7
Мейбл Страк случалось в жизни видеть странности, особенно в последние два года, когда она стала работать на Тони, который ловит шулеров сотнями. Но ничего более странного, чем предмет, который она держала в руках, ей не попадалось. Шоколадный батончик, стоящий сто тысяч долларов.
Мейбл перебирала почту, сидя за столом Тони. Ее босс отбыл пару часов назад в Слиппери-Рок. А она села за его компьютер и просмотрела десятки электронных писем. Потом принялась за бумажные: срочные в одну кучку, несрочные — в другую. Самое последнее письмо оказалось пухлым. Мейбл надорвала его. На стол упал гигантский батончик «Три мушкетера». К нему прилагалась записка от Рона Шеперда, главы отделения по надзору за игорным бизнесом Канадской королевской конной полиции.
Привет, Тони.
Вот тебе конфетка за 100 000 долларов в твою коллекцию. Владелец магазина во всем сознался, ему светит год за решеткой. Плюс компенсация правительству всех налогов, которые он не выплатил с левых доходов. Я думал, что меня уже ничем не удивить, но это просто шедевр, а не афера. Спасибо, что помог раскусить ее.
Мейбл сжала батончик в руке. На нем обнаружилась этикетка с ценой. Один канадский доллар тридцать центов. Курс примерно десять к семи. То есть батончик стоил около одного американского доллара. Отчего же эта конфета подорожала в сто тысяч раз?
Мейбл положила батончик на стол и пристально посмотрела на него. У Тони есть одно любимое выражение: «Быть в курсе». Именно это и отличает толковых людей от невежественных. Мейбл была не в курсе относительно этой дурацкой шоколадки, и это безмерно расстроило ее. Она сняла трубку и позвонила Иоланде, которая занималась уборкой дома. Через десять минут Иоланда стояла в кабинете, прижимая к груди малышку Лоис и читая письмо Рона Шеперда.
— Я думала, вы пошутили, — сказала она, возвращая письмо. — И в чем, по-вашему, хитрость?
— Понятия не имею. И знаешь, что больше всего меня огорчает? Тони и словом не обмолвился, что работает на этого человека.
— Наверное, просто оказал ему услугу. Джерри говорит, он часто так поступает.
Мейбл заскрежетала зубами. Тони попросил ее вести дела в его фирме. И она согласилась, предполагая, что люди должны платить за услуги ее босса. А он раздавал налево и направо бесплатные советы и помогал кому ни попадя.
— Мог бы хоть сказать.
— Вероятно, не хотел вас тревожить. Он считает, вы слишком много работаете.
— Бывает временами. Но это же очень… интересно.
— Так позвоните ему. Он с радостью все объяснит.
Мейбл снова осмотрела батончик. В записке Рона Шеперда говорилось, что продавцу грозила тюрьма. Может, он накрыл батончик полотенцем и сделал вид, что это пистолет? Нет, решила она, тут должна быть какая-то уж очень каверзная хитрость. Иначе Рон Шеперд не обратился бы к Тони. Она подняла взгляд и увидела, что Иоланда держит трубку.
— Хотите, я позвоню ему?
Мейбл покачала головой.
— Не надо. Я сама.
Мобильный Тони был выключен. Мейбл оставила сообщение с просьбой перезвонить. Ее босс прослушивал сообщения от случая к случаю. Так что может пройти несколько часов или даже целый день, прежде чем она добьется от него объяснений.
Иоланде пора было кормить дочку, и Мейбл проводила ее до порога. Когда она закрыла дверь, ее вдруг осенило. В последнее время, если память ей не изменяет, Тони в Канаду не ездил. Стало быть, эту аферу с шоколадкой он разоблачил, сидя в своем любимом кресле. Войдя в гостиную, Мейбл просмотрела груды видеокассет, наваленных по всей комнате. Почерк Тони расшифровать было нелегко — Джерри сравнивал его с почерком Бульвинкля, персонажа мультиков, — поэтому она заглядывала в пояснения тех, кто прислал кассеты.
Мейбл перебрала их все, потом прошлась по ящикам стола и шкафа. Про батончик ничего не нашлось. Это уже начинало раздражать ее. Где-то же должна быть эта чертова кассета.
В кресле лежали блокнот и пульт — главные рабочие инструменты Тони. Ей пришло в голову, что нужная пленка может стоять в видеомагнитофоне. Она включила телевизор и нажала «воспроизведение». На экране появилось изображение лысого босого мужчины. Это был Рики Смит в «Монетном дворе». Мейбл читала в газете о его подвигах, но не ожидала увидеть такое.
Рики играл как одержимый. Одной рукой ставил, другой бросал кости или переворачивал карты. Ни единого движения впустую. Бам-бам-бам! И что самое удивительное — он не проигрывал. Ни разу. Это невозможно. Мейбл медленно опустилась в кресло, не сводя глаз с экрана.