие женщины чаще всего неискренни.

Не станем, однако, перечислять все дурные приметы, которые могут испугать мужа, решившегося исследовать характер своей жены. Мы без того слишком далеко отклонились от разговора о пансионах, где куется столько несчастий, где воспитываются девицы, не способные оценить тяжкие жертвы, ценою которых разбогател порядочный человек, берущий их в жены, девицы, нетерпеливо рвущиеся к роскоши, не знающие ни наших законов, ни наших нравов, жадно хватающиеся за власть, какую дает им их красота, и готовые променять истинное чувство на россказни льстеца.

Пусть же это Размышление навсегда поселит в памяти тех, кто его прочел (даже если они взялись за нашу книгу лишь для виду или от скуки), глубочайшее отвращение к воспитанницам пансионов — уже одним этим сочинение наше окажет обществу величайшую услугу.

Размышление VII О медовом месяце

Если первые наши размышления доказывают, что замужней женщине во Франции почти невозможно остаться добродетельной, то подсчет холостяков и обреченных супругов, замечания касательно воспитания девиц и беглый обзор трудностей, встающих на пути мужчины при выборе невесты, отчасти объясняют причины столь бедственного состояния национальной нравственности. Открыто назвав ту тайную болезнь, что подтачивает устои общества, мы указали на ее истоки, среди которых — несовершенство законов, непоследовательность нравов[130], негибкость умов, противоречивость привычек. Теперь нам предстоит взглянуть на развитие болезни.