Выбрать главу

*** Медленные, но отважные шаги. Жадно цепляясь за стенку, выползла из подвальных коридоров на первый этаж. Черт! Черт! ЧЕРТ! На улице уже давно светло. Сейчас либо утро, либо давно скатилось солнце к полудню. Серые тучи не дают видеть истину - приходится гадать.

Нервно дыша, спотыкаясь, путаясь в собственных ногах, пошла, повиляла дальше.

- Ах, вот где ты! - выстрел в спину... Рыбешка. Черт.

Резкий (насколько это возможно в моем состоянии) разворот. Попыталась скорчить умный вид, изобразить собранность и трезвость. - Где ты была весь день? - ДЕНЬ?! - и какого лешего я так заорала? Испуганно прикрыла рот рукой. - Да ты... - резкие шаги встречу, - ты... ТЫ ПЬЯНАЯ! - Я? - взволновано замотала головой. - Нет. - И в подтверждение победно икнула. - Фу, - гадко скривилась, - пьянь малолетняя. Марш в душ! Ох, и видон у тебя! - злобно толкнула меня в сторону лестницы. - Дуй! И не думай, что все это сойдет тебе с рук!

Подчинилась. Собравшись с остатками сил, молча, поплелась в заданном направлении. (молча - лишь потому, что желание завалиться в постель было на-амного сильнее, чем воевать за ущемленную гордость)

- Через час жду внизу! - будто гром, прогремели слова де Голь вслед, невольно напугав. Ноги тотчас подкосились - и я чуть не грохнулась. Черт! Все-таки надо было залепить ей кулаком в голову (пусть радуется, что на возвращение у меня сил не хватит: эти ступени на второй этаж и так дались с трудом).

*** Не знаю, но, по-моему, горячий душ... меня только еще больше одурманил. Все вертелось-кружилось, как сумасшедшее. И это после того, как я проспала там весь день? Сколько же вина я там всосала? Как бы еще радуги не начать извергать.

Внезапно распахнулась дверь душевой - попытка моя навести фокус: понять, что за звук, кто нахал, что происходит. Нервно дернулась, сжалась, прикрывая постыдные места. - ДОМНИК! Я... Я же... голая! Какого?! - только и успела прокричать. Резво приблизился. Ловко, властно подхватил меня себе на руки и прибил спиной к стене. Невольно обняла, обвилась ногами за поясницу (бляха ремня врезалась в кожу, но игнорирую). Прижалась в ответ к его груди. Глаза в глаза. Нервные, шумные вздохи. - Доминик. Т-ты... т-ты чего?

Доля секунды (или это было не так молниеносно, как для моего тормозящего рассудка) - прижался, впился поцелуем в шею. Резкая боль - и в кожу, в мою плоть... вошли клыки. Испуганно дернулась - но слишком крепко удерживал. Буквально мгновение - и в голове совсем все помутнело. Но в сознании. Я еще в сознании. Тихой, тонкой, больной струйкой стал врываться в меня эйфорический приход. Чувствовала, ощущала, как сосет, выдавливает, вытягивает из меня кровь. Кровь! Но... отчего-то... это было... приятно. Безумие. Дурное, гадкое, сладкое сумасшествие разорвало меня изнутри. Хотелось... жаждала еще, еще. И ЕЩЕ! Ни предела, ни меры, ни конца. Ненасытно выгнулась в дугу, притискиваясь всем своим голым телом к нему, чтобы чувствовать каждой клеткой, чтобы каждой точкой слиться... в одно единое целое раз и навсегда. Обвилась руками вокруг его шеи, головы и еще сильнее прижала к себе. Жадные, больные, ярко огненно-золотистые звезды полоумно стали выплясывать перед глазами, сверкая, извиваясь на беспроглядном черном полотне.

Удовольствие. ДИКОЕ, ЖИВОТНОЕ, НЕОБУЗДАННОЕ удовольствие. Эйфория. Наркотический ЭКСТАЗ. Невольно застонала, взвыла в объятиях.

А сил, с каждым разом, оставалось все меньше и меньше. И лишь на то, чтобы периодически делать... вдох, выдох. Обмякла, обвисла. Отдалась вся ему.

Делай что хочешь. Хоть убей, хоть выброси...

*** Еще мгновение - и отстранился (нехотя, медленно, через силу). Чиркнул зубами себе по запястью. Темно-бурая тут же выступила наружу. Сквозь серую пелену на глазах едва осознавала, что происходит. Что творит. - Пей, - едва слышно, шепотом. Прижал к моим губам.

Попытка отодвинуться, выбраться из его хватки - но еще сильнее сжал, придавил меня к стене (подхватил удобнее, чтобы не выскальзывала).

Вода, тонкими струями, колкими шпильками, стремительно вырывалась из душевой лейки и жадно впивалась, касалась рук, плеч, лица Доминика. Быстро извиваясь, убегала прочь. Бездушно разбавляла, искажала собой багровую жизнь, превращая ее в полупрозрачные фронтолизы. Пыталась забрать, отобрать его, моего Бельетони, у меня. - ПЕЙ! - злобно ткнул вновь запястьем в лицо. Вплотную притиснул к губам, зубам рану. Горькая, вязкая, едкая... кровь стала медленно (вперемешку с водой) наполнять мой рот. Несмелый глоток... еще, и еще, и еще...

*** Отстранился. Бережно опустил на пол.

Короткий взгляд в глаза. Ласковый, нежный поцелуй в губы (слизав остатки крови)... - и вышел прочь.