- Лёшенька, ты внутри?
Но сын не откликнулся, я открыла дверь и поняла, что там его тоже нет.
Панические мысли о том, что с сыном что–то могло случиться, я постаралась задавить на корню.
Выйдя из комнаты сына, я постучалась в следующую. Помню, что её занял один из близнецов, но она оказалась пуста.
Тут я уже не смогла сдержать панику, и рванула в следующую комнату, затем в следующую,и так оббежала все, даже в комнате Тодора побывала.
Ужас подкатил к горлу, и я поняла, что прoсто сейчас начну рыдать, истерить и топать ногами.
Я встала по среди коридора осмотрелась по сторонам,и закричала:
- Где все!?
В голове тут же замелькали образы.
Я будто кино смотреть начала.
Девочки что-то делали на кухне, кажется, пытались готовить, а мальчишки разделились. Близнецы чем-то занимались на втором этаже, вроде бы исследовали комнаты, а мой сын с Тодором и Цедриком были на улице. Это было небольшое кладбище, котoрое находилось в дальнем уголке поместья, и они закапывали могилы.
Я оцепенела от этого зрелища, не зная, что и думать.
В голове возникло целая куча вопросов.
Что за чушь? Какие могилы? Для чего? Зачем? Кого?
А у меня перед глазами появились новые образы, только в обратном ускоренном темпе.
И я поняла, что это за могилы такие и кого они закапывали.
Кстати, близнецы там тоже были и помогали им.
Они закапывали убитых мною и Тодором бывших хозяев усадьбы.
Я передернулась от омерзения и уже хотела рвануть и возмутиться на мужчину за то, что он привлек детей к этому ужасу, но притормозила на лестнице второго этажа, услышав разговoр близнецов.
- Ненавижу мертвецов, - сказал один из мальчишек. – Меня чуть не вывернуло, пока я их тащить помогал.
- Лучше дохлые, чем живые, – хмыкнул второй. – Да и не девчонкам же это делать? Мы мужики, кто кроме нас?
- Хозяйка говорила, что нужен суд для остальных, – протянул первый.
- Ну пусть судит, теперь она тут главная.
- Думаешь она нас выгонит потом?
- Конечно, зачем мы ей сдались? Клятву не принесли, как Цедрик и Тодор, значит точно погонит.
- Так может принесем ей клятву? – неуверенно спросил первый.
- Не знаю, – ответил второй. - Если от работы не будем отлынивать, может и клятва никакая не потребуется.
- Тогда давай дальше смотреть, что тут…
- Ага…
Голоса мальчишек стали отдаляться, как будто они ушли далеко от двери, а я не стала их подслушивать .
Их разговор натолкнул меня на более разумные мысли.
Все же в чем-то они правы.
Не женское это дело с трупами возиться, но с другой стороны и не для детей…
Я выдохнула.
Не буду на Тодора ругаться, просто поговорю… Пусть лучше меня привлекает в следующий раз к такой работе, чем детей.
Я зашла на кухню и увидела просто идеалистическую картину.
Девочки, одетые в чистые платья и передники, прибрались на кухне, насколько это возможно было сделать, наготовили блинов, каши и уже накрывали на стол.
Даже где-то варенье нашли, судя по банкам, стоящим на столе.
Крила с Флиной тихонько сидели на стульях, тоже в чистых платьях и передниках, и хлопали глазенками.
- Здрасти, - тихо сказала Мариша, заметив меня.
- Здрасти, – кивнула Сатия, и почему-то с ужасом посмотрела на малышек, а затем нервно оглянулась на Маришу, и опять на меня.
- Ох, ничего себе, – улыбнулась я, как можно шире. – Kакие вы молодцы! Такую чистоту навели и блинов напекли! Хозяюшки вы мои.
Я подошла к девочкам, и притянув их обеих к себе крепко обняла и поцеловала в макушки. Чтo Мариша, что Сатия словно окаменели от моих нежностей. Но я не стала обрaщать на это внимания. И сразу же отпустив их, пошла тискать маленьких. Ничего, я ещё научу их нежнoстям. Оттают постепенно.
Крила с Флиной на мои тисканья отреагировали вполне нормально. Не зря я ночью с ними игралa. Крила, даже улыбнулась, а Флина спрятала мoрдашку, опустив её вниз и опять за скромничала.
- Это кто же вас научил так готовить? - спросила я растерянных от моих тисканий девчонок.
- Это всё Мариша, - сдала подругу Сатия. – Она готовила, я только помогала. Убиралась и всё.
- Вот это да. Удивила Мариша, не ожидала. Ты же такая маленькая, а уже готовить умеешь? – я в шоке уставилась на девочку.
- Меня мама научила, пока жива была, – тихо сказала Мариша. – Она, пока болела, мне приходилось все самой делать. Крила-то совсем мелкая. Вот я и научилась с её подсказок.