В аэропорту состоялась пресс-конференция. Артист вышел к журналистам, как всегда, в наряде „от Зайцева“ – белый льняной костюм, шлепанцы на босу ногу, ондатровая шапка.
Замысел прославленного кутюрье легко угадывался: российский человек на выезде должен выглядеть элегантно, но как бы все-таки… и чуть-чуть с мороза.
Первый вопрос журналистов:
– Геннадий, откуда у вас самолет?
– От верблюда! Вот этого! – с улыбкой отвечает Геннадий и показывает для рекламы пачку сигарет „Кэмел“.
Все смеются. Приятно, что разговор начался такой изящной шуткой… Виктора Шендеровича.
(Хазанов всегда после удачной репризы называет ее автора, а после неудачной – сообщает зрителям его, автора, домашний адрес и телефон…)
ВОПРОС. Геннадий, сможем ли мы увидеть ваши новые работы в театре и кино?
ОТВЕТ. А это вам к окулисту надо! Он скажет, сможете вы еще что-то увидеть или нет. (Шутка Лиона Измайлова, Москва, Рижский проезд, телефон: 282-93-06.)
Отсмеявшись, журналисты настаивали:
– И все же, в какой театральной роли вы появитесь? Фигаро? Хлестаков? Гамлет?
– Не угадаете… Начал репетировать Дон Кихота!..
Общее изумление.
– Но ведь Дон Кихот – он все-таки, традиционно, очень длинный, – робко замечает один из корреспондентов.
– Как говорила одна знакомая девица, – парирует Хазанов, – дело не в размерах! Был бы резвый и веселый!.. (Шутка неизвестного автора, за нее он был убит и похоронен на Востряковском кладбище.)
ВОПРОС. Геннадий, вы прибыли сюда, на Кипр, в качестве гастролера или в качестве отдыхающего?
ОТВЕТ. В качестве заложника!
Общий смех. Просят указать автора.
– Он за спиной! – говорит Хазанов и тихо добавляет: – Дураки! Это уже серьезно!
Только тут все замечают за спиной артиста хохочущего человека с безумными глазами и острым ножом в руках.
– Псих из местных патриотов-киприотов! – поясняет Хазанов. – Взял меня в заложники, а в качестве выкупа потребовал устроить веселый концерт!..
Повисла тяжелая пауза.
– Чего затихли? – улыбается Хазанов. – Обстановка нормальная… Я давно привык так работать!..
– Караул! На помощь! – простонал один из корреспондентов.
– Без паники! – крикнул Хазанов. – Группа „Альфа“ уже вылетела! Надеюсь, у нее найдутся гранаты с веселящим газом!.. А вы, если хотите помочь, то – смейтесь! И как можно громче! Иначе мне хана!
Он сделал шаг вперед.
Зритель-террорист с ножом двинулся за ним, освещая путь своей идиотской улыбкой… Корреспонденты, смеясь и рыдая, пристроились сзади…
Эта странная процессия под музыку направилась в сторону моря…
Хазанов шагал уверенно, беспрерывно острил, строил рожи, разбрасывал нищим деньги и репризы…
Сейчас он действительно был чем-то похож на маленького Дон Кихота! Или на большого Чаплина!.. А может, просто на себя, молодого, пятидесятилетнего?.. Глядя ему вслед, так и хотелось крикнуть:
– СЧАСТЛИВОГО ПУТИ ТЕБЕ, АРТИСТ!»
(Информация из будущего получена по факсу специально для Театра эстрады, где праздновалось 50-летие Г.В. Хазанова 2 декабря 1995 года.)
Портрет Жванецкого
на фоне его 60-летия
Дорогой Миша!
Выходить с шутками на твоем юбилее – самоубийство!
И все-таки я добровольно вливаюсь в число камикадзе, таранящих этот микрофон, поскольку нет выхода: выступать – страшно, не выступать – стыдно!
Миша! Ты стольких людей веселил на стольких юбилеях, что, казалось, можно из твоих старых реприз скроить послание и тебе. Не получилось!
Твои шутки не трансплантируются, они отвергают чужой организм!
Что ты сделал с нашим жанром, Миша? Десятки сатириков с красивыми книжками стояли у микрофонов и веселили советскую публику, пока не возник ты, с мятыми листочками, исписанными детскими каракулями…
Народ понял, что смеялся неправильно, и помрачнел. Это был взлет и падение жанра одновременно!
Сатирики затосковали.
Арканов от безвыходности запел. Саша Каневский и Семен Лившин вообще уехали из страны, но ты их достаешь по новому месту жительства и своими шутками мешаешь получать причитающиеся эмигрантские пособия… Чиновники социальных отделов морщат лбы и задают им неприятные вопросы: «Почему этот, со старым драным портфелем, такой веселый и – ТАМ, а вы, грустные, с такими новыми чемоданами, и – ЗДЕСЬ?»
Нельзя бесконечно повышать уровень, Миша! Там, где летаешь ты, уже разряжен воздух и нормальные люди задыхаются.
«Какое счастье, что Жванецкий не играет на скрипке!» – сказал Спиваков.