Что ты от меня хочешь, Джон? - устало проговорил Шерлок после долгой паузы, наполненной тяжелым ожиданием.
Ничего особенного не хочу, но раз уж вы с Северусом стали такими задушевными полуночными собеседниками, - Джон старался замаскировать горькую иронию как можно тщательнее, - попробуй подтолкнуть его в нужном направлении. Или разговорить. Совсем немного, одна попытка.
А ты, как я понимаю, будешь опекать нашего юного друга, утирать его слезы и быть для него надежным мягким плечом, в которое можно вволю поплакаться? - язвительно осведомился Шерлок.
Ну, чем-то мне надо заниматься, пока ты изучаешь зельеварение.
Бесконечную минуту они смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда. Джон не пытался обвинить Шерлока ни в чем, не пытался давить, но ему показалось отчаянно важным вдруг, чтобы Холмс сейчас согласился сделать это. Неизвестно, что прочел на лице Джона Шерлок, но он отвел взгляд и вернулся к изучению письма, лежащего перед ним на столе. Джон прикусил щеку изнутри, чтобы не сказать ничего такого, за что позже станет стыдно.
Я попробую, если это для тебя так важно, - произнес Шерлок тихо, когда Джон уже перестал ждать и пододвинул к себе блокнот с хозяйственными заметками Присциллы.
Замерев от неожиданности в первое мгновение, Джон протянул руку и благодарно пожал пальцы Холмса.
А ведь это могла быть троюродная племянница, - сказал Джон после долгого сообщнического молчания, прерываемого шелестом страниц. - Помнишь, Гарри нам сказал, что дом отошел ей по наследству как ближайшей родственнице. В детстве она могла часто бывать у тетки, а потом пути разошлись, она уехала… куда она там уехала? В Чили, точно.
Да, ты прав, - чуть рассеянно согласился Шерлок, рассматривая одно из отложенных в сторону фото. Полная седовласая женщина с острым носиком и одновременно строгим и лукавым взглядом улыбалась с карточки, сидя рядом с Присциллой и Розмертой в “Трёх метлах” - кажется, даже за тем самым столом, за которым накануне Шерлок и Джон обедали. - Я попрошу директора Снейпа посмотреть эти фото, вдруг он узнает кого-то.
Самым загадочным письмом из всех, полученных Присциллой, можно было счесть одно из последних: оно пришло примерно за месяц до кончины Дейвис, а подпись гласила “Всегда твоя П.”. Из письма было понятно, что упомянутая П. живет где-то очень далеко, на новом месте, устраивает там хозяйство, но последние строки были пронизаны болью за прошлое, которое до сих пор мешало спать спокойно:
“...Она снова приходит ко мне во сне, наша М., смотрит на меня и молчит. Прис, я не могу понять, правильно ли мы поступили, мне казалось, что я смирилась за столько-то лет, но она приходит ко мне и не говорит, смогла ли простить меня. Наверное, мне пора умирать и мой час уже близок, может, М. зовет меня, чтобы рассказать наконец, что бы было самым верным тогда. Больнее всего знать, что беда случилась бы независимо от нашего вмешательства, и не понимать: стало бы нам проще жить, если бы мы были лишь сторонними наблюдателями? Моя дорогая М., прости меня, прости, старую дуру, что не могла тебя уберечь от этого безумия. И ты, Прис, прости меня, что я снова говорю об этом, но скоро нас всех может не быть на свете, и мне так тяжело молчать об этом теперь. Обнимай от меня Розмерту, выпейте побольше сливочного пива за М., раз уж я сама не могу. Всегда твоя П.”.
Судя по отсутствующим черновикам, на это письмо Присцилла не ответила, - смерть помешала ей. Желтоватый плотный пергамент Шерлок аккуратно сложил и отправил к тем бумагам, которые собирался показать Снейпу.
Вскоре пришел Гарри: немного взволнованный тем фактом, что магглы с самого утра находятся не под его крылом, он вежливо уточнил, где они планируют обедать. Шерлок бросил взгляд на стопочки рассортированных и изученных документов и решил, что обед можно провести и в Большом зале. Джон с удовольствием согласился, потягиваясь.
