Выбрать главу

На Гриффиндоре на баллы отреагировали более остро. Бедная Грейнджер с ног сбилась, пытаясь доказать собственную полезность и состоятельность. В этом ей помогал непривычно хмурый Невилл. Каким-то образом слухи о том, кто виноват в происшествии, расползлись по Хогвартсу.

Нет, я догадывался, что источник обладал исключительно рыжей шевелюрой, но это были не мои проблемы. Хотя по-хорошему, одному конкретному Уизли не помешало бы пару раз начистить….. кхм, мозг, в общем-то, если у него таковой имеется.

А вот вид притихшего и понурившегося Малфоя меня порадовал. Я имел представление о строгой иерархии в Слизерине. В основном благодаря ненавязчивому опросу Милисент, она не говорила мне всего, но того, что я услышал – вполне достаточно. И кажется, мистера «вы мне все должны, ибо я – Малфой» внушение старших проняло. Прекрасно, объект поддается перевоспитанию. Приму к сведению.

Милисент, как только сошел последний снег, и более-менее просохла грязь, стребовала с меня обещание проводить её в запретный лес. Впрочем, я не особенно сопротивлялся. Она стала меньше сидеть за расчетами, а значит таинственный «проект» перетекает в активную стадию. Меня слишком интриговал предполагаемый итог, чтобы я отказался в этом участвовать. К тому же, в лес она бы все равно пошла, и лучше уж все произойдет под моим контролем.

Из общего потока на фоне подготовки к экзаменам выделялась та же Грейнджер, которая на буксире неумолимо тянула подготовку Невилла и Рона. И если первый ей был тихо благодарен, то Уизли старался воспротивиться. Впрочем, без особого успеха. Во время одной из яростных перепалок Рона и Гермионы в библиотеке, я незаметно утянул нашего гениального травника за свой стол и сунул ему в руки свой гримуар по гербологии за первый курс, спросив, можно ли туда что-то добавить.

Талант – не отнять, прав был Ирвинг. Он вообще во многом был прав, только излишне мягок и податлив, когда дело касалось церковников. Невиллу хватило пятнадцати минут, чтобы бегло оценить содержание. А ещё через пару часов гримуар стал толще примерно на треть. Исписанные листы пергамента тут же были торжественно вплетены чарами в основное содержание.

Свой труд по зельям я отдал в полное распоряжение Мили. Системный подход она одобрила, хотя и уточняла большую часть моих сокращений. Споткнувшись четыре раза на одной из строк, искренне пожелала мне карьеры штабного разведчика со словами «Ни одна сволочь не расшифрует». Я посмеялся и пообещал подумать. Мало ли.

Гримуар по трансфигурации перекочевал к Голдштейну на неопределенный срок. Наш многоуважаемый Десница что-то там мудрил с систематизацией материала и добавлял разделов. Нужные чары у него получилось освоить примерно дня за три, так что мне даже не пришлось вмешиваться в работу. Хорошо. У мага должно быть что-то сугубо личное, переходящее в категорию «на пользу делу». Помогает от лишних переживаний.

Краснобай и Алхимик самозабвенно занимались подготовкой и на спор устроили друг с другом курсы скорочтения. А уж наблюдать за их шахматными битвами – чистая эстетика. Некоторые ходы были сходу непонятны даже мне. Младший Уизли попытался было влезть, но получил недвусмысленный тычок под ребра от Грейнджер, и вернулся к учёбе.

Во всей этой несколько ленивой суете я тоже старался не отставать. И всерьез взялся классифицировать чары, переписывая все самое нужное и полезное из захваченных ещё в начале года сборников. Пришлось дополнительно сходить в лес за древесиной, ибо мои планы, как всегда, оказались несколько шире первоначальной задумки.

Но и это не проблема – лишний повод навестить Хагрида. После отправки дракона тот совсем растерял весь задор, хотя обязанности лесничего выполнял безукоризненно. У великана будто надломился стержень. Вдобавок неразлучное трио его практически перестало навещать, время исчезало за подготовкой к экзаменам. Так что мне пришлось в срочном порядке вспоминать свои навыки целителя и выводить лесничего из апатии самостоятельно.

Понемногу, но мои действия приносили результат. Лесник уже меньше вздыхал, охотнее отвечал на вопросы. А при очередном сборе коры поинтересовался моей учебой. Я клятвенно пообещал показать ему гримуары и не прогадал – лицо лесника осветилось непосредственной, детской радостью.

Вот и спрашивается, какого гхыра директор «великий человек» Дамблдор ничего не делает? Ему не хватило дракона и захотелось поэкспериментировать, «а что будет, если великан впадет в депрессию»? Или ему настолько интересно наблюдать за моими действиями? Агрх. Нет, сам по себе научный подход я люблю и уважаю. Маг крови я или где? Но во всем должна быть хоть какая-то моральная грань. Иначе это уже просто издевательство.