Ли Бан провел ладонью по спутанным волосам и шмыгнул носом.
— Я все еще разбираюсь в технике, но, кхм, может. Что нужно увидеть?
— Людей, — сказала Ю.
— Что это? — закричал принц Цинь. — Кто этот толстяк? Почему ты спрашиваешь его о плане по захвату города?
— Тихо, — прорычал Ревущий Тигр. Он верил ей, потому что они знали друг друга. Не прямо, ничего такого. Они бились против друг друга много раз на войне, понимали друг друга лучше, чем могли через дружбу.
— Найди народ Андинь, — тихо сказала Ю. — Женщин, детей, стариков. Найди их. И все. Просто найди. Узнай, где они прячутся, и скажи мне.
Ли Бан нахмурился и неуверенно кивнул.
— Я попытаюсь, — он пару раз глубоко вдохнул, и его взгляд стал далеким, глаза затуманились.
— Что он делает? — спросил Ревущий Тигр.
Нацуко рассмеялась и лениво помахала рукой.
— Я пойду, — сказала она, встала и подошла к задней двери. — Нужно быть в другом месте, посмеяться над богами, — она открыла дверь, прошла и закрыла ее за собой.
— Там ничего нет, — прорычал Ревущий Тигр. — Дверь ведет в погреб, — Ю вздохнула. Конечно, богиня решила в худший миг поиграть в свои игры.
Принц Цинь подбежал к двери и чуть не сорвал ее с петель. Нацуко, конечно, пропала.
— Что это? — прошипел принц. — Какая-то хитрость?
Ю игнорировала принца и вернулась к столу и карте.
— Мы не можем захватить город силой, — повторила она. — Полное нападение на город приведет к победе Хосы, но цена будет слишком большой. Нам не хватит людей, чтобы нападать на границу Кохрана или что-то еще.
Ревущий Тигр хмыкнул.
— И мы не можем бросить кохранцев тут. Если пойдем на север, они ударят сзади раньше, чем мы доберемся до границы Кохрана. Пока Андинь в их руках, у нас нет надежного пути поставок, а армия не может идти без припасов.
— Но это ты и сделаешь, генерал, — сказала Ю. — И вы пойдете не на север, а на восток.
— Ты глухая? — рявкнул принц Цинь со стула. — Он сказал…
— Отправь небольшой отряд к южной стене сейчас, — тихо сказала Ю, игнорируя принца. — Пусть попытаются забраться на скалы ночью под…
— Мои люди уже проверили те скалы, — сказал принц Цинь. — Они отвесные, и стражи Кохрана сверху. Мы потеряли солдата только при разведке. Попытка залезть — суицид.
— Да, — кивнула Ю принцу. — Кохранцы будут смотреть, и они будут наказывать за попытки забраться. Небольшая группа, генерал. Пусть твои люди попробуют подняться, но отступят, как только понесут потери.
— Ты не хочешь, чтобы они преуспели? — прорычал Ревущий Тигр.
— Они не справятся, — признала Ю. — Но их должны увидеть пытающимися.
— Как это нам поможет? — спросил принц Цинь.
Ю подавила вздох и снова была рада маске на лице.
— Войны выигрывает информация чаще, чем меч, принц Цинь. Ошибочная информация поможет нам победить в этом бою.
Ревущий Тигр хмыкнул.
— Ты так говоришь, стратег, но одному из нас точно придется намочить меч до того, как кохранцы уйдут домой.
Ю посмотрела на него, глубоко вдохнула.
— Они не уйдут домой, генерал. Никто из них не покинет Хосу.
В комнате стало тихо. Ревущий Тигр и принц Цинь смотрели на Ю, а потом генерал сказал:
— Ты хочешь, чтобы мы всех убили. Никаких выживших? И пленников?
— Как холодно, — Алый Прибой оскалился и покачал головой.
Ю посмотрела на героя, потом на генерала. Это было настоящее бремя стратега — составлять планы. Вес той ответственности уже один раз лишил ее маски.
— Хочешь знать разницу между тобой и мной, генерал? — спросила Ю. Ревущий Тигр только смотрел на нее, и она продолжила. — Ты — лидер людей, командир. Тебе нужно быть вспыльчивым, и ты должен этим жаром вызывать уверенность в тебе у людей, оправдывать убийство, — Ревущий Тигр заерзал, но не спорил. — Я же стратег. Я должна быть холодной. Я не могу думать о жизнях отдельной группы. Для меня армия — это числа. Больше у нас или меньше? Сколько и где? Чтобы победить в бою и войне, мне нужно закрыться от последствий. Все кохранцы в том городе должны умереть. Не только ради освобождения города и победы в этом бою.
Ревущий Тигр взглянул на карту.
— Ты говоришь о войне? — он рассмеялся, но невесело. — Черт, стратег. Я просил помочь освободить город, а ты думаешь, как лучше подавить вторжение Кохрана?
— Да, — Ю с горечью улыбнулась, хоть это никто и не видел. — Иначе почему я так долго составляла план?
Ревущий Тигр покачал головой.
— Говори, — он указал на карту.
Ю повернулась к столу и сглотнула ком в горле. Ее сердце колотилось. Так все и было, когда управлял армиями, придумывал стратегии на несколько шагов вперед врага и ее союзников. Это она оставила пять лет назад. Боги, она скучала по этому! Гордость от создания стратегии победы. Головокружительная власть, когда солдаты и герои двигались по ее приказу. Восторг от игры с противником разумом, где на кону было все. Трепет боя, того, как все разворачивалось перед ней так, как она видела в голове. Тревожное ожидание исхода в воздухе. Радость, что она показала себя как стратег лучше, что ее тактика разбила противника. Победить или проиграть, жить или умирать — все зависело от ее знаний. Не навыков, ци или техник. Только один интеллект против другого. Да, она скучала по этому. Ее растили для этого. Таким было наследие, которое ей передали.