Выбрать главу

– Со мной?! – удивилась девушка. – Моя сила при мне!

– “Сила”, – передразнила её прорицательница. – Это громко сказано. Мне нужен могучий помощник.

– Для чего? – немедленно спросила Альрин.

– Для борьбы со злом, – отрезала Фавилла.

Чародейка нахмурилась.

– С каким злом? Что есть зло? – с подозрением проговорила она.

– Зло – всё, что я сочту таковым, – любезно разъяснила прорицательница. – Некоторым заклинаниям я тебя научу. Что до силы… Времени у нас мало, а дел много. Потому я вижу только один способ решить этот вопрос.

Фавилла стала поудобнее, развела руки в стороны, закрыла глаза и произнесла магическую формулу. Девушка почувствовала, как её словно подхватывает и несёт куда-то горная река.

Ей почудилось, будто рёв бегущей по уступам и перекатам воды заполнил всё вокруг, весь мир. А прорицательница всё читала и читала заклинание, словно находя новые, доселе заваленные камнями, притоки и расчищая им путь. Конец формулы Альрин не услышала: она потеряла сознание.

Альхана оказалась шумной и грязной. И пропахшей рыбой, от камней в единственной мостовой до флюгера на крыше ратуши. Флюгер был сработан в виде, разумеется, рыбины, наполовину высунувшейся из морской волны. Рыбные прилавки попадались на каждой улице. Не все горожане, промышлявшие рыбой, ходили торговать на рынок. Некоторые обустраивали лотки прямо в окнах первых этажей.

Лисси, впрочем, не заботила ни грязь, ни запахи. В цирковом прошлом ей доводилось бывать в местах куда паршивей. На лице Далахара, привыкшего к чистым опрятным улицам Делора, была написана брезгливость.

– Как могут люди жить в таком скотском месте? – пробормотал он под нос, перешагивая зловонную лужу.

В луже, облепленная мухами, лежала рыбья голова.

Дом Нафтира, торговца картами, спутники нашли быстро: он стоял в двух шагах от рынка. На вполне добротном двухэтажном строении из серого камня висела деревянная вывеска. Надпись, сделанная на Общем Слове, гласила: “Карты, книги, манускрипты”. Чуть ниже шла приписка: “всегда свежая рыба”.

– Помешались они все на этой рыбе, – хмыкнула Лисси, с силой потянув за шнурок колокольчика.

В лавке раздался мелодичный звон, однако двери никто не распахнул. Девушка дёрнула за верёвочку ещё раз и выругалась: в пальцах остался лишь обрывок.

– Дай я, – оттеснил её Далахар и забарабанил в дверь кулаком.

Никакого эффекта.

– Кто вы такие, и что вам тут надо? – раздался сзади резкий голос.

Спутники обернулись. На противоположной стороне улицы, небрежно опершись о коновязь, стояла женщина в лёгком кожаном доспехе. Её тёмные волосы были собраны в хвост, а правая рука небрежно лежала на оголовье меча. Меч был на треть вытянут из ножен, и по его виду Далахар понял, что это оружие отнюдь не декоративное.

– Я задала вопрос, – отрывисто проговорила женщина, лёгким движением освободив клинок до половины.

Тангор, узрев подобное оружие, обидно бы рассмеялся и не преминул уточнить, за какой проступок женщину заставили таскать этот позор кузнеца. Однако, Далахару было не до смеха. За свою военную карьеру он видывал, как поединки выигрывали с куда более никудышным и даже ржавым клинком.

– Даже два вопроса, – ехидно отозвалась тем временем Лисси. – Мы пришли к Нафтиру купить несколько карт. В Альхане это запрещено?

Женщина недобро ощерилась. Впереди у неё недоставало одного зуба.

– Не дерзи мне, сопля! Я – Рэйред, капитан городской стражи. Вы кто такие?

– Мы – простые путешественники, – шагнул вперёд Далахар, предупреждающе хватая Лисси за руку. – Недавно мы пересекли Великую Пустыню с отрядом кочевников, и теперь наш путь лежит на север.

– Что вы забыли на том севере? – поморщилась Рэйред.

– Не твоё дело, – не выдержав, рявкнула Лисси. – Ступай себе… капитан.

С грубым ругательством Рэйред шагнула вперёд, вытаскивая меч, но вдруг с удивлением обнаружила, что Лисси оказалась быстрее. Намного быстрее! Теперь лиссин клинок упирался в грудь стражницы, аккурат в то место, где кожа доспеха была закрыта слегка поржавевшей металлической бляхой с плохо выбитым гербом Альханы.

– Ещё один шаг в нашу сторону, капитан, и я перережу тебе горло, – будничным тоном сообщила Лисси.

Рэйред медленно убрала ладонь с рукояти меча, подняла руки и отступила.

Лисси не стала прятать клинок, просто опустила его остриём к мостовой. Стражница молча сделала ещё шаг назад, затем развернулась и быстро ушла, не оглядываясь.

– Глупо, – вздохнул Далахар. – Она вернётся с подмогой. Нас будут искать по всему городу.

– Прости, не сдержалась, – огрызнулась Лисси. – Заканчиваем по-быстрому с поиском карт и уходим отсюда.

Дверь, конечно, так никто и не открыл. Девушка окинула дом взглядом и с удовлетворением заметила, что окно на втором этаже распахнуто.

– Стань спиной к стене, – скомандовала Лисси северянину. – Руки соедини внизу. Пальцы не сплетай, – поморщилась она, – просто положи одну ладонь на другую. Я шагну сперва на руки, затем – на плечо, и заберусь в окно.

