Выбрать главу

Ювелир быстро отыскал подходящую цепочку и жемчужина заняла место на шее Айи. Поглаживая ее кончиками пальцев, маркиза решила, что рассказывать отцу о произошедшем не стоит. Еще, упаси Пресветлый, заставит все выходные проводить на верфи. "И еще неизвестно, как он отреагирует на мою фиктивную помолвку и нежелание отчисляться с ФБМ…" — пронеслось в голове. В этот момент Айя от души порадовалась, что в этот раз беседа будет не личной, а с помощью артефакта связи.

Задерживаться в родовом особняке Делавентов молодая маркиза не планировала. Не хотела объясняться с матерью. Представила ей Сайфера как своего телохранителя, велела ему ждать в гостиной, а сама прошла в отцовский кабинет. Взяла с полки шкатулку, села за стол, придвинула к себе очиненный карандаш и стопку тонких листов и вложила в артефакт первую записку, сухое "Я дома". Ответ пришел через несколько секунд, словно Колинер Делавент сидел у парной шкатулки в ожидании. Такое же сухое и четкое "Рассказывай". Узнав о заключенной помолвке и нанятом телохранителе, маркиз не рассердился, наоборот, похвалил Айю за верно принятое решение и одобрил кандидатуру фиктивного жениха. И даже разрешил продолжить обучение. Пообещал, что постарается выкроить время и хотя бы на несколько дней вернуться в столицу, чтобы на следующих выходных они с дочерью поговорили детальней.

Мать предлагала остаться на обед, но Айя отказалась. Коротко сообщила, что все в порядке, сослалась на множество дел и поспешила прочь из дома. Она собиралась посетить книжные лавки, приобрести несколько книг по артефактике и вернуться в Академию, чтобы посвятить вечер их изучению. Слишком привлекательной была идея, жившая в голове уже несколько недель. Но едва Айя шагнула за ворота, как стоявший метрах в ста от особняка экипаж тронулся с места и остановился возле нее. А из него показался Элистер Бакрон собственной персоной. Маркиза с трудом подавила желание спрятаться за Мирта, державшегося на шаг позади. Тем временем Элистер, подчеркнуто не замечая ее охранника, расплылся в улыбке.

— Айя, дорогая, как я рад тебя видеть, — воскликнул он.

— Не могу ответить вам тем же, граф, — холодно процедила Айя, не желая любезничать с бывшим женихом.

— Понимаю твою обиду, — вздохнул Элистер. — Но прошу, позволь мне объясниться и принести свои глубочайшие извинения. Только не посреди улицы, давай обсудим все в отдельном кабинете любого ресторана, какой ты выберешь.

Маркиза с трудом удержалась от желания пояснить Бакрону, в каком именно направлении ему следует отправиться вместе со своими глубочайшими извинениями, объяснениями и приглашениями в ресторан. При одной мысли о том, что по вине этой аристократической мрази ее могли изнасиловать и опозорить, Айю колотило от бешенства и ужаса. И от воспоминаний, как он уговаривал ее лечь под старика Герина, а после сам навалился с далекими от благородных намерениями, тоже.

— Боюсь, нам с вами не о чем разговаривать, — заявила она.

— Это все отец, он вынудил меня расторгнуть помолвку, — опустив голову, тихо признался Элистер. — Клянусь честью, я этого не желал. Всю неделю не находил себе места от беспокойства. Умоляю, выслушай меня.

Это было похоже на правду. Себастьян Бакрон действительно был куда жестче своего тюфяка-сына. Несколько секунд Айя колебалась, а после решительно покачала головой. Изнасиловать ее Элистер пытался явно не по приказу отца, и разговаривать с ним она совершенно не желала. Даже из вежливости. Даже ради того, чтобы соблюсти приличия.

— Позволь тогда хотя бы помочь тебе, — окончательно понурившись, проговорил бывший жених. — Давай заключим новую помолвку, которая защитит тебя в твоей академии. Я готов прямо сейчас пойти в храм…

— Не беспокойтесь, граф, — перебила его Айя. — В вашей помощи я уже не нуждаюсь. А сейчас прошу меня извинить, я тороплюсь. Всего хорошего.

Она отвернулась и зашагала вниз по улице, жалея, что отказалась взять семейный экипаж, как предлагала мать. Подумаешь, кучер бы рассказал после, куда возил молодую хозяйку. Не вовремя решила проявить самостоятельность, не вовремя… Элистер дернулся было следом за ней, но Мирт преградил ему дорогу и негромко произнес:

— Моя клиентка выразилась предельно ясно.

Молодой Бакрон побелел от злости, видя, что добыча ускользает, но сумел взять себя в руки и, криво усмехнувшись, пожал плечами:

— Женщина, что с нее взять. В ней говорит обида. Не влезал бы ты, охранник, потом крайним окажешься.

— Пока госпожа Делавент не изъявит желания с вами побеседовать, уважаемый, я буду, как вы выразились, влезать, — особенно выделив слово "уважаемый", ответил Мирт. — Всего доброго.