Выбрать главу

А вот его портрет, нарисованный сыном: «Мой отец был высоким широкоплечим человеком с синими глазами, черными вьющимися волосами и светлой бородкой. Такое странное сочетание вызывало удивление у людей, впервые увидевших его. Он был хорошо известен своей честностью и любовью к чистоте и порядку. Нам, детям, он приказывал поднимать колос, упавший с телеги, и, конечно же, не из-за его стоимости».

Отец скончался на девяносто первом году жизни, когда сын был заместителем премьер-министра. На его могиле лежит черная базальтовая глыба, к которой не прикасалась рука каменотеса.

На камне выбиты его имя и слова: «Один из первых».

* * *

Почему же все-таки Игал Алон не стал премьер-министром?

Ему мешали унаследованная от отца прямота, верность принципам, душевная тонкость, отвращение к интригам. Гарольд Вильсон сказал как-то, что Алон был бы лучшим из израильских премьер-министров, если бы умел стучать кулаком по столу.

— Брось представлять свое рабочее движение, — заявил ему один из друзей. — Стань наконец вождем.

Вождем Алон так и не стал. Очень долго путь ему преграждал Давид Бен-Гурион. На совести Старика — «Сезон», одна из самых мрачных страниц в новейшей еврейской истории. По приказу Бен-Гуриона люди из Хаганы и Пальмаха устроили форменную охоту за подпольщиками из ревизионистских террористических организаций Эцель и Лехи.

Готовя «Сезон», Бен-Гурион вызвал Алона.

— Игал, — сказал он командиру Пальмаха, — пора наконец покончить с этими ревизионистскими бандитами. Я хочу, чтобы ты сосредоточил все усилия на этой проблеме.

Алон молчал.

— Ты, кажется, колеблешься? — удивленно спросил Старик.

— Нет, — ответил Алон, — я просто отказываюсь. Охота на евреев противоречит моим принципам.

Никакие уговоры раздраженного Бен-Гуриона не помогли. Алон не взял на себя эту грязную работу.

Бен-Гурион ничего не забывал и прощал крайне редко. Вскоре после окончания Войны за Независимость он снял Алона с поста командующего и назначил на его место Даяна.

— Игал не любит черной работы, — сказал он о человеке, которого ценил и уважал больше всех.

Через несколько лет Бен-Гурион предложил Алону пост министра обороны при условии, что он оставит свою партию Ахдут ха-авода[12] и перейдет в Мапай[13].

— Я не предаю друзей, — ответил Алон.

После смерти Леви Эшкола руководство партии Труда намеревалось отдать Алону портфель премьер-министра. Помешал Даян, который, угрожая отставкой, добился передачи высшего поста в государстве Голде Меир.

Как предвещающий несчастье черный кот, Даян всегда переходил Алону дорогу. Эти два человека не выносили друг друга, несмотря на разительное сходство их биографий. Оба сабры, принадлежащие к одному поколению. Оба фермерские сыновья, выросшие среди арабов и понимающие их ментальность. Оба сделали блестящую военную карьеру. Оба прекрасные знатоки Библии и еврейской истории. На этом сходство кончается.

В отличие от Алона Даян был циником и почти не имел сдерживающих начал в виде моральных принципов. Его опасались, а Алона любили.

Как-то один журналист обратился к нескольким политическим деятелям разных направлений с просьбой назвать главную отличительную черту Алона. Все они, не сговариваясь, заявили: порядочность.

О Даяне этого не сказал бы никто.

После Шестидневной войны Алон первым заговорил о демографической мине замедленного действия, приобретенной Израилем вместе с контролируемыми территориями.

— Рано или поздно эта мина взорвется, если мы не обезвредим ее, — предупреждал он. Разработанный Алоном план, носящий его имя, хотя никогда и не был утвержден официально, учитывался в 1993 году правительством Рабина при заключении с палестинцами договора об автономии.

Алон предлагал включить в пределы Израиля малонаселенную часть территории Иудеи и Самарии, в основном, полосу вдоль правого берега Иордана и Мертвого моря, шириной в 12–15 километров. Это обезопасило бы израильскую границу вдоль реки Иордан. Большая же часть арабского населения Иудеи и Самарии должна была получить автономию с узким проходом в долине Иерихона для экономических нужд иордано-палестинской федерации, если таковая будет создана.

План Алона вызвал резкое недовольство правых партий, обвинивших его в намерении отдать врагу исконно израильские земли.

вернуться

12

Ахдут ха-авода — «Единство труда» — партия, выражавшая интересы фермеров и киббуцов. Возникла в 1952 г. в результате раскола левосоциалистической Объединенной рабочей партии Мапам, требовавшей держаться просоветской ориентации, несмотря на антисемитский курс сталинского режима. Бессменным лидером Ахдут ха-авода был Игал Алон, резко осудивший просталинский курс руководства Мапама.

вернуться

13

Мапай — «Рабочая партия Израиля» — социал-демократическая партия, созданная в 1930 г. и ставшая наиболее влиятельной политической силой в Эрец-Исраэль, а затем в Израиле. После ухода из нее Бен-Гуриона находилась у власти в коалиции с различными рабочими группировками. В 1968 г. объединилась с Ахдут-ха-авода и Рафи, преобразовавшись в Израильскую партию труда. В 1969 г., в связи с ростом политической активности правых сил Мапай и Мапам вступили в коалицию, образовав блок рабочих партий Маарах.