- Я очень сожалею, - наконец развел руками склочный божок, глядя на мертвое тело Кунг Лао.
- Мне вот интересно - ты и в самом деле думал, что сопливый мальчонка из Земного Мира сможет его победить? - Шэнг указал на своего друга. - Ну и ну.
- Так, хватит праздной болтовни, - хмуро ответил разозленный Джонни. - А тебе, Рейден, все время жаль, я уж заметил.
С этими словами актер принял боевую стойку напротив Куан Чи. Черный маг, однако, внимательно наблюдал за действиями противника, что не ускользнуло от взгляда Джонни. Сделав шаг вбок, актер наклонился влево и схватил за ножку стоявшую в зале банкетку, обитую опять же ядовито-фиолетовым бархатом (бедную Соню уже начало мутить от обилия во дворце фиолетового цвета), и попытался обрушить ее на голову Куан Чи. Тем не менее тот смог ловко перехватить руку Джонни, и банкетка улетела в другой угол зала, попав по большой декоративной фарфоровой вазе с восточными мотивами в виде райских птиц и бабочек. Ваза со звоном разлетелась вдребезги, весь пол вокруг покрыли осколки, а Шэнг при виде этого скривился - было заметно, что эта вещь была ему сильно дорога. Куан Чи тем временем, выкрутив Джонни руку, не сильно, но уверенно толкнул его вперед так, что актер с глухим стоном растянулся на полу лицом вниз.
- Что же ты свои магические штучки не применяешь? - прошипел Джонни, переворачиваясь на спину и потирая правую руку, за которую его только что схватил противник.
- А тебе что, все еще мало? - самоуверенно оскалился Куан Чи. - Если мало, могу и добавить, ждать не придется. Я еще раз советую вам по-хорошему свалить отсюда восвояси, пока вы все еще живы, только без Рейдена.
Соня не переставала удивляться происходящему. Почему им все время предлагают уйти, ведь, в самом деле, могли бы просто взять да убить? Несмотря на это, оба черных мага воспринимали Избранных скорее как досадную помеху, которая внезапно тут нарисовалась и мешает им обстряпывать свои грязные делишки. Неужели Рейден все-таки не выдумал историю с гвардейцами Онаги и самим Королем-Драконом?
Тем временем Джонни вновь попытался вывести из строя Куан Чи. Однако его враг был очень хорошим и опытным бойцом с идеальной манерой ведения поединка. Он двигался плавно, бесшумно, и, несмотря на то, что Джонни сам был профессионалом в этом деле, у него никак не получалось нанести противнику хоть сколько-нибудь ощутимые удары. Актер без устали нападал, но лишь немногие его атаки проникали сквозь блоки. Где-то через пять минут Шэнг начал откровенно зевать от скуки, но имеющий явное преимущество Куан Чи отнюдь не спешил убивать дерзкого Избранного. Сохраняя каменное лицо, он играл с Джонни, словно кот с пойманной мышью, осознавая свое полное превосходство. Развязка наступила лишь минут десять спустя, когда Куан Чи, усыпив бдительность окончательно уставшего актера, провел сначала быстрый и точный удар кулаком в верхнюю часть живота врага, а потом отшвырнул упавшего на колени противника прямым ударом ноги в грудь. Соня вскрикнула от ужаса, когда ее друг без сознания рухнул на пол, однако через секунду снова взяла себя в руки.
- Если Джонни вызвал на поединок твоего товарища, то я выбираю тебя самого, - ледяным тоном произнесла она, глядя прямо в светящиеся глаза Шэнга. - Умри, выродок.
Рейден глядел на происходящее с немым удивлением, Кэно же, напротив, было очень интересно, чем кончатся разборки. Шэнг тоже поднялся с кресла и взял в руки прислоненный к стене прямой меч в дорогих золоченых ножнах, покрытых алой и зеленой эмалью; рукоять оружия была украшена красивой шелковой кистью кроваво-красного цвета. Это было уже хуже: сражаться с вооруженным противником не так просто, как с безоружным.
- Обычно я с женщинами не дерусь, - насмешливо бросил Шэнг, - конечно, для тебя я во второй раз могу сделать исключение и принять твой вызов, но предлагаю сначала поговорить по-хорошему. Надо же, какая ирония судьбы...
Соню то ли разбил паралич от страха, то ли она действительно была нереально смелым человеком, но она не бежала, не кричала, не падала перед врагами на колени, даже оставшись одна (конечно, если не считать Рейдена, почти не вмешивавшегося в происходящее). Не двигаясь с места, девушка продолжала смотреть Шэнгу в глаза.
- И о чем это мы будем с тобой разговаривать, а? - спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. - Ты расскажешь мне в подробностях, не утаивая ничего, как ты убил моего друга Лю Канга, да? Или о том, как ты... - тут она осеклась, вспомнив, что рядом стоит Рейден.
Соня зря пыталась скрыть свою личную тайну, потому что Шэнг никогда не отличался особой деликатностью и уважением к чужим чувствам, что уже можно было наблюдать в случае с Ли Мей; более того, он считал трепетное отношение к чьей-либо личной жизни попросту дурью и средневековой дикостью. Тут он тоже решил зря не церемониться и прямым текстом выдал: