Судья с Лезвием тем временем трижды сцепились, но никакого урона друг другу нанести не смогли. Ораю пока что пользовалась только мечом, который держала в левой руке. Видимо, поняв, что это бесполезно, она перекинула бастард в правую руку. Лезвие опять заулыбался. Он остановился и, подбоченившись, с издевкой сказал:
— Ну, давай, посмотрим, на что ты способна.
Ораю перехватила бастард двумя руками и подняла его над головой. Её спина напряглась, шея выгнулась. И Лезвие окутали два световых потока, вырвавшиеся из её глаз. Он купался в Свете с полминуты, потом потоки спали. Судья не шевелилась. Её не меч не рубил противника. Суд не работал?
Лезвие рассмеялся.
— Ты думала, что уничтожишь очередную прогнившую душонку? Что ж, рад тебя разочаровать — я не имею никакого отношения к происходящему. Мне просто заплатили гору золота за то, чтобы я какое-то время продолжил развлечение Властелинов. Но, стыдно сказать, сейчас я бы с удовольствием прикончил того серого ублюдка и тебя вместе с ним. Просто ради интереса. Драка ради драки — это же прекрасно.
Улыбка на его лице угасла, оно вновь стало маской сосредоточенности. Лезвие выставил вперёд правую руку, а левую спрятал за спиной. Судья поменяла стойку, теперь кончик её клинка смотрел в землю, и осторожно двинулась вправо. Её противник повёл правой рукой и, согнув ноги, приготовился отражать атаку.
В этот момент на него сзади навалился Конес. Рыцарь походил на веер окровавленных клинков, какими-то неведомыми силами собранных воедино. Лезвие отвлёкся, отражая его атаку, и тут на него набросилась Судья. Её бастард светился так ярко, что резало глаза. Три фигуры смешались в единый ком, совершенно невозможно было разобрать, кто из них где находится. Это продолжалось несколько бесконечных секунд — лязг стали, натужное дыхание, топот ног. Потом раздался крик, и ком расцепился.
Конес упал на землю, его левая рука, закованная в сталь, со звоном покатилась по мостовой. Но кричал не он. Лезвие завывая и поскуливая отскочил к краю площади. Левой рукой он поддерживал правую, лишившуюся четырёх клинков, из обрубленной стали хлестала багровая кровь. Судья на миг замерла и бросилась его добивать, но наёмник, видимо, решил, что погибать ему не обязательно, и смылся, буквально провалившись сквозь землю. Судья постояла какое-то время над местом, где только что исчез её противник. Я видел, как меч подрагивает в её вытянутых руках. Ораю тряхнула головой, будто приходя в себя, и сунула меч в ножны.
— Одевайся, твоя спина как новая, — буркнула Сотера, похлопав меня по плечу. — А мне нужно проверить Конеса.
— Не нужно, — отозвался я.
Судья уже стояла над рыцарем, её плечи содрогались от едва сдерживаемых рыданий. Она приобняла валяющегося на земле Конеса и, сунув руки под спину, попробовала его поднять, но голова рыцаря отвалилась, а в объятиях Ораю осталась лишь часть грудной клетки с вываливающимися из неё внутренностями.
— Нужно хотя бы отнести тело, — сказал Эшк, сдирая со стены чудом уцелевший гобелен.
Пока они укладывали Конеса в тряпку, вернулись Кремень и Арстия. От безмолвного убийцы воняло гарью и кровью, а его напарница шипела, кривя наполовину откушенную левую щёку.
— Собирается новая волна, — коротко сказала убийца прежде, чем Сотера усадила её лечить.
Волна проклятых пришла через несколько минут, её вёл здоровенный жрец с полностью разложившимся лицом и гигантской утыканной гвоздями дубиной в руках.
— Пора и мне размяться, — сказал Жнец, а Храп ответил ему удовлетворённым хрюканьем.
Я же, повинуясь взгляду Судьи, закатил глаза и начал работать над порталом. Визг, стоны, бешеный рёв, лязг железа и грохот рушащихся зданий не отвлекали меня от работы.
Да и зачем вообще отвлекаться? Это далеко не последняя волна нападающих.
