Мне ближе объяснение, предложенное Федором Ермоловым: если ильхану Газану было выгодно принять ислам и получить поддержку персидской гражданской бюрократии, то у Токты такой задачи не было. Но Токте нужна была поддержка тех, кто более других заинтересован в денежном обращении — купечества (которое в массе было мусульманским). Изменение легенд маркируют не религиозные взгляды Токты, а его отношения с финансовыми кругами, исповедующими ислам. И оттого-то его имя дистанцировано в легендах монет от религиозного содержания легенд уйгурским письмом. Уйгурское письмо — монгольская традиция, традиция имперской власти (до Токты имя уйгурским шрифтом писалось на крымских монетах Тулабуги). Арабский и персидский — языки купечества.
Мусульманские финансисты, проводившие денежную реформу при Токте, отметили это событие титулом и пышным лакабом. Для них Токта был спасителем и веры и мира. Такого рода декларации охотно поддерживались монгольскими ханами.
В дополнение к «исламскому» сюжету есть важные сведения о взаимоотношениях Токты и юаньского двора. Содержат ли они хоть какой-нибудь намек на мусульманский выбор Токты? Известно, как болезненно отреагировал юаньский двор на избрание ильханом царевича Текудера, попавшего под влияние суфиев. Хубилай, несмотря выказываемую Текудером лояльность[28], не спешил с утверждением статуса нового ильхана. Исламский вектор развития означал смену имперской стратегии, в частности, отказ от противостояния с Египтом. На практике, это была заявка на выход из имперского пространства и оформление мусульманского султаната. Гвардия покойного ильхана Абага, буддисты и несториане сгруппировались вокруг фигуры царевича Аргуна. И Аргун победил Текудера. Этот исключительно чингизидский конфликт был перетолкован несторианскими и армянскими церковными иерархами в свете их собственных ожиданий, что сделало всю картину непрозрачной.
Вернемся к позиционированию Токты в имперском пространстве. Армянскому историку Гайтону известно, что после смерти Хубилая на трон взошел его внук Тимур-каан (1295–1307): «Le grant empereor des Tartars, celui qui ores tient la seignorie, est nomes Tamor Can, e est le VI empereor» (Hayton. III. 46). Гайтон пишет, что власть наследника велика и своим могуществом он превосходит всех князей татарских. Кроме «великого императора», существуют еще три царя татарских. Взаимные споры они передают на суд императорского двора. Первого царя зовут Чапар, двух других — Токта и Худабенде{6}.
Какие политические события отражает чеканка монеты Токты, где его имя написано монгольским письмом пагсба (710 г.х., Маджар)[29]? «Квадратное» монгольское письмо было разработано по приказу Хубилая Пагсба-ламой (1235–1280) в 1269 г. и задумывалось как «государственная письменность» (го-цзы), предназначенная для всеобщего применения в империи вместо уйгурской письменности. Использование этого алфавита на монетах Улуса Джучи — явление нерядовое[30]. В. А. Беляев и С. В. Сидорович причину видят в союзнических отношениях Токты с ильханами и участия в войне против чагатайских ханов на стороне Юань. В результате за проявленную преданность каану Токта в 1308 г. получил титул Жу Фу Вана. К концу 1309 г. относится следующее сообщение из «Юань ши»: «11 месяц 2-го года [периода правления] Чжи-да… в день цзя-шэнь пожаловать князю Жу Фу Токте золотую печать, учредить губернаторство наследника императорского престола основного ранга второго класса» (Юань ши, гл. 23)[31]. По мнению исследователей, к 1310 г. Токта зарекомендовал себя полностью лояльным каану и в его улусе роль государственной письменности формально должно было исполнять письмо пагсба. Использование этого письма на монете косвенно являлось отражением единства Улуса Джучи и остальных улусов в рамках единой империи. Это была прокламация отношений с кааном, служившая упрочению власти самого хана[32]. Напомню в этой связи о письме ильхана Улджэйту королю Франции Филиппу Красивому (1305 г.), где говорится о том, что монгольские правители всех четырех улусов прекратили вражду и объединились.
Сведения о маджарском чекане Токты приведены не с целью противопоставить их монетам с султанским титулом Токты. Напротив, истинная задача заключается в том, чтобы оценить политику Токты с учетом всех наличных материалов. Искусственная же выборка, когда не принимается во внимание ни монета с именем хана письмом пагсба, ни пайцза Токты уйгурским письмом, не могла дать иной результат, как признать Токту мусульманином. Что означал титул «султан» в имперском политическом пространстве?
28
29
30