Глаза его расширились. Он понял. И переводя взгляд с Нэда на Трионта, Шерл поняла тоже…
Трионт.
Великан снова заговорил:
— Тебя ведь называют подкидышем, Нэд? Никто в Нижнеземьи не знает, откуда ты взялся. Просто в один прекрасный момент ты оказался здесь. По виду ты нормальный человек и совсем не похож на Не-такого. Ты был принят. Ведь в Нижнеземьи бытует мнение, что у Не-таких не может быть человеческого облика.
Трионт скинул свою одежду и остался обнаженным. Шишковатая круглая Голова, сидящая на мощной груди Туловища с крошечной головенкой, которая поглядывала на всех маленькими хитрыми глазками; Туловище, устроилось на мускулистых Ногах; еще одна небольшая голова виднелась над громадными мужскими органами и таращила круглые глаза.
— Смотри, Нэд! — Тяжелая рука поднялась, указывая пальцем: — Моя Голова. — Рука опустилась и ткнула в выпуклую грудь. — Мое Туловище. — Пальцы щелкнули. Узенькие глазки в приплюснутой головке закрылись. — Мои Ноги. — Пальцы щелкнули еще раз, еще два глаза закрылись. — И ты, Нэд!
Палец указал на Нэд, который, застонав, отшатнулся. Но пальцы щелкнули, и глаза Нэда закрылись тоже.
Трионт накинул на плечи плащ и хитро глянул на Нэда, который, пробудившись, заморгал.
— Ты же знаешь, Нэд, что ВЭТ имеет четыре бака, а не три. Ты часть меня, Нэд. Мы — одна плоть, появившиеся в одном и то же время от одного и того же прародителя. Я могу контролировать тебя, как же как контролирую свое Туловище и Ноги. Убив Илайн, ты не обретешь свободы. Тебе нужно убить меня…
Потом Шерл часто гадала, что же произошло в то мгновение. Что было на уме у Трионта? Было ли это проявлением отчаяния? Было ли это самоубийством? Или им руководило сознание своего поражения?
Рука Нэда внезапно освободилась от невидимых пут. Он прыгнул и всадил нож в мягкую плоть под подбородком большой Головы. Затем, вытащив его и выпустив фонтан крови, он с тем же ожесточением ударил в широкую грудь Туловища.
Когда великан рассыпался на части, Шерл увидела пустые глаза Нэда. Они вернулись к жизни только тогда, когда фигура на земле затихла. Нэд стоял, переводя взгляд с ножа на мертвое тело и, казалось, не понимал, что же случилось.
Поначалу никто из присутствующих не обратил внимания на Ботта, который вцепился своими могучими руками в горло Илайн и с силой прижал ее к стене. Шерл увидела, как блеснул нож.
— Они снова идут, чтобы забрать тебя, моя дорогая! Они уже близко! Но они не получат тебя! Я ни за что тебя не отдам! Они не получат тебя!
На лице Илайн не было страха, только боль. Когда рука Ботта сжала ей горло и он поднял нож, она прошептала:
— Меня? Или образ?.. Пожалуйста, Ботт, пусть это буду я…
Затем Ботт лихорадочно сверкнувшим ножом окончательно прикончил свою Прекрасную Леди…
В Зал Молитв продолжали входить люди, и ужас последних мгновений снова сменился на радость победы. Только несколько человек, собравшихся около кучки поверженных Не-таких, хранили молчание, пораженные разыгравшейся трагедией.
Джон-Эй, теряя терпение, отошел от них, чтобы дать Трою инструкции не снимать посты, а потом двинулся к своим почитателям. Его встретили с воодушевлением, и, взобравшись на камень, вытащенный из Гробницы, Джон-Эй обратился к толпе.
Шерл и Агар с отвращением смотрели на залитые кровью ноги Трионта, которые, отделившись от неподвижных останков, неуверенно пытались подняться. Голова в паху с усилием поднялась, и ее глаза обвиняющее уставились на Нэда.
— Ты подлец, — прохрипели Ноги. — Ты должен был предупредить нас. Что бы ты ни творил обычно, ты, по крайней мере, своевременно предупреждал нас.
— Что? — Нэд все еще был в шоке. — Предупреждал вас? Но как?
— Ты не понимаешь, почему ты вынужден был это делать? Ты Не-такой, парень, слышишь? Не-такой! Разве это не достаточно веская причина?
Теперь Ноги говорили высоким дискантом, а на сморщенном личике застыло отвратительное выражение.
— Вся твоя беда в том, что ты влюбился. Ты влюбился в девчонку из Красивого Народа. Вот и все! — Ноги издевательски захохотали. — Нэд-Не-такой втюрился в девчонку из Красивых! И поэтому всеми силами защищал ее, а не нас. Подонок…
Нэд сделал шаг вперед.
— Слушай, ты…
— Не надо, не надо! Не отпирайся! Много долгих снов тому назад, когда она была еще вер-девочкой, мы пытались заставить тебя похитить ее. Но уже тогда твои чувства к ней были слишком сильны. Ты должен был привести ее к нам в Громадные Залы, но между вами что-то случилось. К тому времени, как наша Голова смогла восстановить над тобой контроль, появился Клинкозуб, и было поздно что-либо предпринимать. После этого мы перестали доверять тебе. Но все же мы думали, что когда дело дойдет до заварушки, ты будешь на нашей стороне.