– Справишься? – с сомнением спросил Далахар, послушно выполняя всё, что требовалось.

– Я из цирка, забыл? – усмехнулась Лисси. – Раз плюнуть.

Она буквально взлетела к окну, так быстро, что северянин даже не успел толком почувствовать веса девушки, подтянулась на руках и исчезла в проёме. Послышалось ругательство, какая-то возня, но через десяток секунд лязгнул засов, и дверь распахнулась. На пороге стояла Лисси, и вид у неё был совсем не радостный.

Улыбка сползла с лица Далахара.

– Что? – коротко спросил он.

– Меня укусила змея, – мрачно ответила девушка. – Наверное, купец оставляет их сторожить дом от воров, когда уходит. Я не ожидала… – она махнула рукой внутрь комнаты.

Северянин вбежал в дом, чуть не снеся Лисси. Под лестницей, на грязноватом полу, свернувшись клубком, лежала степная кобра. Далахар пригляделся. У змеи была размозжена голова.

– Она уже дохлая, – без надобности сообщила Лисси и пошатнулась.

– Покажи укус, – потребовал северянин.

Лисси послушно продемонстрировала левую ногу. На голени алели две точки, следы зубов. Рана слегка припухла.

– Я высосу яд, – Далахар без дальнейших разговоров сгрёб Лисси в охапку и понёс в комнату.

Всюду здесь были полки, сколоченные из мореного дуба. На них в беспорядке лежали карты и свитки, несколько полок были забиты книгами, пепельными от пыли. В глубине северянин обнаружил очаг в форме восьмиугольника, выложенный камнями. В очаге стояла закопчёная жаровня.

Далахар поискал глазами что-нибудь пригодное для лежания, но ни кроватей, ни диванов в комнате не оказалось. Тогда он поднёс Лисси к большому столу, смахнул на пол бумаги, свечи и глиняную кружку с остатками вина и аккуратно уложил девушку на дубовую поверхность.

Лисси выгнулась дугой, мелко и часто дыша.

Северянин оторвал от рубахи полоску ткани и туго обмотал ей бедро девушки.

– Какие славные ножки, – усмехнулся он и припал губами к ранке.

– Прекрати. Сам отравишься, – вяло протестовала Лисси, пока Далахар высасывал яд, часто сплёвывая.

– Справлюсь, – процедил северянин сквозь зубы. – Но надо расширить рану.

Быстрым движением он достал нож и сделал на месте укуса крестообразный надрез. Лисси даже не ойкнула.

– Шрам, наверное, останется, – виновато пробормотал Далахар, но Лисси было уже всё равно: она потеряла сознание.

Неожиданно дверь распахнулась от удара ноги. Десяток стражников стремительно ворвались в дом и окружили Далахара прежде, чем тот успел сообразить, что происходит.

Северянин выхватил меч, но стражники нацелили на него взведённые арбалеты.

– Без глупостей! – хмыкнула Рэйред, выступая из-за спин соратников.

– Мы безоружны, не стреляйте! – Далахар положил клинок на пол и сделал шаг назад.

Стражники переглянулись, ожидая приказа командира. Северянин, глядя на них, пришёл к выводу, что городская власть на защитниках экономит. Амуниция у тех была слишком разной, как будто каждый покупал детали доспеха сам. Кожа была потёртой и потрескавшейся, а на металлических частях то и дело попадалась ржавчина.

– Слышали, парни? Они безоружны! – расхохоталась Рэйред, и стражники подхватили её смех. – Нет, громила, стрелять никто не будет. Слишком лёгкой смерти захотел, собака, – зло прищурилась она. – В темницу их!

– Мы не сделали ничего плохого! – запротестовал Далахар. – Моя спутница серьёзно ранена, она без сознания, ей нужна помощь!

Но это вызвало только новый приступ хохота.

– В темнице помогут, – кивнула Рэйред. – Я лично прослежу, – капитан не сдержала ехидную усмешку. – А то и поучаствую… Эту шваль понесите, – кивнула она на Лисси. – Особо не церемоньтесь, синяки её только украсят.

– Вот сука, – прорычал Далахар, не делая, однако, попыток напасть: несколько арбалетных болтов всё ещё смотрело в его сторону.

Рэйред неторопливо подошла к северянину и коротко, без замаха, ударила его в лицо. Далахар залился кровью: у стражницы оказался кастет, который при ударе рассёк кожу.

– Повторить?

Северянин молчал, вытирая щёку. Глупо было сейчас лезть на рожон.

“Я не умнее Лис, – подумалось ему. – Она по дурости настроила стражу против нас, и я туда же”.

– Увести, – с разочарованием в голосе распорядилась Рэйред.

– Я сам понесу девушку, – холодно проговорил Далахар и, не дожидаясь согласия или запрета, аккуратно взял Лисси на руки.

Та слабо застонала.

– Очухалась, – констатировала Рэйред. – Ну, ничего. Скоро пожалеешь, что не осталась в забытьи.

Северянин честно пытался запомнить дорогу, которой их вели, но после двадцатого поворота сдался. Альхана была построена, казалось, безо всякого понятия о порядке. Хаотично натыканные дома переплетались причудливо изогнутыми улицами. На некоторых из них даже были написаны названия на глиняных или деревянных табличках. Но Далахар заметил, что одна улица часто пересекает другую с таким же именем, и понял: толку от этих табличек мало.