Вы нашли что-нибудь? - поинтересовался Гарри вполголоса, когда они шли по коридору.
Холмс неопределенно покачал головой, показывая, что не готов обсуждать эту тему здесь и сейчас. Джон улыбнулся:
Как вы, Гарри? Выспались, отдохнули? За завтраком мы оба были, кажется, слегка помятыми.
Поттер бросил встревоженный взгляд на Шерлока, вышагивающего чуть впереди, но тот был погружен в собственные мысли и не обращал ни малейшего внимания на диалог за спиной. Понизив голос до шепота, Гарри признался:
Не спал всю ночь, думал о том, что вы сказали. Может, когда закончится эта история, я поговорю… с ним.
Думаю, все не так страшно, как вы опасаетесь. Надеюсь, что мы побыстрее закончим, чтобы вы не терзались неизвестностью дольше необходимого, - Джон на мгновение сжал локоть Гарри в знак поддержки и одобрения.
В Большом зале во время обеда было куда более шумно, чем за ужином или завтраком. Студенты обсуждали уроки оживленно, пытались дописать что-то на листах пергамента, придерживая их рукой с зажатой в ней куриной ножкой или булочкой, смеялись, пихались локтями и удивительно радовались жизни. Шерлок наблюдал за ними с легким изумлением, словно впервые увидел. Блондинка с расстегнутой блузкой, которая кокетничала с Холмсом на утренней лекции, якобы случайно столкнулась с ним в проходе между столами.
Простите, мистер Холмс, я вас не заметила! - воскликнула она громче необходимого, упав грудью на Шерлока и не собираясь отодвигаться. Тот замер словно изваяние, приходя в бешенство и пытаясь не дать ему вырваться наружу.
Гарри сориентировался моментально:
Мисс Данн, я сниму с факультета баллы, если вы не начнете смотреть под ноги.
Джон в очередной раз поразился тому, насколько этот простоватый юноша может быть серьезным. Мисс Данн ощутимо вздрогнула от стали, прорезавшейся в голосе профессора, на которого, казалось, она сначала даже не обратила внимания. Студенты, сидевшие в радиусе десяти футов, жадно следили за нарождающимся конфликтом.
Блондинка было отодвинулась, но тут Шерлок вдруг наклонился к ее уху, прикрытому светлыми прядями, - наклонился медленно, словно собираясь поцеловать, - и что-то прошептал. “Кто бы сомневался”, - с легким мстительным удовлетворением подумал Джон, наблюдая, как покрасневшая до корней волос студентка оттолкнула Холмса и с исказившимся лицом выбежала из Большого зала.
Ученики смотрели на Шерлока со смесью ужаса и неприкрытого восхищения, а кое-кто даже залихватски присвистнул. По столам полетели разговоры, уже совершенно не связанные с уроками. Холмс раздраженно дернул бровями и отправился к преподавательскому столу, где уже сидел профессор Снейп и другие педагоги.
Джон и Шерлок не успели присесть, как к ним подлетела возбужденная Флер:
Завтра сразу после ужина у нас вечеринка в вашу честь! Наконец-то я уговорила директора Снейпа устроить мероприятие для преподавателей, тут безумно трудно расшевелить людей!
Сидящий в двух шагах Снейп лишь кивком поздоровался с гостями и вернулся к созерцанию отбивной на своей тарелке. Гарри вдруг поинтересовался севшим голосом:
А директор Снейп присоединится к нам на этом… этой вечеринке?
Северус обернулся, словно ужалив Поттера пронзительным взглядом черных глаз, и ответил сдержанно:
Думаю, миссис Уизли не простит мне, если я не явлюсь, так что вынужден буду прийти.
Превосходно, - воскликнула Флер восторженно, но не очень громко, чтобы не смущать учеников лишней для них информацией. Гарри посмотрел на Джона с каким-то отчаяньем, и тот понял, что Поттер возлагает на этот вечер большие надежды: видимо, в Хогвартсе подобные мероприятия действительно проводились крайне редко. Джон чуть улыбнулся, все расселись по своим местам и приступили к обеду, перемежая трапезу тихими беседами. Шерлок наклонился к Северусу, а тот слушал его с полной сосредоточенностью.