"Где ключи от ящиков?"
И обнадёживающий ответ
"Не помним"…
Наконец, после того как Ньюфаундленд запросил: "Умоляем, сообщите какие-нибудь новости для Нью-Йорка", было успешно передано первое сообщение прессы. Интересно сравнить заголовки газетных статей 1858 года с заголовками в газетах наших дней:
"В субботу император Франции возвратился в Париж".
"Болезнь короля Пруссии не позволяет ему нанести визит королеве Виктории".
"Её Величество 31 августа возвращается в Англию".
"Китайская империя открыта для торговли. Разрешена христианская религия. Въезд иностранных дипломатов разрешен. Контрибуция в пользу Англии и Франции".
"Армия повстанцев разбита. В Индии восстанавливается спокойствие".
С той поры много воды утекло… Где теперь императоры Франции, короли Пруссии? А если бы тогда была Организация Объединённых Наций, то, вероятно, контрибуцию пришлось бы платить Англии и Франции.
Последние заголовки сообщений касались восстания сипаев в Индии, которое тогда подходило к концу. Именно в связи с этим восстанием кабель доказал свою ценность для Англии: за день до того, как он полностью вышел из строя, по нему был передан приказ, отменяющий отправку 62-го полка из Новой Шотландии в Индию, где теперь он был больше не нужен. Подсчитали, что лишь одно это сообщение сэкономило Военному министерству не менее 50000 фунтов стерлингов, что равно одной седьмой части всей стоимости кабеля трансатлантической линии.
Последнее сообщение прошло по кабелю в 13 часов 30 минут 1 сентября. По иронии судьбы, это была телеграмма Сайрусу Филду, полученная им на банкете, устроенном в его честь в Нью-Йорке, в которой Филда просили сообщить американскому правительству, что компания готова обеспечить передачу правительственных телеграмм в Англию…
После этого кабель замолчал[24]. Континенты, как и прежде, оказались оторванными друг от друга. Атлантический океан поглотил месяцы напряжённого труда, 2500 тонн кабеля, 350000 фунтов стерлингов.
Нетрудно представить себе реакцию общественности. Те, кто больше всех восхвалял проект, казалось, стыдились теперь своего прежнего энтузиазма. Говорили даже, что предприятие с трансатлантическим телеграфом было своего рода аферой со стороны Филда. Бостонская газета спрашивала – "Не мистификация ли это?", а один английский писатель даже утверждал, что кабель вовсе никогда и не прокладывался.
То, что раньше называли величайшим достижением эпохи, теперь превратилось в безмолвные руины. Потребовалось восемь долгих лет для того, чтобы Европа и Америка смогли вновь разговаривать друг с другом через заново проложенный по дну океана телеграфный кабель.
VIII. РАССЛЕДОВАНИЕ
Неудача с кабелем 1858 года привела к потере трети миллиона фунтов стерлингов частного капитала, которые были теперь навсегда погребены в пучине Атлантики. В том же году оказался совершенно непригодным кабель, проложенный через Красное море в Индию, стоимость которого составляла сумму в восемьсот тысяч фунтов стерлингов, ассигнованных британским правительством. Всё это вызвало крайнее недовольство заинтересованных кругов и отдельных лиц, требовавших тщательного расследования дела. Лондонская "Таймс" посвятила этим событиям множество статей, в которых горячо поддерживалось недовольство публики.
В результате была создана комиссия, которая занималась разбором всего этого огромного и запутанного дела с декабря 1859 года по сентябрь 1860 года. Отчёт комиссии, опубликованный в апреле 1861 года, можно смело назвать одним из самых фундаментальных трудов Управления по изданию официальных документов Англии. Напечатанный мелким убористым шрифтом, он имел более пятисот страниц большого формата и был объёмистей Библии. Не менее внушительным было и его название: "Отчёт объединённой Комиссии, назначенной Комитетом Тайного Совета по Торговле Палаты Лордов с участием представителей Атлантической Телеграфной компании, о результатах расследования строительства подводных телеграфных линий, с протоколом свидетельских показании и другими приложениями".
