С появлением многоклеточных организмов изменилась флора и фауна. Растительные клетки покрылись жесткой оболочной, которая стала защищать их от внешнего воздействия. Но она не давала им возможности свободно перемещаться и получать пищу в процессе передвижения. Вместо этого растительные клетки развили способности к фотосинтезу и накоплению питательных веществ.
Животные клетки развили эластичную оболочку, не теряют способности к передвижению. Это дало им возможность самим искать пищу. Они эволюционировали в направлении совершенствования способов передвижения и способов поглощения пищи.
С появлением ядра ДНК у клеток, Гезихт увеличил размер своего дела до максимума, создав десятки камер анализа генокода. Он стал похож на блин, который стелясь по дну, переходил от одного куска поверхности к другому, пожирая все, что соприкасалось с его телом. Он был абсолютным лидером в гонке эволюции, но не мог превзойти ее ход, довольствуясь лишь усложнением своего организма. Внешняя оболочка была совмещена с кожно-мускульным мешком, который позволял ему двигаться в потоках воды. Это был прорыв! До Гезихта никто не мог передвигаться самостоятельно. Бактерии с потоками воды перемещались от биома к биому, а он как змея проплывал в толще воды, используя блиновидную форму тела, как один большой плавник. После этого открытия, направление течение, перестало влиять на то, как и где будет проходить охота.
Теперь другие организмы искали лучшие инструменты для выживания и адаптации, а Гезихт, как хранитель знаний собирал самые ценные из них. Его отрыв в эволюционном развитии был так велик, что эта модель развития была самой выгодной. Вместо адаптации, он сосредоточился на повышение сложности своего организма, увеличивая количество органов, систем сосудов и камер анализа генокода. Гезихт отъедался, зная, что рай будет длиться недолго. Кислотная катастрофа, вулкан, электромагнитные волны, молнии — обязательно что-то снова произойдет. И он должен быть готов к этому.
Но время шло, а катастрофы не происходило. Очередной виток эволюции был пройден и появились первые ракообразные организмы с внешним скелетом. Мир стремительно развивался, появились первые губки, кораллы, моллюски, трилобиты. Царство воды наполнилось сотнями новых цветов и оттенков. Моллюски фильтровали воду, а кораллы расцветали на подводных скалах. И все были бессильный против Гезихта, который проходя по дну съедал все живое. Шесть независимых камер анализа генокода перерабатывали разные виды организмов. Их принцип действия был похож на желудок, но они не давали телу питательные вещества, сбрасывая остатки от своей работы, как отходы жизнедеятельности. Только Гезихт мог себе позволить иметь семь "желудков", из которых только один работал, как положено.
Когда повсеместно начала падать температура, Гезихт был первым, кто понял, что началось то, чего он боялся и ждал. Найдя действующий подводный вулкан, он сменил тело, став растением с хищными повадками. Прошло совсем немного времени, и вся планета покрылась толстой коркой льда. Очаги жизни сохранились вокруг подводных вулканов, устилая дно пышным покровом из водорослей и мелких рачков. Гезихт установил абсолютное господство в своем ареале обитания, съев все живое, что неосмотрительно оказалось рядом с его водорослями. Пока другие думали о выживании, одинокий кустик сосредоточился на литотрофном питании, вгрызаясь в камни и те куски породы, что мог поймать своими листочками. Жар и пробивающийся сквозь воду свет, стали источником энергии. А камень давал углерод и водород. К концу первого ледникового периода, Гезихт мог переварить базальт, кремний, оксид алюминия, железо и ряд других металлов. Развилил навыки питания, пищеварения и нашел способ противостоять холоду, изменив свойства жидкостей тела.
Когда с планеты сошел лед, атмосфера сильно изменила свой состав. Из нее почти полностью пропал метан, и увеличилась массовая доля кислорода. Это были благоприятные условия для начала взрывного роста биомассы планеты, в котором преобладали растения. Ранее мертвые земли устилал ковер из водорослей, цвели кораллы, а дно было усыпано тысячами новых видов живых существ. И одно невероятно древнее создание начало охоту за новыми фрагментами генокода.
Чешуя, внутренний скелет, легочный пузырь, плавники и наконец, органы зрения! Гезихт собирал все новые и новые способности, совершенствуя собственный генокод. Но сколько бы он не нашел, количество неисследованного материала все равно превосходило ранее изученное в тысячи раз.
Растения выбрались на сушу, появились первые рыбы и протоамфибии, моря полны медуз и планктона. Гезихт мог повлиять на скорость своего самосовершенствования только двумя способами. Первый развить навык анализа генокода, второй увеличить число и размер камер. Он выбрал оба варианта. Огромный скат с щупальцами и тремя ртами, пожирал все живое, до чего мог дотянуться. Растения, кораллы, планктон, рыбы и амбифии, медузы и рачки, даже для моллюсков нашлась камера. И чем больше проходило времени, тем крупнее становилось тело Гезихта. Дошло до того, что Гезихт начал оказывать вмешательство в круговорот жизни целых биомов, начисто слизывая всю органику.