Бойня II
Работа шла своим чередом. В первую очередь нужно было создать центр силы здесь, в этом мне помогали находящиеся в анабиозе источники — уже около дюжины человек по всему храму. Они ещё не осознали себя полностью, их мозг привыкал к новой нежизни, воспоминания о жестокой боли, перенесённой за время нахождения в магической сети жрецов, вымарывались ими самостоятельно. Возможно, кто-то из них даже вспомнит, кем они были до того как их, фактически, убили и обрекли на вечные муки, мне до этого дела нет. Главное то, что они прижились в моей сети, и теперь были источниками энергии, пусть и слабыми. Но, так сказать, создать отправную точку они мне помогли.
Далее требовалось соединить её с болотами — там до сих пор находился самый большой мой энергозапас, и с этой стадией проблем у меня не возникло. Третьей точкой была Белая Роща с могильником игроков. И вот тут меня постигло некоторое разочарование — часть кукол осознала себя. Поднявшись, они расползлись по окрестностям в поисках еды, а значит, собрать энергию с них было несколько сложнее. Но после часа усилий мне это удалось.
Ну а дальше самое сложное, то, чем я в прошлый раз занимался несколько дней, и это с учётом того, что на окраину Белой Рощи мне нужно было перекинуть всего несколько сотен человек, а в этот раз придётся вести несколько тысяч. Не говоря уже о том, что в прошлый раз канал держался около часа, а сейчас нужна устойчивая связь на несколько дней. Единственное, что упрощало задачу — нужен только один портал.
Мне требовался... хм... "прокол" — дыра в энергетическом мире, да такая, чтобы зацепила физический. И сделать его нужно в "пустом" месте — без всяких источников силы и ориентиров. Но ещё спустя час мне это удалось, благо, нашлась небольшая отметка в энергетическом поле, оставленная Алой, когда она перебрасывала в храм первые три отряда. Теперь оставалось самое простое, но в то же время трудоёмкое — накачать портал энергией, а этот процесс проходил без моего непосредственного участия, я только чувствовал, как иссушаются мои резервы. Прикинув свою силу, я предположил, что часов за шесть управлюсь. То есть всего на работу мне потребуется девять с половиной часов, а не двенадцать. У нас будет войско уже днём, а не вечером, что не могло не радовать. И я мог оказать посильную помощь в обороне храма. Но сперва требовалось поесть и хоть немного привыкнуть к своему телу — блуждая в других измерениях бесследно не проходят.
Если бы я не пытался с полчаса достучаться до Комка, справился бы ещё быстрее — с его помощью работать было бы попроще. Но Комок молчал. Он будто закрылся в какой-то кокон. Не знаю, что с ним происходило, но если Тьма действительно отвергла его после того, как я с ним что-то сделал...
А что я с ним сделал? Я дал ему жизнь. Он был частью Тьмы, тупым слизнем с единственной целью в жизни — доплыть по сосуду до Сердца Тьмы и раствориться в нём. Но я забрал его, и он осознал себя как некто пусть и тесно связанный с Тьмой, но всё же с зачатками собственной воли, и чёткой целью — вернуться. Если же он за всё это время пережил что-то такое, что помогло стать ему самостоятельной личностью, я только рад. Возможно, мне удастся найти ему новое тело, которое позволить жить ему отдельно и от меня, и от Тьмы. В телах недостатка не будет.
Но что-то я далеко забегаю. Пока нужно хотя бы отстоять храм и начать переброску армии. А нам активно мешали.
Когда Жнец и Храп отразили третью волну нападавших, жрецы затаились, копя силы и, видимо, составляя какой-то план. Впрочем, кроме заваливания мясом у них ничего пока не выходило, а уж жирный маг постарался сделать так, чтобы следующее нападение вышло ещё более тяжёлым для противника.
Храм стоял на небольшой возвышенности. Позади — пересохшая река. Прямо и с боков — площадь, к которой плотно прилегают дома. Жрецы собирались попрятать кучу осквернённых в домах, да и вообще активно пользовались тем, что в плотной застройке их число тяжело было тяжело определить. Поняв это, Храп разнёс по камушку почти все дома в радиусе пары сотни метров. Первое, что я увидел, закончив работу, это руины, посреди которых то тут, то там виднелись растерзанные и заваленные обломками тела.