Отчёт явился как бы кратким изложением успехов электротехники того периода и вместе с тем дал возможность поближе познакомиться с действующими лицами этой истории, начиная с могущественного профессора Томсона и кончая неудачливым доктором Уайтхаузом, которого называли "главным архитектором катастрофы". Отчёт содержал также множество предложений относительно конструкции кабеля и методов его прокладки, поступивших в ходе работы комиссии.
Некоторые предложения, выглядевшие тогда заманчивыми, но абсурдными, на практике оказались, однако, более пророческими, чем предполагали их авторы. Например, некий капитан Селвин предлагал вместо вытравливания кабеля из корабельных тенксов (что нередко приводило к его перекручиваниям и обрывам) намотать кабель на большой плавучий барабан и буксировать его за кормой судна. По его мнению, барабан в этом случае свободно бы вращался в воде по мере размотки кабеля и создавал более безопасные условия для его прокладки. Заключение комиссии гласило: "Мы очень сомневаемся относительно осуществимости такого проекта".
И в самом деле, что касается применения этого метода в открытом море, то сомнения комиссии были, пожалуй, совершенно справедливы; однако именно метод "плавучих барабанов" был положен в основу прокладки подводного топливного трубопровода через Ла-Манш в 1944 году.
Здесь интересно упомянуть об одном из участников комиссии – широко известном в своё время, необычайно одарённом математике Георге Паркере Биддере. Его способности так поразительны, что даже в наш век электронных машин они подчёркивают непревзойдённость возможностей человеческого мозга, который остаётся самой замечательной из всех известных нам вычислительных машин. Вот, например, несколько достоверных фактов, которые, как мне кажется, являются неплохим подтверждением сказанного. Как-то, когда юному Биддеру было всего 9 лет, его спросили: "Сколько времени займёт путь в 123 256 миль, если скорость движения будет 4 мили в минуту?" Решив эту задачу в уме, мальчик через минуту ответил: "21 день, 9 часов и 34 минуты". Годом позже он решил ещё более сложную задачу: "Сколько раз колесо экипажа, имеющее в окружности 5 футов и 10 дюймов, повернётся, пробегая расстояние в 800 000 000 миль? Меньше минуты ему понадобилось, чтобы ответить: "724 114 285 704 раза и еще останется 20 дюймов". Извлечение квадратного корня из 119 550 669 121 (345 761) заняло у него всего 30 секунд. Примеров необычайных способностей этого одарённого человека можно было бы привести немало. Но это между прочим.
К 1861 году, т. е. к появлению отчёта комиссии, в различных частях света уже проложили около 20 тысяч километров подводного кабеля. В рабочем же состоянии было не более 5 тысяч километров.
Неудачи объяснялись главным образом плохой конструкцией кабелей, слабой квалификацией их создателей, плохим качеством материалов, из которых они были изготовлены. Больше всего неприятностей происходило из-за гуттаперчевой изоляции. Но не всегда был виноват кабель или люди, его изготовлявшие.
Вот, например, что можно сказать, пользуясь отчётом комиссии, о прокладке телеграфной линии из Сардинии в Алжир – на расстояние примерно 400 км. Трасса проходила по очень большим глубинам. Работами руководил хорошо известный нам Джон Бретт – пионер прокладки подводных кабельных линий, проложивший кабель через Ла-Манш. Вся навигационная разработка маршрута была сделана французами, которые на своих кораблях эскортировали Бретта. Надо сказать, что в результате получилось любопытное сочетание англо-французской глупости, причём, хочется добавить, не последней.
При первой попытке проложить эту линию кабель вытравили так быстро, что не хватило его длины. Бретт обвинил в этом неожиданные пропасти на дне Средиземного моря, которые якобы не были отмечены на французских картах. Капитан английского судна, ведущего прокладку, прямо заявил при разборе дела: "Глубина промерялась французами. Я не верю их промерам…" Конечно, это заявление было проявлением духа Нельсона, и французы в данном случае оказались ни при чём. Кабель не проваливался ни в какие пропасти. Его просто вытравили со слишком большой слабиной, что подтвердилось несколько лет спустя, когда другой подрядчик поднял этот кабель на поверхность и сообщил, что огромные бухты кабеля просто выбросили за борт. Это и была "пропасть", в которую попал мистер Бретт.