Выбрать главу

Наталья Александрова

Хранитель изумрудной печати

Артефакт-детективы Натальи Александровой — это увлекательный микс головокружительных приключений и таинственных преступлений, зловещих загадок и страшных секретов, овеянных ореолом древности.

— Не отставайте, девочки, не отставайте! — Джульетта наметанным взглядом окинула свое непослушное стадо и привычно добавила: — Мальчики тоже! Мы подходим к самому интересному пункту нашей экскурсии!

Джульетта, толстая жизнерадостная тетка, сильно загоревшая на безжалостном итальянском солнце, в широких клоунских штанах и необъятной кофте серо-буро-малинового цвета, работала гидом и с самого утра водила группу по развалинам Помпеи. Между бесчисленными руинами и мозаиками она успела рассказать туристам всю свою жизнь — что родилась она в Ростове, что экзотическое имя ей дали родители, школьные учителя, тянувшиеся к мировой культуре, и что с этим литературным именем она маялась большую часть своей жизни, пока восемнадцать лет назад не переехала в Италию, где этим именем никого не удивить.

— Не отставайте, не отставайте! — повторила Джульетта и подняла высоко над головой ярко-красный зонтик. — Самое интересное, девочки! — проворковала она таинственным тоном и тем же зонтиком указала на каменную мостовую.

— Ой! — испуганно вскрикнула скромная рыженькая Лиза и попятилась. — Это же… это…

— Да, это именно оно! — с несомненной гордостью проговорила Джульетта и отступила в сторону, чтобы все ее подопечные смогли разглядеть изображение на античном тротуаре.

Вне всяких сомнений, «это» было выложенное мозаикой мужское достоинство невероятных размеров.

Женщины громко заахали, однако окружили мозаику, не сводя с нее глаз.

— Вообще-то это просто дорожный указатель, — пояснила Джульетта, — стрелка, которая показывает дорогу к лупанарию, проще говоря — к древнему борделю. Однако с этим «указателем» связана интересная легенда, — добавила она, понизив голос. — Говорят, что если женщина на нем потопчется, то у нее непременно наладится личная жизнь. Я, правда, восемнадцать лет на нем топчусь, и никаких результатов! — Она тяжело вздохнула.

Выдержав для приличия небольшую паузу, женщины бросились к неприличной мозаике, чтобы потоптаться на ней. Первой, растолкав остальных претенденток, пробилась к античному указателю скромная интеллигентная старушка Зинаида Васильевна.

— А вы что же, не интересуетесь? — раздался за спиной у Веры вкрадчивый голос.

Снова Арсений!

Он возник рядом с ней, ухватил за локоть своей потной рукой и задышал в ухо.

Господи, ну как же он ей надоел! Бесконечно приставал с разговорами, мало того — хватал за руки, при всяком удобном и неудобном случае норовил взять под локоток и вообще досаждал всеми возможными способами. На пляже норовил улечься на соседний лежак, таскался за ней в море, а там брызгался и под водой хватал за ноги, как пятиклассник в пионерском лагере. За завтраком он непременно выбирал ее столик, и у Веры мгновенно пропадал аппетит, когда он жадно ел, чавкая и роняя крошки на стол.

Вечерами было еще хуже. Он ставил свой стул слишком близко к ее, клал потные руки ей на плечо или даже на коленку, но после того, как Вера чувствительно уколола его вилкой и вылила на брюки томатный соус, несколько поумерил свой пыл. Вера приободрилась и надеялась, что сегодня на экскурсии в Помпеи он оставит ее в покое.

Как-никак, последний день путевки, завтра они улетают. Но этот козел не мог смириться с неизбежным и снова взялся за свое. Вера его уже видеть не может!

— Мне кажется, тебе тоже нужно всерьез подумать о личной жизни! — наставительно проговорил Арсений и еще крепче вцепился в ее локоть.

Веру передернуло — эти его потные руки… брр! Понятно, что среди прокаленных солнцем древних руин жарко, но не до такой же степени…

— Отпустите мою руку! — взмолилась она, упорно называя его на вы в тщетной попытке объяснить, что они друг другу никто и так и будет до конца этого, с позволения сказать, отдыха.

Напрасно, до прилипчивого типа ничего не доходило.

— Да что ты такая недотрога? — искренне изумился Арсений. — Ты взрослая женщина, не нужно шарахаться от мужчин.

«Я не от всех шарахаюсь, а только от вас!» — хотела сказать, но природный такт помешал, и ответила она иначе:

— Я не шарахаюсь, мне просто жарко!

Вере хотелось заорать и послать его подальше, но вокруг были люди, и ей, как всегда, стало неудобно.

— И правда жарко, — на этот раз Арсений вынужден был согласиться. Он с явной неохотой отпустил локоть, но тут же зашел с другой стороны: — А ты сними кофточку…