Мия с любопытством разглядывала все это, как вдруг ее сердце замерло. Она резко встала и закрыла рот рукой. Другой рукой она судорожно нащупала локоть отца и сжала его. Рид резко остановился и удивленно посмотрел на нее. Девушка дрожала, а через секунду начала задыхаться. Все в растерянности наблюдали за ней. Создавалось впечатление, будто все пережитое этой ночью, лишило ее рассудка. Отпустив отца, она, как завороженная, пошла в сторону двери, ведущей в комнату одного из больных. Рид, не отрывая взгляда, следил за дочерью. Мия открыла дверь, Майер сделал попытку преградить ей дорогу, но голубоглазый Хранитель удержал его. Девушка вошла в комнату, подошла к кровати больного, упала на колени и, нежно взяв его безжизненную руку, прижала ее к своей мокрой щеке. Все присутствующие непонимающими глазами наблюдали за этой душераздирающей сценой. Рид быстро последовал за дочерью. Он присел рядом с дочерью, приобнял ее за плечи и сквозь внезапно выступившие слезы, смотрел на больного. Мия повернулась к отцу и сказала.
- Мы нашли его.
Глава восьмая
Никто из присутствующих не решался их потревожить. Мия что-то прошептала отцу, тот встал, вышел в коридор и попросил Лана войти. Из-за закрытой двери комнаты не было слышно тихого голоса девушки. После разговора с Мией Лан вышел и куда-то заторопился. Никто из изумленной публики не воспрепятствовал ему.
Через минуту Хранитель появился со стаканом воды и чайной ложкой. Все это он поспешно вручил девушке. Очень осторожно, словно собственное дитя, Мия начала поить больного. Она тонкой струйкой лила воду с кончика ложки, направляя струю на внутреннюю стенку щеки мужчины. Такая манипуляция заставила больного непроизвольно сглотнуть. Через несколько секунд рвотный рефлекс вытолкнул воду обратно. Мия и Рид понимающе переглянулись. Лан стоял рядом и наблюдал. Девушка снова обратилась к нему с какой-то просьбой. Лан вышел. Прошло около десяти минут. Хранители, наблюдавшие за происходящим через прозрачную стену комнаты, начали раздраженно переговариваться. Но, как только Лан появился, снова воцарилась мертвая тишина. Мужчина вошел в комнату, сделал несколько хитрых манипуляций с кроватью, отсоединил трубки, и, с помощью Рида, выкатил кровать в коридор. Вслед за ними вышла Мия. Девушка не отрывала глаз от лица больного. Все молча последовали за ними.
Лан проворно вкатил кровать в санитарный отсек и указал девушке на ванну с теплой водой. Мия вынула несколько пузырьков с жидкостью чайного цвета, вылила их содержимое в воду, размешала и попросила погрузить туда больного. Рид и Лан незамедлительно выполнили ее просьбу. Все замерли в ожидании.
Девушка села в изголовье ванны и ласково погладила больного по волосам. Некоторым из присутствующих стало неуютно. Такая искренняя материнская забота со стороны этой юной дикарки тронула холодные сердца Хранителей. Из дверей санитарного отсека вышел Рид.
- Этот мужчина - мой сын, - коротко объяснил он.
От этих слов все застыли.
- Мия вылечит сначала его, а потом остальных. Она только попросила, чтобы ей помогали Лан и Нот. Больше ничего не надо.
- Конечно, — твердо заверил голубоглазый мужчина.
После его слов, все пришло в движение. Нот присоединился к Лану в санитарном корпусе. Люди вполголоса переговаривались, обсуждая произошедшее. А голубоглазый Хранитель, не отрывая глаз от сидящей у ванны девушки, подозвал к себе одного из Хранителей и тихо проговорил: «Нуас, предоставьте мне записи камер из лабораторного блока за последние пять часов». Майер похолодел. Киана замолчала и переглянулась с ним. А голубоглазый военный продолжил:
- Я буду лично контролировать процесс лечения этого мужчины. Организуйте мне рабочее место в боксе напротив. Выведите камеры на экран. Расчистите видимость. Мне необходимо проследить и записать все происходящее. Остальные могут пока отдохнуть.
Спустя минуту коридор опустел. У прозрачной стены остался только голубоглазый Хранитель. Он не сводил сосредоточенного взгляда с санитарного блока и о чем-то напряженно думал. Не прошло и десяти минут, как бокс напротив превратился в наблюдательный пункт. Мия, придя в себя, начала осматриваться. Голубоглазый Хранитель сидел в комнате, расположенной напротив, за столом, на котором стояли несколько светящихся плоских прямоугольников. Он то смотрел в сторону Мии, то - на мониторы. Затем ему что-то принесли, и он погрузился в созерцание одного из прямоугольников.