Не люблю я терять даже малую часть своей крови. Но если уж приходится, то это надо исправлять как можно скорее, тем более что буквально в двух шагах валяются два все еще живых урода. Вспомнив о правилах хорошего тона, спешу поинтересоваться у Рауля:
— Угоститься заморской кровью не желаете?
— Пожалуй, нет, — немного подумав, ответит он.
Ну, мое дело предложить… Значит, сам угощусь. Подойдя к надежно обездвиженному заокеанскому жителю, я заостренным до бритвенной остроты когтем полоснул его по одной из не самых важных артерий. Так, теперь подставим под него извлеченный из кармана серебряный стакан и подождем несколько секунд, пока он наполнится. Вот так, теперь можно и заживить рану, он мне еще живым нужен, а то помрет еще чего доброго от кровопотери. Кстати, не стоит удивляться моим привычкам вроде той, что распитие крови из жертвы далеко не всегда происходит так, как массовому зрителю и читателю усердно вдалбливают в головы. Ну вы сами подумайте, что за удовольствие впиваться клыками в шею какому-нибудь человеку? шея в большинстве случаев немытая, от самого человека частенько исходит неприятный запах пота. И вообще, по моему глубокому убеждению, такой метод может быть приятен лишь в единственном случае — когда в качестве жертвы выступает молодая и красивая девушка. Только в этом и ни в каком другом случае. Впрочем, для женщин-вампиров все обстоит как раз наоборот, но суть остается неизменной.
Нет, во время боя, естественно, клыки используются как оружие. Перегрызть глотку врагу — нечто само собой разумеющееся для любого Сородича, да и диаблери происходит именно так и никак иначе. Да и не до эстетики в таких случаях, когда жизненно необходимо получить порцию свежей крови для восстановления сил. Но бой и обычная жизнь — две большие разницы, согласитесь. Лично я, да и многие другие, предпочитаем пить кровь культурным манером, из стаканов, бокалов и тому подобной посуды, а вовсе не из людей непосредственно. Подобным образом развлекаются разве что члены Стай, но на то они и "пехота", да еще с поврежденной психикой.
О, а вот и новосотворенная гуль заворочалась, приходя в сознание. Стакан я пока обратно в карман приберу, благо он уже пустой. Не стоит раньше времени шокировать ее столь необычными привычками. Хотя шокировать все равно придется, надо же мне проверить, получится ли из нее что-нибудь приличное.
— Слободан, — раздался голос Рауля. — Было интересно пообщаться с вами, но время, увы, бежит слишком быстро. Я позвоню вам в течение суток и сообщу, когда вы сможете встретиться с Носферату. Осталось только пожелать удачи в нашем теперь общем деле. До скорого. И пусть фортуна улыбнется вам.
Развернувшись, он неспешно двинулся в глубину городских переулков, все так же в сопровождении двух гулей-охранников. Что ж, он сказал мне достаточно для первого раза, да еще и обещал устроить рандеву с местными Носферату. Остается лишь обсудить с Наставником полученную информацию и ожидать звонка. Сейчас же надо принять решение, что же мне делать с девушкой-гулем? Она уже пришла в себя и смотрела на меня с удивлением, но без страха.
— Кто вы? Что со мной? — голос у нее оказался довольно приятный, хоть и с легкой хрипотцой.
— Кто я? — усмехаюсь в ответ на столь банальный вопрос. — Ну, допустим, имя мое Слободан, но ведь это тебе ничего не скажет. А вот на второй твой вопрос, красавица, я могу ответить гораздо более точно. Вот эти трое, — небрежно машу рукой в сторону троицы неудавшихся насильников и мародеров, — слишком уж рьяно проявляли свои быдловские замашки. Так что пришлось несколько их успокоить. Один "успокоился" навечно, а двое других пока что дышат. Пока что…
Наконец-то она решила подняться с мостовой, поняв, что как-то не слишком прилично разговаривать, сидя на жестком, неудобном и грязном асфальте, к тому же глядя на собеседника снизу вверх. На лице ее отразилось глубокое удивление. Оно и понятно — ни малейшего неудобства от только что перенесенного жестокого избиения. Наверняка сейчас и насчет этого спросит. Точно, я не ошибся в своем предположении:
— Ничего не понимаю… Меня только что избивали эти трое. Последнее, что я помнила, перед тем как потерять сознание — что, кажется, это конец. А сейчас я чувствую себя просто великолепно. Просто чудо какое-то…