Выбрать главу

Сарва Друн сковал действия магов, став на короткий промежуток времени их тюрьмой. Давно покоившийся на плече автомат Дудли вновь принялся отыскивать в кромешной тьме врагов, одаривая их свинцом. Огненный шлейф из пасти Мави, взметнувшийся на несколько метров, остановил верлета от дальнейшего разрушения Сарва Друн. Каменный монстр застыл на мгновение, осматривая вероятных жертв. Вновь вскинутый над укрытием магов кулак верлета оживил Гилбора. Заклинания посыпались как из рога изобилия, устремившийся следом синий луч вонзился в надвигающуюся глыбу. Раскалывающийся камень посыпался словно дождь на магов. Вспорхнув над Сарва Друн, покинул развалины Мави в надежде свалить свирепствующего гиганта. Сверху Милкор выглядел удручающе, голова, наполненная ненавистью, не давала возможности осмотреть все вокруг. "Верлет или я!", думал Мави. Он летел прямо на великана, не думая о том, что дома по нему тоскует Тревора, а значит, есть ради кого жить, но сейчас эта мысль угасла, унеслась прочь. Сердце учащенно билось, гнев, порождающий еще большую силу дракона, бил через край. Высыпавшие на улицу маги и Бомба усмиряли истосковавшихся по плоти свиргов. Прикованный к бетонным плитам Парангон, наблюдал за тем, как Мави таранит каменного исполина. Расколовшаяся от столкновения масса обернулась в облако пыли. Благородный змий, совершив почетный круг, осматривая при этом окрестности, вскоре приземлился рядом с Джереми.

Подоспевший Лурк вынул из тряпичного мешочка из за пояса несколько цветных камешков и швырнул их в сторону громоздившихся на Парангоне фрагментов крыши Сарва Друн. Массивные обломки превратились в подобие зефирной горки, растаявшей под действием образовавшейся от шариков шипучки. Остались только раны. Самая крупная проходила насквозь в области живота и имела приличные размеры.

— Кажется, здесь поможет лишь дравирийский эликсир, — заверил атрилец.

— Действуй, другого выхода нет, потом попробуем его вернуть в исходное состояние, когда доберемся до Драбамора, а сейчас пои Линса скорее своей гадостью, у меня с собой нет других средств, — пробурчал Гилбор.

— Что ж вы за маги то за такие, что даже не можете убрать такую рану, — выругался Мави.

— Потом будем выяснять отношения, — отрезал Симникс.

Собственной придумкой Мави гордился, в плотной, как кольчуга, шкуре таился махонький кармашек, в котором находились безделушки. Одной из них считался известный на всю округу дравирийский эликсир. Заживляющее средство для драконов, на людей и лантов действует также, но есть побочный эффект, в составе эликсира — кровь дракона. По данной причине ланты стараются не использовать эту жидкость, ящерова кровь избавляет от недуга, но превращает любого в огненного летающего ящера. Серебряный Меч помог вытащить сосуд с живительным напитком.

Линс сглотнул предложенную атрильцем жидкость. Прокашлявшись, как следует, он с удивлением обнаружил, что рана во весь живот совсем затянулась, а на месте кровавого месива образовался рубец.

— Вот так-то лучше, пока не буду тебе говорить о побочном эффекте, а то, полагаю, ты меня изничтожишь, — проговорил с осторожностью Мави.

— Сказал А, говори Б, — отрезал Парангон, прищурившись.

— Потом, потом, вокруг свирги, не до разговоров. Лурк, позаботься о Парангоне, он еще пару часов будет немного ослаблен, а я помочь должен вашему светлому братству магов, — с иронией заметил Мави, взлетая.

— Уж точно светлое, только в последнее время не слишком. Предатель завелся у нас, кто бы мог подумать, — проговорил Лурк. — Нам с тобой надо убираться отсюда и побыстрей.

— А как же остальные? — еле бормотал Парангон.

— За остальных не беспокойся, не первый день "варятся" в такой каше, — уверил Гилбор.

— Кто же предатель? — продолжал Джереми.

Гилбор хмыкнул, оборачиваясь туда, где стеною стояли маги перед толпой разъяренных свиргов.

— А ты и сам можешь лицезреть проходимца, — сказал Гилбор, поворачивая ослабленного Парангона в сторону все рычащих свиргов.

