Марк задавал себе эти вопросы и в то же время спрашивал об этом Элен. Официантка в это время входила в ресторан. Она остановилась и пробормотала: «Ты не такой, как все. Таких людей не бывает. Я боюсь тебя. Берегись людей, Марк». Проговорив это, она испуганно оглянулась. Рядом с ней никого не было - но ведь она отчетливо слышала голос Глая!
Буфетчик вышел из-за стойки и спросил:
- Трудной была ночь?
Официантка ответила кивком головы и пошла переодеваться. Ее смена подходила к концу. Во всем теле была непривычная усталость… Что происходит с ней?
ГЛАВА II
Капитан полиции Вален третий час допрашивал гангстера Реби, подозреваемого в рэкете против хозяина ювелирного магазина на площади Цветов. Вот уже два года неизвестные лица шантажировали ювелира, требовали большие суммы, угрожая убийством ему самому и членам его семьи. Хозяин магазина требуемые суммы выплачивал регулярно, но в последнее время аппетит гангстеров резко возрос, и ювелиру пришлось обратиться в полицию, чтобы не стать банкротом Кто его шантажировал, хозяин магазина не знал, но капитан Вален приказал арестовать Реби. Всего два года прошло с того времени, как тот вышел из каторжной тюрьмы, где отсидел десять лет за убийство полицейского. За день до убийства этот полицейский написал докладную записку на имя начальника полиции: Реби занимается рэкетом.
Сейчас Вален пытался выяснить у гангстера имена сообщников. Реби спокойно сидел напротив Валена и на все вопросы отвечал одинаково:
- Извините, не помню.
- Попытайся вспомнить, Реби.
- Это мне ни к чему, господин капитан.
- Признание уменьшит твой будущий срок.
- В моем возрасте нет смысла садиться в тюрьму.
- Придется.
- Если вы докажете мою виновность.
- Докажу.
- Сомневаюсь.
- Два брата убитого полицейского служат на моем участке.
- Пугаете? Братья того фараона были в банде Испанца.
- Сейчас они служат в полиции.
- Вы не имеете права пугать меня родственниками убитого. Все, что мне присудили, я отсидел.
- По закону тебе полагается электрический стул, Реби.
- Почему же я не получил его?
- Твой адвокат доказал суду, что к рэкету ты не причастен, а полицейского убил в состоянии аффекта, вызванного незаконными действиями полицейского.
- Так и было.
- Попробуй докажи это братьям убитого.
- Они пришьют меня?
- Да. При попытке к бегству.
- Их будут судить.
- Оправдают. Твоего адвоката не будет, его никто не наймет. Мертвым защита не нужна. Понял?
- Понял.
- Что скажешь?
- Ничего. Пусть лучше те меня убьют, чем свои за предательство.
- Твои ничего не узнают.
- Узнают. Наши люди есть и в полиции.
- Мне нужны имена твоих сообщников для того, чтобы они \брались из города и оставили в покое ювелира.
- На это они не пойдут.
- Почему?
- Рэкет потеряет свой эффект.
- Реби, я хотел мирно договориться с тобой. Ты отказался. Сейчас с тобой поговорят братья убитого полицейского.
Вален вышел из-за стола, подошел к двери, открыл ее и увидел стоявшего в коридоре Глая.
- Привет, Марк.
- Привет, господин капитан.
- Заходи, я сейчас освобожусь.
Марк вошел в кабинет начальника полиции. Поздоровался с Реби. Тот спросил:
- Новенький? Из отдела по борьбе с бандитизмом?
- Я из монастыря Святого Антония.
- А не из пансиона благородных девиц?
- Нет, я из монастыря.
- Будь по-твоему, но среди нас дураков нет.
Реби умолк. Он подумал, что ювелир не на шутку начал борьбу с гангстерами. Но все же ничего у полиции не получится. До тех пор, пока на свободе Жокей, никто из задержанных не скажет ни единого лишнего слова.
В кабинет вошел Вален с двумя рослыми полицейскими, очень похожими друг на друга. Подошел к Реби:
- Все, красавчик. Сейчас с тобой поговорят иначе.
- Зря время тратите, капитан. Я ничего не скажу.
- Скажешь. Как думаешь, Марк, скажет, если эти парни поговорят с ним?
- До тех пор, пока на свободе Жокей, он ничего не скажет.
Реби вскочил с места и кинулся к Глаю. Один из полицейских перехватил его и резким ударом опрокинул на пол. Щелкнули наручники. Реби, с ненавистью глядя на Марка, сказал:
- Фараон, ты выследил Жокея, и этого тебе не простят. Тебя не спасут все полицейские мира.
- Забирайте его, ребята. Особенно не церемоньтесь, но не кончайте до очной ставки с Жокеем, - сказал Вален, приветливо поглядывая на Марка. Потом повернулся к двери: - Дежурный, ко мне!