Выбрать главу

В конце века родители умерли, и сразу стало понятно, что Иоганн Луиджи не обычный швейцарец. Он начал изучать химию, медицину и языки, а чтобы как-то прокормиться, рубил дрова. Не по годам развитой и бойкий юноша с бледно-голубыми глазами, всего восемнадцати лет от роду, он год изучал арабский в Кембридже, а потом решил пройти пешком весь Левант.

Иоганн Луиджи был невероятно обаятелен, а значит, легко находил ночлег. В Албании ему довелось постучать в ворота замка, принадлежавшего главе могущественного клана Валленштейнов. Его пригласили переночевать как раз вовремя. Хозяин замка с христианским именем Скандербег[18] был последним в длинной череде Скандербегов и отсутствовал по случаю очередной войны, что, впрочем, неудивительно, поскольку на протяжении последних ста пятидесяти лет его предки, кажется, ничем больше не занимались.

Поэтому Иоганна Луиджи занимала милая супруга отсутствующего хозяина. После ужина над замком разразилась страшная буря, и молодая женщина пригласила гостя полюбоваться молниями из окна своей спальни. Проливной дождь хлестал по стенам замка весь остаток ночи.

К утру буря утихла. Одарив молодую хозяйку очаровательной улыбкой, Иоганн Луиджи взвалил свой мешок на спину и продолжил путешествие. Он и не подозревал, что заронил в нее семя, из которого в будущем произрастет набожный отшельник, человек, который столь искусно подделает первую Библию, что все примут ее за подлинник, траппист-отступник и лингвистический гений, последний из Скандербег-Валленштейнов.

Иоганн Луиджи быстро обошел Левант, и то, что он увидел, ему понравилось. К началу следующего года он уже дошел пешком до Будапешта, где начал изучать медицину, вновь зарабатывая на жизнь рубкой дров. Он получил медицинскую степень и основал частную практику. Особое его внимание привлекали случаи истерии. Вскоре он перешел в иудаизм, чтобы жениться на одной из своих бывших пациенток, молодой хазарской еврейке. Ее семья еще с девятого века промышляла в Будапеште мелкой торговлей.

Вскоре у них родился сын, и его назвали Мунк, по странной традиции, вывезенной предками жены из Закавказья еще до того, как в восьмом веке вся семья дружно перешла в иудаизм. По этой традиции старшему отпрыску мужского пола в каждом поколении давалось одно и то же имя. В семье Сары это традиционное имя было Мунк, хотя припомнить его значение не мог уже никто. Сам Иоганн Луиджи был более чем доволен таким именем, поскольку слышал в нем какой-то отзвук собственных монашеских устремлений.

Примерно в то же самое время Иоганн Луиджи задумал новую краткую поездку по Леванту. Он посуху доедет до Алеппо, сказал он жене, и проведет там несколько недель, совершенствуясь в арабском. Потом он спустится по Тигру к Персидскому заливу, найдет корабль, идущий в Египет, и оттуда вернется в Европу. В целом он будет отсутствовать три месяца, сказал он и пообещал писать каждый день. Он, правда, не сумел объяснить ни как его письма дойдут до Будапешта, ни как покрыть с такой скоростью предполагаемые расстояния.

Но о географии Ближнего Востока в те времена было известно чрезвычайно мало, а уж тем более в будапештской семье, занимающейся мелкой торговлей.

И все же Сара и ее семья просто должны были что-то заподозрить хотя бы исходя из того, как молодой врач готовился к поездке. Вместо того чтобы оформлять бумаги, Иоганн Луиджи исчез в венгерской глубинке. Там он в любую погоду ходил босым, спал на открытом воздухе без одеяла, питался исключительно травами и приехал в Будапешт только в середине года, чтобы побыть с женой, когда родилась их дочь Сара.

Но никто не комментировал его странное поведение. Женщины в семье Сары всегда искренне любили своих мужчин. Пусть Иоганн Луиджи занимается чем угодно, лишь бы был счастлив, считала Сара, даже если это означает, что на какое-то время им придется расстаться.

И вот прохладной осенью 1809 года Иоганн Луиджи нежно обнял жену и двоих детей и отбыл в краткую поездку по Леванту. Его путь отмечали ежедневные письма домой, Саре.

   Вот так все и получилось. Иоганн Луиджи действительно писал домой ежедневно, иногда по пять раз на дню.

Детали были его страстью, и потому неудивительно, что его письма представляли собой подробные отчеты обо всем, что он повидал, вплоть до мелочей. Вперемежку с лирическими пассажами о вечной любви к Саре в Будапешт поступала бесконечная информация о сельскохозяйственных культурах и торговле, а также анализ местных обычаев. Все сплеталось в этом своеобразном и обстоятельном дневнике его странствий.

вернуться

18

Хозяин замка с христианским именем Скандербег… — Скандербег-Валленштейны носят имя национального героя Албании Скандербега (наст. имя Георг Кастриоти, ок. 1405-68), который в 1443 г. возглавил народное восстание и освободил от османского господства часть территории страны.