Во главе скалящихся морд свиргов значился Гелобт, он совершенно преобразился. Метал огненные шары в сторону недавних товарищей. Еще находясь в Сарва Друн, Тер уложил заклинанием не успевших среагировать чародеев. Первым пал Арвор Вирг, самый близкий всегда доверявший Теру друг. Придуманные Советом заклинания работали теперь на темную сторону. Арвор Вирг обратился в статую под действием придуманного Ундестом Фортесом заговором, хотя сам Ундест теперь участия в деяниях не принимал. Гелобт сразил советника в тоже мгновение, когда Фортес попытался остановить предателя. Огненные шары, кстати, придумка Фортеса, вернулись к нему бумерангом после попытки обездвижить предателя. Ундеста отбросило обратно к входу в Сарва Друн, где он, потеряв последние силы, обмяк. Упоенный победой над вчерашними друзьями, Гелобт продолжил расправу. Пущенные в ход свирги, наносили свои пудовые удары секирами из Аркианского железа, наделенного магией. Сам Тер теперь наблюдал над резней со стороны, зловещая улыбка удовлетворения проскользнула по лицу, но тут же испарилась. Светлые чародеи продолжали ожесточенно сопротивляться. Даже сдержанный Лаварий Тунк неистово одаривал врага нескончаемыми порциями припасенных на черный случай особо дельных заклинаний. Одно из них сработало как нельзя кстати. Иллюзия прибывшего войска с блистающими мечами, нацеленными на свиргов, оказало должное впечатление, натиск врага ослаб. Монстры, находясь в исступлении, остановились, изучая грозных воинов. Пауза, длившаяся мгновение, переросла в еще большую агрессию со стороны свиргов. Воины-миражи двинулись на толпу пыхтящих слуг Саломара. Нечисть ответила тем же. Созданная стена из иллюзорных храбрецов в доспехах позволила перевести дух. Чародеи собирались вместе, выискивая Парангона. Вскоре он и сам отозвался. Надрывный голос все чаще отзывался в бурлящей массе окружающих звуков. Парангон и Гилбор спорили:

— Глупо сейчас выяснять отношения. Ты наше спасение, ты стоишь всех магов Албура. Нужно уходить. Они и без нас справятся, что будет, если ты погибнешь, думай не о них, а о миллионах лантов, которые погибнут в одночасье — уверял Гилбор.

— Маги умирают, один за другим. Я не побегу как трус отсюда, — отрезал Парангон.

Симникс настаивать более не стал. Он последовал за окрепшим после столь серьезной раны Джереми. По своей лишь воли, Парангон материализовал меч, ментальные сущности преобразовывались в осязаемые предметы. Вслед за мечом, появились увесистые доспехи. Джереми не осознавал, как его несло в самую гущу событий. Внутри он оставался все тем же студентом-шалопаем, оказавшимся в непредвиденной ситуации. Страх сжирал Линса изнутри, но тело не поддавалось собственным уговорам, оно стремилось все дальше к скалящимся от злобы врагам. Меч не казался тяжелым, Парангон держал орудие уверенно. Орудие поблескивало слегка желтым цветом в свете еще работающих фонарей. Скоро погаснут и они под гнетом все поглощающей силы зла. Сдерживаемые магией Тунка свирги разрушили неведомую преграду. Хлынули сотни мерзких тварей к обороняющимся магам. Через мгновение толпы монстров с северной части города сомкнулись с южными свиргами, заключив магов в смертельное кольцо. Круживший над головами Мави успевал лишь на время отгонять от магов соперника испепеляющим огнем. Огни защитные, сотни всплесков молний, заклинания не действовали. Приготовленные на такой случай зелья лишь раззадоривали противника. Теперь Парангон и Гилбор были разъединены. Каждый поодиночке управлялся с остервенелой гурьбой, закидывая энергетическими заклинаниями, орудуя мечом. Оттесненные на несколько метров к западу от Сарва Друн, на противоположной улице, оказывали слабое сопротивление Легит и Импон. Мудрый Импон, способный управлять умами живых существ, теперь останавливал чужаков, парализуя их сознание. Умение контролировать толпу силой мысли сгодилось. Тысячи свиргов внимали Импону, пока Легит методично изничтожал обездвиженных тварей. На той стороне дороги обезумивший Тер разбрасывал ревейский порошок, помогающий нейтрализовать магию "друзей". Окруженная со всех сторон группа чародеев отчаянно собирала остатки своей былой силы. Круг смыкался. Словно хищник, предвкушающий победу и награду, Тер выкрикивал: "Не останавливайтесь, покончите с ними"! Круг перед волшебниками смокнулся окончательно. Свора свиргов накинулась на почтенных ворков, с лица Албура в доли секунд исчезли великие воины, всегда готовые прикрыть грудью любого, нуждающегося в помощи, но в этот день удача распорядилась по-своему и они сами стали жертвами. Пали, защищая свою землю. Лаварий Тунк совершил самое прекрасное заклинание, и члены Совета не знали, что оно заключалось в искренней молитве за спасение, стена иллюзий, воздвигнутая им, состояла из самоотверженности, веры, надежды. Присев на корточки перед медленно исчезающими вооруженными фантомами, он прикрыл глаза. Опасность перед врагом теперь не ощущалась. Очищение молитвой за спасение душ врагов придала сил и успокоила… Кудрет Изик, учитель Тера, удивленно смотрел в сторону хохочущего продавшего душу дьяволу Гелобта. По щеке скатилась слеза. Он не сопротивлялся, последние мысли были полны сожаления, скорби и жалости за предателя.