Выбрать главу

Снизу опять послышались неразборчивые звуки. Только не это. Я во всех красках представив себе, что нахожусь сейчас между молотами степняков и наковальней колдуна, сполз от бессилия опять вниз на ступеньки, чуть не выронив лук. Колдун, поразив еще одного бойца, тоже услышал эти звуки и метнулся вниз. Там опять заорали, получив свои порции смерти от злого, выпущенного из заточения, дядьки, которому было абсолютно все равно, кто свой, а кто чужой. Поднимаясь обратно заканчивать свое грязное дело, он, не обратив на меня ни малейшего внимания, настолько плох был мой вид, метнул сразу две такие же синие стрелы наверх. Пятно его фигуры все более походило на человека. «Слабеет значит, колдовская рожа», подумал я отстраненно. Он прошел мимо меня и остановился, прислушиваясь. В этот момент на него сверху прыгнул отчаявшийся боец, выставив перед собой меч. Колдун едва смог уклониться и со страшной силой впечатал беднягу в стенку. «Один из негритят махнул неловко палкой. И их осталось четверо напротив злого дядьки» — прошептал беззвучно я и снова принялся натягивать тетиву. Колдун тем временем не спеша продолжил движение. Сквозь его фигуру через правую ногу прошло еще одно копье. На этот раз фигура злобно выругалась и запустила наверх по лестнице тусклую серо-зеленую волну, преломляющую пространство. Сверху прилетело еще одно копье, но невидимый мне стрелок промахнулся и копье чуть не огрело меня, со звоном ударившись чуть выше головы. Больше не решаясь медлить, я спустил тетиву. Моя стрела вонзилась, куда я целился, точно промеж лопаток и колдун отвратительно злобно заорал. Он окончательно принял человеческий облик высоченного старика с безумными, горящими вселенской ненавистью, глазами. Не в силах наблюдать что-нибудь летящее и перечеркивающее жизнь ко мне, я закрыл глаза, приготовившись к смерти. И ничего. Тогда я открыл глаза вновь. Около медленно приседающего на ступеньки лестницы и имевшего неживой вид колдуна стоял Гном, торопливо обломком копья расширяя у него дыру в туловище, из которой в него брызгало кровью, превращая в монстра американских ужастиков. Картина была настолько отвратительная, что я снова закрыл глаза, вспомнив, как местами смотрел страшные фильмы в детстве.

— Тупик, кажется мы его сделали. — раздалось над моей головой.

— Когда кажется, креститься надо. Где-нибудь поблизости есть осиновый кол или соляная кислота, на худой конец? — прошептал я хриплым голосом. — Эта паскуда у меня полжизни отняла…

— Ничего, восстановишь. У меня тоже правая рука просто так болтается, заклинанием задело. И Гном правой рукой весело крутанул левую, отчего та совершила немыслимый ранее кульбит. — Вот! И ни капельки не больно, просто не чувствую. Ты мне лучше скажи, что дальше делать?

— Дальше? Подмога пришла?

— Даже не желаю узнавать! — ответил Гном, скривившись так, как будто съел дохлую лягушку. — Мы уже здесь столько всего натерпелись, сыт этой войнушкой по горло.

— Тогда делаем так, — немного подумав, произнес я. — Ты мне помогаешь встать, мы идем в кабинет и, то что сможем, впихиваем в свои сумки. Из книг берем самые древние или богато оформленные. Из ящичка с побрякушками тоже все возьмем. Дальше, как карта ляжет. Да, пока сидим здесь тихо, как мыши.

— В сумки мало что поместится. Да и степняки отнять могут при шмоне. — усомнился Гном.

— Если нас найдут, так и так всего лишимся. Вот если наши припрутся, тогда совсем другой коленкор получится.

— Ну, как скажешь. Все равно ничего другое в голову не приходит. — сказал напарник и стал помогать мне встать на ноги. Мы вошли в кабинет и, оставив в сумках только самое необходимое, стали туда запихивать книги. Удалось очистить только едва ли четвертую часть шкафа.

— Порядок. — удовлетворенно заметил я. — Если ты не хочешь выползать на улицу, сидим на лестнице и ждем, кто первый заглянет на огонек. А вообще подозрительно то, что на нас забили степняки. Ни одной поганой рожи за последние полчаса. И стены от попаданий перестали содрогаться.

— Может подмога наконец пришла и им сейчас не до нас? — предположил Гном.

— Может… А может, башню захватили и грабить все подряд бросились. Но я тоже не склонен пока это проверять. Ты прав, в самый последний момент попасть под горячую руку или стрелу совсем обидно. Так что ждем и не рыпаемся.

Мы прислушались. Действительно, звуки боя сейчас вообще не проникали на то место, где мы сидели. И сверху тишина, лишь иногда непонятные звуки и еле уловимые звуки голосов. Значит, точно на улице произошли какие-то изменения, о которых мы не ведали. Мы продолжили сидеть на лестнице, ожидая либо атаки, либо появления кого-нибудь из наших солдат. Единственной живой душой, кроме нас, находившейся в башне, был один из оставшихся в живых боец, да и тот был тяжело ранен одним из заклинаний колдуна. От нечего делать я достал смартфон и стал читать результаты последних героических часов нашего пребывания в башне и ее обороны. Давненько я не залезал в свой телефончик. Ого, тут и раньше что-то интересненькое было.