Она кивнула.
— Понимаю. Действительно понимаю.
Ее взгляд подтверждал слова.
Оливер заключил ее в объятия и несколько минут прижимал к груди. Затем поцеловал в лоб.
— Я вернусь следующей ночью.
Расставшись с Урсулой, Оливер связался с Кейном и отправился с ним на патрулирование. Кейн был одним из немногих коллег, которых он еще не разозлил, и Оливер прилагал большие усилия, чтобы не сказать ничего, что могло бы привести к ссоре.
— Рад, что ты ко мне присоединился, будет не так скучно, — сказал Кейн, когда он подошли ко входу в очередной ночной клуб, где пара дюжин завсегдатаев выстроилась с очередь, чтобы попасть внутрь.
— Думаю, прошлой ночью все было по-другому. Насколько плохо все прошло? — Оливер бросил на него косой взгляд, затем стал высматривать что-то необычное среди молодых людей снаружи.
— Позволь сказать, что это было некрасиво. — Он понизил голос, чтобы люди вокруг не могли услышать. — Она выглядела так, словно он ее растерзал.
Оливер ответил также тихо.
— Хуже, чем в жажде крови?
Кейн засунул руки в карманы.
— Намного. Какая пустая трата жизни. Ужасно, что могут сотворить наркотики. Это зло, чистое зло.
Оливер вспомнил то время, когда принимал наркотики, будучи человеком.
— Да, пустая трата. — И, если Самсон не вытащил его оттуда, он бы погиб. Мысли об этом вновь всколыхнули в нем чувство вины за то, как расстался с Самсоном. Он встал как раз перед тем, как они должны были войти в ночной клуб.
— Послушай, Кейн, не возражаешь, если я оставлю тебя на время? Мне нужно поговорить с Самсоном.
Кейн покачнулся на пятках.
— Что-то важное?
— Что-то очень важное.
— Не волнуйся. Я все также буду проверять ночные клубы. Позвони, если захочешь опять составить мне компанию. Конечно, если закончишь до восхода солнца.
Оливер взглянул на часы. Он полночи провел с Урсулой, а с Кейном собирались проверить третий клуб.
— Уже поздно. Я позвоню, если закончу вовремя.
Оливеру потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до дома Самсона. Когда он встал перед входной дверью, то заколебался. Затем глубоко вздохнул, наполняя легкие ночным воздухом, прежде чем нажать на звонок.
— Ну, начнем, — пробормотал он себе под нос.
Дверь открыл сам Самсон. Его босс посмотрел на него с серьезным выражением лица. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Затем Самсон нарушил молчание.
— Ну заходи.
Самсон отступил в сторону, чтобы дать ему войти, затем закрыл дверь.
Оливер остался в коридоре, переминаясь с ноги на ногу, не зная с чего начать. Он не продумал все до конца. Он не обладал навыком коллег, которые отлично излагали мысли. Он гораздо проще. Менее утонченный.
Оливер втянул воздух, затем поднял глаза и посмотрел на своего босса.
— Прости, Самсон. За то, что я сказал.
Самсон вздохнул и провел рукой по волосам. Шли секунды.
— Нелегко наблюдать, как ты взрослеешь и становишься мужчиной со своим собственным мнением. Думаю, я все еще вижу в тебе ребенка, которого подобрал с улицы той ночью, чтобы поднять себе настроение.
Оливер уставился на него с любопытством.
— Что это значит?
Печальная улыбка заиграла на губах Самсона.
— Я был на пике своей жизни, думая о всех плохих поступках, которые совершил в прошлом. Хотел сделать что-то хорошее, и внезапно простого управления «Службой Личной Охраны» стало недостаточно. Я хотел спасти кого-нибудь. Изменить его жизнь. Поэтому выбрал тебя. В моих собственных эгоистичных целях. Хотел доказать себе, что могу быть бескорыстным, что могу сделать что-то для человека, не ожидая ничего взамен.
— Ты выбрал меня?
— Я сделал это, чтобы поднять свою самооценку. Гордиться чем-то.
Оливер опустил голову.
— И теперь ты во мне разочаровался. Я могу это понять.
Самсон положил руку на плечо Оливера, заставив его поднять взгляд.
— Нет. Я не разочаровался в тебе. Дело не в этом. Я не был бескорыстен. Эгоистично думать, что я могу принимать решения за тебя. И, когда я понял, что ты начал принимать свои собственные решения, то начал защищаться. Не смог тебя отпустить, хотя понимал, что пора. Оливер, Может Куин и твой родитель, но ты мне как сын.
Оливер почувствовал жжение в глазах и понял, что слезы на подходе. Он сморгнул их.
— Я всегда равнялся на тебя.
Самсон заключил его в объятия.