Выбрать главу

— Если проголодаетесь или захотите кофе, найдете все в кухне. А мне действительно нужно идти. — Он уловил в ее взгляде тщательно скрываемую тревогу и мягко добавил: — Не бойтесь. Может, вы и попали к серому волку в лапы, но он обещает вести себя цивилизованно.

— О чем вы?

— Уж не вообразили ли вы, что я накинусь на вас, как только представится возможность? — В голосе Ника появилась знакомая сухость.

— Нет, конечно же нет. — Как он мог сказать такое? — обмерла Энн.

— Отчего же вы так нервничаете в моем присутствии?

— Ничего подобного!

— А мне кажется, что нервничаете. — Он говорил тихо, но настойчиво. — Вас обидел какой-то мужчина, а, Энн? Возможно, грубо приставал к вам?

— Нет! — Голос ее чуть не сорвался на крик, и ей стоило больших трудов заставить себя говорить спокойнее: — Правда, ничего такого. — Возможно, ей было бы легче смириться с насилием со стороны мужчины, чем принять то, что с ней произошло: люди, которых она двадцать один год считала своей семьей, оказывается, не любили ее, а вся прошедшая жизнь оказывалась одной бесконечной ложью…

— Ну-ну, успокойтесь. — Ник видел, что что-то разъедает ее изнутри! Но что же это, черт побери?

— Вы сказали, что вам нужно идти, — еле слышно произнесла Энн.

Следовало прекратить беседу, которая доставляла ей такие мучения. Он добр к ней, как к очередному из своих подкидышей. Велма только подтвердила ее догадку.

— Н-надеюсь, с вашей коровой все будет в порядке.

Из горла Ника вырвался странный натужный звук, но прошла еще секунда-другая, показавшиеся Энн вечностью, прежде чем он ответил подчеркнуто безразлично:

— Я иду к ней не чай пить.

Он просто насмехался над ней! — возмутилась она. Однако в следующее мгновение он нагнулся и мягко дотронулся ладонями до ее лица. Прикосновение должно было успокоить, но Энн нашла его наоборот волнующим. По какой-то неведомой причине ее женское естество буквально распалялось в присутствии Ника Хартли. Энн не желала этого, ей не нравилось то, что с ней происходило, но факт оставался фактом: от этого мужчины исходила волна сексуальной привлекательности, которой она не в силах была противиться.

Энн сделал глубокий вдох, выпрямилась и заставила себя улыбнуться.

— Я спущусь за чемоданом. Тогда вы сможете ехать не задерживаясь…

— Я уже принес его, когда вы болтали с Велмой. — Сказав это, Ник направился к двери. — Морин еще спит, но скоро встанет. Она захочет принять душ и что-нибудь перекусить перед тем, как уйти на работу. Между прочим, ваши комнаты рядом.

— Отлично.

Если бы Ник только знал, как она была благодарна ему за то, что их будет разделять не одна, а две стены! Сама мысль о том, что она каждый вечер могла бы слышать, как он ходит по своей спальне, готовится ко сну, ложится в постель, выводила Энн из равновесия. Не помогало даже чувство стыда: она и в самом деле вела себя как влюбленная школьница! Ох, не следовало принимать приглашение Ника Хартли…

Погруженная в размышления Энн даже не заметила, как осталась одна, не удосужившись даже ответить на его вежливое «до скорого».

Из окна отведенной ей комнаты, на удивление просторной и светлой, открывался чудесный вид на городок. А рядом Энн обнаружила ванную комнату со старинной ванной на массивных ножках. Словом, она поняла, что влюбилась в свое временное жилище.

— Прелесть, — прошептала она, подходя к окну и вдыхая полной грудью. — Просто прелесть!

Глазам ее предстали далекие зеленые поля, на которых паслись овечьи стада, а у самого горизонта громоздились лесистые холмы. Ноздри Энн трепетали от пьянящих запахов диких цветов и свежескошенной травы. Только подумать — множество людей жили и работали в этом раю! Таких, как Ник…

Имя, которое она мысленно произнесла, нарушило ее душевный покой, и Энн резко отвернулась от окна, уставившись на чемодан, стоявший у постели.

Интересно, подумала она, что скажет хозяин дома, когда ему откроется истинная причина появления здесь Энн. Хотя какие основания были у нее даже надеяться на то, что Линда Джонс по-прежнему живет в Слоу? Никаких! Но в глубине души она почему-то была уверена: ее мать где-то рядом.

Когда Энн проснулась, комнату окутал полумрак, а изнуряющий жар уступил место прохладе, ласкающей кожу. Энн продолжала лежать в постели и ощущала, как на ее тело и душу нисходит покой, которого она не знала долгие годы. Небо за окном темнело, где-то вдали блеяли овцы, и на землю опускалась ночь.

Она могла бы найти здесь свое счастье. Мысль пришла в голову столь неожиданно, что Энн не успела прогнать ее прочь. И в это же мгновение девушка услышала раздавшиеся снизу голоса Ника и Морин. Сердце Энн забилось как бешеное, а из горла вырвался слабый стон.