Выбрать главу

– Скажите… А почему бы вам не отослать за этим ловкачом своих людей? Хотя бы того, который привез меня? Скрутили бы ему руки. Или сразу шею, если конечная цель такова…

– Потому что этот ловкач больше не существует в реале. Как и ты, впрочем. Понимаешь, что это значит?

– Нет, – честно признался Шейд.

– Тот парень, которого я ищу, в реале убит. Но его сознание сохранилось в Сети, и оно ведет себя как обычный юзер с мнемодоступом. Только покинуть Сеть сознание не может – оно обречено на существование исключительно здесь, в виртуальности. Ему некуда выходить. С тобой та же история, только ты пока не убит. Я могу вернуть тебя в тело, но не раньше, чем ты поймаешь моего ловкача. И у тебя есть трое суток, не больше, иначе в мозгу начнутся необратимые изменения, и тело погибнет. А ты соответственно останешься здесь. В Сети. Так что на твоем месте я поторопился бы…

Шейд ошарашенно слушал откровения Камилла. Своего новоявленного диктатора. Трое суток. А потом…

«А что потом? – с неожиданной злостью подумал Шейд. – Что потом? Смерть? Я и так живу лишь в Сети. Нужно оно мне, это жирное и инертное тело, вечно получающее по морде у собственного подъезда? Тело, которое нужно кормить, которому нужно ежечасно посещать сортир, которое болеет и когда-нибудь начнет стариться… Черт бы его побрал…» Если бы Шейд умел читать мысли Камилла, он бы понял, что Камилл испугался. Ненадолго, всего на мгновение, а может, и меньше. Но Камилл определенно не учел, что желание воссоединиться со своим телом у Шейда может оказаться отнюдь не таким горячим, как ожидалось. Камилл вообще не задавался подобным вопросом: само собой разумеющимся представлялось инстинктивное цепляние разума за бренную оболочку. И вдруг – такой поворот!

Но Камилл быстро нашелся.

– Трое суток, – отрезал он сухо. – Тело твое погибнет, а тебя я попросту сотру. Вот так…

Перед несуществующими глазами Шейда побуквенно вспыхнула белесая одиночная строка:

~#mv shade/dev/null

Вот этого Шейд действительно боялся. Он так много времени проводил в Сети, что в какой-то момент стал больше отождествлять себя с сознанием, нежели с телом. Но потерять сознание, потерять себя… Закончиться как личность, угаснуть в бескрайнем мраке…

Этого боятся все, независимо от того, думают ли они о сознании или же о теле.

Это – Смерть. То, что ждет всех, и то, о чем большинство старается думать как можно реже.

– Я согласен, Камилл, – прошептал Шейд. – Я согласен. Кого нужно найти? Давай я займусь этим сейчас же, раз времени так мало.

– Его зовут Энди Трушин. Вот адреса его почтовых ящиков в нашей Сети…

Камилл, сам по-прежнему оставаясь невидимым, вбросил в пределы холда несколько адресных строк, издалека похожих на слабо мерцающие лампы дневного света.

– Он что-то затеял, как мне кажется. Садись ему на хвост и отслеживай по возможности все доступы. Ни во что не вмешивайся. Только следи. Я хочу знать, куда он ходит в Сети? С кем встречается? Что его интересует? Ты понял?

– Понял.

– Приступай…

И на Шейда свалилась еще одна строка. С вожделенным паролем.

Он схватил ее наперевес, как огромный ключ, белую и сверкающую, разом взмыл к выходу из каталога-холда и с размаху вогнал меж двух точек. Холд лопнул, словно яйцо, выпускающее в мир новорожденную жизнь. Отовсюду хлынул свет, а наверху стал виден радужный тоннель сетевого доступа и смутные очертания большого, похожего на исполинский решетчатый куб сервера вдали.

– Помни, – сказал Камилл. – Даже если ты шатаешься черт знает где, личность твоя записана все равно здесь, на моем диске. Одна-единственная команда – и тебя нет. Нужный скрипт уже наготове.

– Я помню… – беззвучно прошептал Шейд.

Впервые он уходил в Сеть без личины. Лишь эфемерное колышущееся облачко скрывало продолговатые коконы с адресными строками, и ничто на первый взгляд коконы между собой не связывало.

Шейд умел паковать информацию в удобный и приемлемый для сетевых работ вид.

