Выбрать главу

Годы учебы у Орбилия не прошли даром, и Гораций до самой старости наизусть помнил стихи из поэм Гомера, о чем свидетельствуют многие его произведения. Помимо Гомера, будущий поэт еще в юности познакомился с творчеством многочисленных греческих и римских писателей и, очевидно, со временем стал считаться очень начитанным человеком. Подробнейший филологический анализ стихотворений Горация позволил ученым установить, что он прекрасно знал произведения греческих поэтов — Сапфо, Алкея, Архилоха, Анакреонта, Тиртея, Мимнерма, Стесихора, Симонида, Пиндара, Каллимаха и Аполлония Родосского, философов — Пифагора, Платона, Аристиппа, Эмпедокла, Демокрита, Эпикура, Филодема, Эзопа и Биона Борисфенита, драматургов — Евполида, Кратина, Аристофана, Менандра, Эпихарма, Феспида, Эсхила, Софокла и Еврипида, а также римских поэтов — Ливия Андроника, Энния, Невия, Луцилия, Лукреция, Катулла, Кальва, Варрона Атацинского и Марка Фурия Бибакула, философов — Катона Цензора и Плотия Криспина, драматургов — Плавта, Теренция, Цецилия Стация, Луция Афрания, Тита Квинция Атту, Пакувия, Акция и Лаберия[42]. Неслучайно сам поэт в своих произведениях постоянно пишет о пользе чтения и изображает себя читающим книги[43].

Отец Горация не отважился оставить сына на попечение своих рабов в Риме — городе, полном всяческих соблазнов и пороков. Он решил сам поселиться в столице на некоторое время, чтобы лично надзирать за маленьким Горацием в школе:

Сам мой отец всегда был при мне неподкупнейшим стражем; Сам, при учителе, тут же сидел. Что скажу я? Во мне он Спас непорочность души, залог добродетелей наших, Спас от поступков дурных и от всех подозрений позорных. Он не боялся упрека, что некогда буду я то же, Что он и сам был: публичный глашатай иль сборщик; что буду Малую плату за труд получать. Я и тут не роптал бы; Ныне ж тем больше ему я хвалу воздаю благодарно Нет! Покуда я смысл сохраню, сожалеть я не буду, Что у меня такой был отец…[44]

Отец не только всячески опекал Горация, но и учил его различным житейским премудростям, нравственности и морали:

Это уроки отца: приучал он меня с малолетства Склонностей злых убегать, замечая примеры пороков. Если советовал мне он умеренно жить, бережливо, Жить, довольствуясь тем, что он сам для меня уготовил, Он говорил: «Посмотри, как худо Альбия сыну, Или как бедствует Бай! Вот пример, чтоб отцом нажитое Детям беречь!» Отвращая меня от уличных девок, Он мне твердил: «Ты не будь на Сцетана похож!» Убеждая Жен не касаться чужих: «Хороша ли Требония слава? — Мне намекал он. — Ты помнишь: застали его и поймали! В чем причина того, что одно хорошо, а другое Плохо, — тебе объяснят мудрецы. Для меня же довольно, Если смогу я тебе передать обычаи дедов И без пятна сохранить твое доброе имя, покуда Нужен наставник тебе. А когда поокрепнут с годами Тело твое и душа, тогда уж и плавай без пробки!» Так он ребенком меня поучал; и если что делать Он мне приказывал: «Вот образец, — говорил, — подражай же!» И называл отборных мужей из судейского чина. Если же что запрещал: «Ни пользы ведь в этом, ни чести! Ты не уверен? А ты припомни такого-то славу!» Как погребенье соседа пугает больного прожору, Как страх смерти его принуждает беречься, так точно Юную душу от зла удаляет бесславье другого. Так был я сохранен от губительных людям пороков[45].

Где жили в Риме юный Гораций и его отец? Очевидно, они снимали небольшую квартиру в одном из городских домов. Дело в том, что только богатые римляне жили в особняках и дворцах, отгороженных от городского шума. Все же остальные жители столицы могли только мечтать о тишине, поскольку обитали в многоэтажных доходных домах — инсулах (insula), квартиры в которых сдавались внаем.

Первые инсулы появились в Риме в IV веке до н. э., а в III веке до н. э. они стали настолько распространены, что уже не вызывали любопытства. В I веке до н. э. высота римских инсул стала превышать все мыслимые размеры. Императору Августу даже пришлось издать закон, согласно которому запрещалось строить многоэтажные дома выше 20 метров[46]. Основной причиной роста инсул в высоту была серьезная перенаселенность города. Как писал в то время архитектор Витрувий, «при настоящей значительности Рима и бесконечном количестве граждан имеется необходимость в бесчисленных жилых помещениях. Поэтому, раз одноэтажные постройки не в состоянии вместить такое множество жителей Рима, пришлось тем самым прибегнуть к помощи увеличения высоты зданий»[47]. По мнению ученых, росту инсул, помимо постоянного увеличения римского населения, способствовало также полное отсутствие пассажирского транспорта, лишавшее многочисленных ремесленников, торговцев и прочих жителей Рима возможности проживать в пригороде и быстро перемещаться внутри города. Кроме того, поскольку городская земля была весьма дорога, будущий домовладелец стремился приобрести земельный участок подешевле и выстроить на нем инсулу повыше.

вернуться

42

Подробнее см.: Дуров В. С. Незнакомый Гораций. СПб., 2017. С. 114–135 (с многочисленными ссылками).

вернуться

43

Гораций. Послания. I.2. 1–4; 35; I.7. 11–12; I.18. 96; I.19. 39; 41–43; Сатиры. II.3. 11–12.

вернуться

44

Гораций. Сатиры. I.6. 81–90.

вернуться

45

Гораций. Сатиры. I.4. 105–129; См. также: Гораций. Сатиры. I.6. 65–70.

вернуться

46

Страбон. V.3. 7.

вернуться

47

Витрувий. II.8. 17. Перевод Ф. А. Петровского.