Зина молча тащила его к выходу.
Они спустились по широкой лестнице, прошли ярко освещенную площадку с громадной цветочной клумбой посередине и вышли на центральную парковую аллею.
— А во что играли? — спросил Юсиф Эдика.
— В очко.
— А в кости у вас здесь не играют?
Эдик не успел ответить, так как из кустов вышла четверка, сопровождавшая золотозубого, и преградила им дорогу.
— Ну вот, — сказал упавшим голосом Эдик, — я же предупреждал.
Четверка приблизилась, скрипя туфлями.
— Может, потанцуем? — спросил идущий впереди мордастый; они занимали всю ширину аллеи, и пройти мимо, не задев их, не было возможности.
— Дайте дорогу, — попросил Юсиф.
— Сперва потанцуем, — мордастый направился к Гюле; двое стоявших слева от него неожиданно бросились на Юсифа.
Раздался выстрел. Все застыли. Зина пронзительно закричала и шарахнулась в кусты.
— Дайте дорогу, — повторил Юсиф, выставив вперед свой парабеллум.
Четверка разом полезла в карманы; подряд раздалось еще несколько выстрелов. Гюля в ужасе закрыла глаза. Эдик, присевший от испуга на гравий дорожки, увидел, как двое из четверки повалились на землю; третий, мордастый, держал в руках пистолет, у четвертого из руки торчал нож.
— Брось оружие, — приказал Юсиф.
В ответ была сделана попытка выстрелить, но Юсиф выстрелил раньше. Мордастый выронил из раненой руки оружие и метнулся в кусты; следом бросился и тот, у которого был нож.
У ресторана раздались милицейские свистки. Появилась Зина.
— Надо смываться, — Эдик подобрал с земли пистолет, выпавший из рук мордастого. Еще один пистолет, валявшийся на земле рядом с телом убитого или раненного им человека, Юсиф ударом ноги отшвырнул в кусты.
— Сюда, — Эдик хорошо знал парк; они, покинув аллею, быстро, почти бегом преодолели довольно крутой подъем и потом почему-то пошли между деревьев в обратную сторону. Так во всяком случае казалось Юсифу, который не выпускал из своей руки Гюлину ладонь. Наконец они вышли к высокой железной ограде.
— Надо перелезть, — сказал Эдик.
— Я не смогу, — Гюля умоляюще посмотрела на Юсифа.
— Где выход? — спросил Юсиф у Эдика.
— Там, — махнул рукой Эдик, и они пошли вдоль ограды.
— Ну все, кажется, проскочили, — сказал Эдик, когда они подошли к ярко освещенному выходу из парка; он прислушался к далеким милицейским свисткам. — Теперь надо спокойно, — он спрятал трофейный пистолет, отряхнул брюки, оглядел Юсифа, женщин. — Пошли.
Они вышли на освещенную дорожку и неторопливо направились к выходу из парка.
Два милиционера, подъехавшие на мотоцикле со стороны улицы, прислушивались к свисткам, о чем-то тревожно переговаривались, поглядывая на выходящих из парка людей.
— Что там случилось? — спросил один из них. — Стреляли вроде?
— У ресторана драка, — объяснил пожилой мужчина с тростью.
— Не драка, — сказал Эдик, — а ограбление. На инкассатора напали.
Милиционеры переглянулись.
— Фу, — облегченно вздохнул Эдик, когда они уже шли по улице. — Кажись, и вправду проскочили, — он подмигнул Юсифу. — Придется тебе дом в другом городе купить. И нас с Зинулей прихватить с собой.
Юсиф, хранивший молчание, сделал еще несколько шагов, потом странным судорожным движением вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и протянул Гюле.
— Отдай матери… приступ, — успел сказать он и скорчился, как от сильной боли.
— Что с тобой?! Юсиф! — Гюля попыталась его поддержать, но какая-то сила разогнула туловище Юсифа пружинистым ударом в грудь и опрокинула на землю. Гюля, Эдик, Зина одновременно бросились к нему. Странные мычащие звуки рвались из его рта вместе с белой пеной, пробивающейся сквозь стиснутые челюсти. Тело корчилось в конвульсиях. Их окружили люди. Приближались милицейские свистки, звук мотоциклетного мотора…
Эдик метнулся в шарахнувшуюся от него толпу.
Гюля и Зина все еще пытались поднять Юсифа, когда появилась милиция…
Приступ усиливался. Несколько милиционеров с трудом удерживали корчащееся тело Юсифа, прижимая его к земле. Рядом на земле валялся «парабеллум».
Подогнали милицейский «газик». Зина, оставив Гюлю, растворилась в толпе окружавших их людей.
— Прошу, гражданка, — милицейский офицер повел Гюлю к машине. — Вы ему кем приходитесь?
— Я — его жена, — Гюля сделала попытку вырвать локоть из цепкой руки офицера. — Я без него никуда не поеду.
— Не волнуйтесь, его туда же привезут.
— Он раненый, — сказала Гюля, — фронтовик.
— Разберемся. Прошу вас…