Вот только до появления короля старались далеко не перемещаться. Ну, разве что, если есть с кем интересным поговорить.
— О, рожденная под знаком луны, признанная равной, говорящая с советом! — демон не утруждал себя людской речью.
— Приветствую тебя, старший сын второй дочери матриарха клана Говорящих с народом! — все это было легко читаемо по его одежде. А вторую я даже помнила.
Его взгляд мне не нравился. Даже бабочки зашевелились на мантии, а по залу разошелся легкий жаркий и сухой ветерок.
— Вы прекрасно говорите на Адай.
— Как и вы, — демон улыбнулся в ответ, показав острые зубки.
Все звуки смолкли. Двор во все уши прислушивался к столь мелодичному горловому рычанию наших голосов.
— В этом мире так сложно бывает найти собеседника.
— Не могу согласиться. Для столь провинциального мира я слишком часто нахожу собеседников.
— Но если вдруг вам станет скучно… — и демон, чуть склонив голову, отошел.
— Правда? — выдохнула в ухо Живоглот. — Ты говоришь на их языке? Я думала, это невозможно.
— Можно поставить языковой имплант, но без знания культуры это будет бесполезно.
— Король идет, — шепнула Живоглот.
— Ты тоже слышишь? — в ответ мне только улыбнулись.
Король выглядел… как полное ничтожество! Лицо мужественное, одежды парадные, но этот взгляд. Пустышка. Высокородный дурень, без мыслей в голове. Даже мальчик паж, несший край накидки, и то выглядел опаснее и умнее. У него хоть кинжал за сапогом угадывался и глазки иногда пробегали по толпе. Но я, должно быть, наверное, судила предвзято.
Толпа поклонилась королю и медленно отошла на пару шагов от прохода, освобождая дорожку. Двери открылись и вошло первое посольство. Вампиры. Высокомерные худые и бледные рожи в немощных на вид телах просто излучали опасность. Солнце этого мира, по-видимому, им неудобств не доставляло. По крайней мере, в помещении.
За послом шли две девушки. По-видимому, его жена и дочь. За ними четверо слуг. С боку, склонив голову, шла особь человеческого пола.
Вампир даже на удосужился говорить. Человечка подняла голову и заговорила от его имени. Ментальная магия еле чувствовалась с нашего места.
Миров с вампирами я знала много. Почти во всех были и демоны. Посольства, но чаще маленькие колонии. Или мы приходили набегами.
Полчаса спустя аудиенция кончилась, и вампиры заняли место по правую сторону трона в толпе остальных придворных. Тут же поймала на себе резкий взгляд посла. Не выдержала и улыбнулась. Мне показалось, или вампир подернул плечами? Хотя, они же нас боятся. Эх, парочку образцов бы. Науки ради. Узнать, почему местное солнце им не вредит.
— Доппельгангеры! — а паженок-то молодец. Его глаза переливались магией. Темной и запретной. Хорошо над ним поработали. Знать бы, кто так может, кроме меня.
Охрана короля возникла как из воздуха. Прятались тут же под очень хорошим заклинанием иллюзии. Короля мгновенно отделил купол. Толпа недолго тупила и рванула в сторону стен. Там за занавесями были еще выходы. Из толпы, как скалы в отлив, выглядывали маги. Видимо, тоже охрана.
Не знаю, что видели остальные, а я и Данли странных людей с двойными кончиками ушей, внутри которых бушевала магия. Причем, сразу две, причем разной.
По рядам знати пробежали вспышки защитных куполов. Половина пользовалась амулетами, половина ставила сама. Я же только успела поймать Данли за плечо.
— Кого надо любить? О ком заботится? — тоном учительницы спросила я.
— Себя! О себе! — радостно ответил Данли, к ужасу окружающих. В эту игру мы уже играли.
— Правильно! А это твоя невеста! Вот и заботься о себе! Ставь защиту, а в драку не лезь.
Данли только гортанно рыкнул, вскидывая руку, и тут же тонкая грань тьмы соткалась перед ним в прозрачный щит.
Доппельгангеры не разумные. Они только животные, почти безобидные, способные принимать вид других существ. Но с внешностью они получали намного больше. Разум, память существа, его характер и привычки. Но очень много зависело и от того, на каком существе доппельгангер вырос. В их родном мире, да и в других, чаще всего это были волки, отведавшие плоти покойного родителя. Где-то в их теле был центр жизни. Убить тварь можно только поразив его. А он блуждает по организму. Вот поврежденный центр жизни и впрыскивал споры в мертвое тело. Не много, но кусок мог достаться волку или двум. А это новые твари. По две-три на съевшего. Если крупный, то и больше. А у волков, или других подобных хищников всегда есть вожак. Его-то твари и слушались. С ним и можно было договориться, скормив ему образ своего верного человека. Вот только никто из стоящих там не походил на вожака. Свора, не более.