На прямой штурм могло пойти только войско, обладающее огромной численностью, способное пожертвовать сотней-другой отважных воинов. Но Грейв, чей отряд не дотягивал даже до полусотни, не мог позволить себе роскошь бессмысленно потерять хотя бы одного человека. Преданные люди были всем его богатством.
Возвратились разведчики, докладывая о том, что удалось выведать. Каждый слух сам по себе, казалось, вовсе не имел никакой ценности, но для Грейва годилась любая, даже незначительная мелочь. Кто знает, какое из обретенных знаний станет ключевым при составлении плана штурма?
Питер Зануда, старый соратник и верный друг Грейва, разузнал о том, что на днях в стенах замка будет проходить большая ярмарка, которая продлится около недели. Для нее уже расчищают место во внутреннем дворе, у самых крепостных стен.
— Славная новость! — возбужденно вскричал Дэн Болтун, главный советник Грейва, к которому тот питал особую благосклонность. — Проникнуть в замок будет проще простого! Всего лишь прикинуться крестьянами или торговцами, что везут товар на продажу…
— Едва ли, — покачал головой Зануда, который никогда прежде не был замечен в оптимизме. — В замке действует строгий запрет на вход с оружием. Каждого, кто входит, обыскивают с величайшей дотошностью.
— Придумаем что-нибудь, — упрямо возразил Болтун. — Можно спрятать оружие в телегах под барахлом, которое повезем на ярмарку.
— Не получится, — привычным заунывным тоном ответил ему Зануда, — стражники перебирают каждую картофелину, перетряхивают каждый мешок с зерном. Как ты сможешь провезти железа на сотню человек? А доспехи? А лошадей? Да ну…
— Да уж, — кивнул Грейв, — не представляю, сколько надо купить добра, чтобы все это прикрыть. Но ярмарка — это хорошо. Что еще?
Арчибальд Хейл, более известный среди друзей-наемников под прозвищем Проныра, узколицый парень довольно смазливой наружности, узнал от любвеобильной женушки одного из стражников о том, что замок обороняет хорошо тренированное войско числом около шестидесяти человек.
— Даже если каким-то чудом мы окажемся внутри, вооруженные до зубов, нам с ними не справиться. Многовато выходит, — затянул свою песню Зануда, — это же латники!
Стэн Чахотка, изможденный и вечно кашляющий, он же мастер перевоплощения, выведал у старожилов о том, что в последний раз замок штурмовали лет сорок назад, но безуспешно. А какой-то сгорбленный старик поведал ему о том, как будучи ребенком, слыхал от своего деда, что пару сотен лет назад в гористой части Междуречья случилось нешуточное землетрясение, которое образовало разлом в крепкой каменной кладке одной из стен замка. Этот разлом заделали, да, видать, не слишком удачно — старик говорил, что им воспользовался лорд Предгорий, когда хотел подчинить себе земли Междуречья, а Волчье Логово располагается на самой границе этих земель. Было это полторы сотни лет назад, и тогда штурмовавшие замок солдаты пробили мощными таранами брешь в слабом месте укреплений, где-то за пределами «загона», сквозь которую и смогли пробраться внутрь. Впрочем, замок вскоре отбили обратно. Грейв весьма заинтересовался услышанным.
— Любопытно. Пролом относительно свежий. Едва ли каменщики, которые наскоро его латали, заботились о крепости соединительной смеси. Быть может, он заделан не настолько добротно, насколько построен сам замок.
— Мы с Крысой это проверим, — оживился Проныра, — если эта брешь действительно существует.
Следующий слух, принесенный Звездочетом, прозванным так за то, что по ночам он любил в задумчивости наблюдать за звездным небом, тоже был полезен. Из-за засухи, вот уже несколько последних недель терзающей Междуречье, уровень воды во рву опустился настолько, что кое-где местная детвора перебегала его вброд — от вала до крепостной стены.
Несколько разведчиков принесли слухи и о самой леди Волчьего Логова. Замок и принадлежащие ему окрестные деревни располагались на приграничных землях между скалистыми Предгорьями и равнинным Междуречьем, но все же входили в состав последнего по древнему и нерушимому договору, скрепленному многие столетия назад королевской печатью.
Междуречье располагалось на самых богатых землях Королевства. Климат здесь был большей частью мягким и теплым, почва — жирной и плодородной, а крестьянам в иные годы удавалось за сезон получить с распаханных полей по два урожая. На бескрайних лугах досыта кормился скот, поэтому недостатка в свежем мясе местный люд не знал и охотно торговал всякой снедью и провиантом с близлежащими землями.