— Чего тебе?
— Мне надо с тобой поговорить. Срочно, — остановился он передо мной, зло поглядывая на Миирона.
— До дома не подождёт?! — ответила чуть резче чем хотела.
Кондрат кажется разозлился, но это скрыл, развернувшись затерялся в толпе.
— Отличные у тебя отношения с защитником, — сказал лениво Миирон, присматриваясь к моей тарелке.
— Даа, непростые, — вздохнула и заметив наглую руку мужчины, которая кралась к мой еде, ударила по ней, но потом не выдержала и рассмеялась, настолько комично выглядело его обиженное лицо, что мне стало его жалко. Поэтому я отдала ему тарелку, пусть кушает. — Не подавись, — ехидно посмотрела на него.
— О, вы очень заботливы! — шутливо ответил Мир засовывая в рот угощение, — И кстати, он просто ревнует.
— Но при этом обжимается с вон той шваброй? — кивком головы указала на парочку, Кондрат и Лея.
— Привлекает твоё внимание, — все так же невозмутимо ответил Мир. — И вообще, не переживай, на меня он тоже огорчился, похоже.
— А на тебя за что?
— А как ты думаешь?
— Ясно. — я вздохнула и пожала плечами. — На обиженных воду возят.
Мир хихикнул, но ничего отвечать не стал, принявшись за еду. У нас потекла неторопливая беседа обо всем, и одновременно ни о чем. Потом, Мир вскочил, извинился и убежал, а ко мне снова подошли родители. Окружающие конечно косились на меня с любопытством, но подходить не решались. Поэтому, было скучновато. А Кондрат вообще куда-то исчез. Я осмотрела зал, но ни его, ни Леи поблизости не увидела. Ну и ладно.
— А где защитник? — мама чуть нахмурилась.
— Не знаю, — пожала плечами.
— Значит, сегодня, при разговоре с королём, будем поднимать вопрос о компетентности защитника, — проронил папа. — По контракту, он должен постоянно находится рядом с объектом защиты.
— Я рядом, — сзади прозвучал голос Кондрата. Они с Леей только что подошли.
— Не заметил. Сколько не присматривал за дочерью, вас никогда рядом не было.
— Больше такого не повторится, — сухо ответил мужчина. А Лея нахмурилась и дёрнула его за рукав. На что Кондрат не обратил внимание.
Ути божечки... А Мир то оказывается кронпринц, ну уже король. А я то думала, почему он так нервно от меня свалил, как только доел.Если вкратце, то его короновали и мы идём поговорить, по-семейному. Только о чём?— Знаешь? — вышагивал рядом со мной Мир. — Мне как-то говорили, что у меня есть сестра, не родная, но я всё не понимал, почему нас ещё не познакомили, — хмыкнул он.— А я вообще была в святом неведении, — пожала плечами, от волнения комкая край платья.Сзади шёл Кондрат громко сопя. Ой, нам предстоит длинный разговор, но это уже дома.— Прошу, — пригласил нас, блин, так и не могу вспомнить имя бывшего короля. Рулон? Или Мар... Точно! Марлон.Стражники с мечами, открыли нам двери, пропуская внутрь.Дворец мне начинает нравиться всё больше и больше. Никакой вычурности в обстановке, а наоборот, больше удобства. Вот даже эта сиреневая гостиная, как назвал её Марлон, мягкие диванчики, пуфы. В общем всё для удобства гостей. Так же несколько картин на стенах, большое окно с плотными фиолетовыми шторами.Сев на один из диванчиков я утонула в его мягкости. Каайф. Расслабившись откинулась на спинку, наблюдая за остальными. Мама с папой заняли соседний диванчик, Марлон приказал подать чай, Мир сел рядом со мной, так как место хватало на двоих, а Кондрат встал рядом с сидящей мной, положив руку на спинку дивана. Внешне спокойный, даже на лице не дрогнул ни один мускул и безумно красиивый...Ой, что это я? Все, ну его! Переключившись на чай, который только что принёс слуга, я приготовилась слушать родителей и Марлона. Или дядю Марлона?— Ну что ж, — вздохнул отец, смотря на меня. — Вот и пришло время тебе всё рассказать...— Подожди, — остановил папу дядя, подняв руку. — Сначала надо обсудить орден, который ни перед чем не остановится, пока не уничтожит сердце.— Кстати да. Аканита, расскажи о пленнике, что вы смогли из него вытрясти? — обратился ко мне Мир.Ой. Мои глаза растерянно забегали по гостиной. Как же я могла забыть про него. А всё из-за умирающего Валеры. Ну да, теперь обвиним Валеру, которому не вовремя приспичило умереть. Фыркнула про себя.— Я не присутствовала на допросе, я была... Кхм... Немного занята, решением одной проблемы, которая требовала незамедлительных действий, — сказала и выдохнула. Так быстро я ещё не говорила, наверно хотела отвязаться от вопросов про пленника.— А кто этим занимался? — приподнял брови папа и посмотрел на спокойного Кондрата, застывшего, смотря на стену. Защитник как будто прикидывал, сможет ли он её разнести. Ну или обои ему понравились, может в свою спальню такие хочет. Да раз плюнуть, ну Хауса попросить...— Кондрат с Алишером, — тоже посмотрела на защитника, ожидая любой реакции с его стороны, которая последовала незамедлительно.Он оторвался от созерцания стены, сначала посмотрев на меня потом на папу и заговорил:— Заложник оказался совершенно невменяемым, он нес какую-то ахинею. Вроде, что зло уже близко, механизм запущен, — ненадолго замолчал он, собираясь с мыслями. — Больше ничего не удалось узнать. Моё мнение об ордене сложилось такое, что они готовят солдат, которые в итоге оказываются слепыми котятами, незнающими за что умирают и борются, — я вздрогнула, мне сразу стало интересно, что же они сделали с этим плащиком?— А что случилось с пленником? — спросил уже Марлон, как будто прочитав мои мысли, внимательно слушающий рассказ защитника.— Он умер, — сжал Кондрат спинку диванчика, внешне оставаясь спокойным.Мама вздрогнула и испуганно посмотрела на меня, прижавшись ближе к мужу. Остальная мужская братия, задумчиво смотрели перед собой.— Что вы там хотели мне рассказать? — не выдержала я, такого гнетущего молчания.— Ах да, — оторвал папа взгляд от пола, беспокойно взглянув на меня. — Ты находишься в большой опасности, — и отпустил взгляд обратно, будто боясь тех слов, что могут последовать далее. Меня бесило это гнетущее молчание. Как - будто они меня хоронят.Я повернулась, смотря на Мира, который развалился на своей половине диванчика, внимательно, я бы даже сказала оценивающе, конечно в хорошем смысле, смотря меня, точнее осматривая.— Я придумал, чем можно Аканите помочь, — Мир поднялся и подошёл к своему отцу, что-то шепча ему на ухо. Да что же это такое, а? Почему нельзя сразу сказать, что происходит?Но время шло, а брови Марлона медленно ползли в верх, в глазах появилось одобрение.— Больше двух, говорят в слух, — всё же не выдержала я.Ладонь Кондрата, со спинки, легла мне на плечо. Такая тёплая, хоть бы он её не убирал.— Промолчать, было бы лучшим решением, — шепнул он мне на ухо, что аж мурашки устроили внеплановый парад победы, промаршировав по моему телу.— Дело касается меня, я не намерена молчать, — раздражённо ответила, убирая его руку со своего плеча.— Дорогой сын, поведай остальным свою идею, — на вопросительный взгляд остальных, кивнул Марлон головой, как бы показывая, что ничего в моих резких словах нет и он меня отлично понимает. Ну это сугубо моё мнение.— Да тут в общем ничего такого нет, — сел он обратно. — Нам с Аканитой надо просто связать наши жизни.Вот Те раз! Аж мама икнула от такого заявления. А на Кондрата вообще смотреть не хочу.— Но это не возможно, — вставил свои слова папа. — Вы же брат и сестра.Хах. Инцест — дело семейное.— Вы всё не так поняли, — хмыкнул Мир.— Обоснуй, — требовательно произнёс защитник. А я вообще если честно, не понимала, что или кто мне угрожает.— Мы проведём ритуал братания, из-за него станем чувствовать друг друга, а это значит, что я тебе смогу помочь в самый опасный момент, — пояснил Мир, смотря на меня, озарённый своей гениальной идеей.— Ааа... Вот оно что, — расслабленно выдохнула мама. — А я то думала, — всплеснула она руками, весело хохотнув.Я тоже хохотнула, но только нервно. Мне было до жо... Хм. Очень интересно, насколько сильно мы будем чувствовать друг друга.— Если все согласны с этим, то я думаю не задерживать ритуал, — потёр Марлон ладони и поднялся.— Подожди, — о становил его отец. — Самого главного то мы не сказали.— Точно, — сел он обратно, переведя свой взор на меня.Да что сегодня все на меня так смотрят?— Аканита, дело в том, — запнулся король, но продолжил. — Чтобы спасти сердце, тебе надо принести себя в жертву, для отчистки территории от всего негативного. А точнее, от ордена. Ведь это огромная жертва, которая даст очень много силы Сердцу, а оно в свою очередь сможет справиться с орденом.Так вот о чём родители говорили на кухне с Кондратом. Они боялись сказать, что в случае большой опасности, мне придётся покончить жизнь самоубийством, для благого дела. Капец! Одна жизнь ведь ничего не стоит против всей планеты, зато умру, зная, что я всех спасла.Фу! Фу! Фу! Что это за дурные мысли в моей голове?! Никто не умрёт.— Я вас поняла, — медленно произнесла. Внимательно осматривая взволнованные лица, но как только они увидели моё спокойствие к новости, тут же выдохнули.А чего они ждали? Истерику! Чтобы я сейчас упала и начала биться головой об пол с криками "не хочу умирать! Долой узурпацию, я за свободу граждан!" Так что ли? Неет, обойдутся.— Прекрасно, — улыбнулся Марлон. — Аканита, ты не думай, что это шутка и серьёзно задумайся.Задуматься о чём? Убивать