«Ну, – подумал он. – За дело…»

– И не ошибись, – накатил откуда-то сзади знакомый льдистый голос.

Накатил – и истаял.

* * *

!TASK 01

[OWNER: Zlyden&Zhmur]

Квартиру Жмур и Злыдень сняли у черта на рогах – в Бирюлево. Рядом с кинотеатром «Керчь». В ошеломительно высоком многоподъездном доме, стоящем торцом к проезжей части. Хорошо еще, что квартира искомая располагалась всего лишь на втором этаже. Не пришлось давить на собственные нервы, выглядывая в окно, и карабкаться в немыслимую высь по тесной, вызывающей острые приступы клаустрофобии лестнице.

Злыдень ведь большую часть жизни провел в Еланце, небольшом городке при перегоне. А в небольших городках не бывает высотных зданий, это удел Сити и зоны высадки. Редко какой городишко на огромном континенте родного мира мог похвастаться двухэтажным зданием.

В глазах Аурела, когда разъезжались, Злыдень прочел то же замаскированное замешательство. Лично ему, Стасу Шиманскому по прозвищу Злыдень, больше всего били по естеству две вещи: несметные толпы на улицах и прорва высотных зданий.

До Бирюлево ехали, казалось, целую вечность, то и дело застревая в обширных пробках. Зато когда появлялась возможность – таксист гнал так, что дух захватывало. Словно по перегону. Но по перегону гнать – милое дело, трасса широкая, гладкая и пустая. Если одна-две машины навстречу за час попадутся – считай, движение плотное. А тут…

В общем, Злыдень со Жмуром не могли дождаться финиша. Чтобы набить как следует холодильник, распаковать и установить свежекупленные терминалы и надолго ухнуть в Сеть. На поиски скользкого и неуловимого противника. Камилла.

Того, кто заставил бояться и убегать.

Ведь лучшее средство против страха – устранить причину, его порождающую.

Соседи лениво глазели, как они таскают на второй этаж картонные коробки с аппаратурой.

После простора и роскоши берлоги Злыдня эта двухкомнатная клетушка казалась вопиюще тесной. Впрочем, Злыдень уже понял, что этот мир населен непростительно плотно.

«Ну и фиг с ним, – подумал Злыдень с легким раздражением. – Хватит уже удивляться…» Пока ввергли терминалы в рабочее состояние и оттестировали систему, за окнами начало темнеть. Под пристальным взглядом Жмура Злыдень стянул мнемоюсты с висков, задумчиво почесал непривычно плоское пузо и многозначительно вопросил в пустоту:

– А что обыкновенно делают после апгрейду? Или, скажем, установки нового железа?

– Пьют пиво, – с готовностью подсказал Жмур и алчно пошевелил бородой.

Злыдень фыркнул:

– Мы ж днем водку жрали.

– Ну и что? – беспечно спросил Жмур. – Выветрилась давно. Особенно после этих… погрузочных работ.

– Ну, лады. Пошли, что ли, съестного наберем.

– И пива! – добавил Жмур ревниво.

– Разумеется, друг мой, разумеется! И пива тоже. Тем более что местного мы до сих пор не пробовали.

В ужасающе узком коридоре они облачились: Злыдень в кожаную куртку и ботинки на рифленой подошве, Жмур – в длинный черный балахонистый плащ, черные туфли и черную широкополую шляпу. Кроме того, Жмур взял с собой футляр от скрипки.

– Слушай, – спросил его Злыдень, когда спускались по лестнице. Подальше от перил спускались, у самой стеночки… – На фига ты скрипку с собой таскаешь?

– Это не скрипка, – вяло объяснил Жмур и глубоко вздохнул. – Неуютно мне без нее, понимаешь?

Злыдень только загадочно хмыкнул.

Болтая о том о сем, они добрели до ближайшего супермаркета – нормального, большого и низкого, одноэтажного и оттого кажущегося потрясающе родным. Накупили еды и пива. Еды – ленивой: либо готовой, в вакуумной упаковке, либо быстро готовящейся, вроде пельменей. Пива набрали всякого, от тверского «Афанасия» до шестой «Балтики», черной и плотной, как деготь. С руками, полными пакетов, отправились в обратный путь.

Группа стриженных наголо подростков перехватила их перед самым подъездом свежеснятой квартиры.