— Что мне надо сделать ещё, помимо этой книги?
— Ты должна принять для себя одно очень важное решение. Фактически переступить через себя. Это — то единственное, что сегодня, как тебе кажется, ты НЕ в состоянии сделать, но ты ДОЛЖНА сделать. Я не знаю, ЧТО именно. Тебе самой нужно понять. И если ты это сделаешь, то перейдёшь на новую Ступень. И спираль начнёт свой новый виток.
— Я знаю, что я должна сделать… Но я НЕ МОГУ этого сделать… Я хочу, но НЕ МОГУ. Потому что, если я сделаю это сейчас, я умру…
— Ты ДОЛЖНА умереть. Для всего старого. Для своего Прошлого. Чтобы родиться вновь. Переступи через себя, Алиса. Только так ты сможешь себя спасти. Для Света.
Я вошла в Храм Души. Всё — то же, но не так. Где Свет? Его не было. Как будто перегорели все невидимые лампочки. Темно, стены вместо ослепительно-белых выглядят серыми. «Надо включить Свет…» — подумала я. Попыталась нащупать выключатель. Но его нет. Нигде.
Я прошла к нише, где в прошлый раз находился Патриарх. Стол и стул — на месте. Его нет. Очень темно.
— ВКЛЮЧИТЕ СВЕТ!!! — закричала я, понимая, что кричу в Пустоту.
Я поднялась на второй этаж, где в прошлый раз меня ждали «мои». Темно. Пусто. Надо найти выключатель. Здесь должен гореть Свет! Я ощупываю все стены по ходу движения. Выключателя нет.
Я открыла дверь в ту комнату на втором этаже. «Моих» нет. Комната выглядит иначе. Тот же прямоугольный деревянный стол и стулья. Но окно — другое. Огромное окно, завешенное плотной чёрной тканью. Комната большая. С белыми гипсокартонными перегородками, которые обычно строят на выставках для разделения стендов соседних компаний. На стенах что-то висит. Плохо вижу. Туманная дымка.
«Это — какой-то Музей… — промелькнуло у меня в голове. Но Музей… мёртвый. Мёртвый, потому что сюда никто не ходит».
Внезапно из-за правой «перегородки» вышел Патриарх. В прошлый раз он был в чём-то зелёном, расшитом золотом, и без головного убора. Сейчас он — в чёрном. Белый головной убор. Какие-то бело-зелёно-красные ленты. Он присел за стол напротив меня. Я смотрю на него и молча спрашиваю:
— «Мои» не придут, да?
— Да, потому что ты их отпустила.
— Где мы? Что это? Это — Музей?
Патриарх кивнул.
— Но он же — мёртвый. Сюда никто не ходит, да?
— Да.
— А почему? Разве так бывает? Разве бывают музеи, в которые вообще никто не ходит?
Он смотрит на меня по-другому. Не как тогда. Он недоволен мной.
— Посмотри, Аля, ЧТО — это…
Я встаю и прохожу в первый «отсек» справа и вдруг вижу… свои фотографии на стенах. Детские фотографии. Чёрно-белые. Одна из них сильно увеличена. Мне было тогда четыре года. Лето. Папа фотографировал меня, как я катаюсь на велосипеде и машу ему рукой. Рядом — какие-то мои заклинания под стеклом.
— Это — МОИ музей? — удивлённо спрашиваю я.
Патриарх молча кивает головой.
Здесь — вся моя жизнь. Вся с рождения до…
— Этот музей заполнен ровно наполовину, — говорит Патриарх и ещё раз повторяет громко, медленно и отчётливо: — РОВНО НАПОЛОВИНУ…
И действительно, если правая сторона вся заполнена и «готова», то левая — абсолютно пуста. «Он мёртвый, потому что я ещё жива…» — подумала я.
Мы спускаемся на первый этаж в нишу.
Патриарх останавливается и вопросительно смотрит на меня. Я должна задать ему вопрос, с которым пришла в Храм Души, но почему-то молчу.
Очень темно. Здесь должен гореть Свет! Надо найти выключатель…
Внезапно справа от Патриарха в воздухе начинают появляться огненные буквы. Они загораются рыже-красным пламенем. Сначала первая буква. Потом точка. Потом вторая. Точка. Я уже знаю, что — дальше. Фамилия. Полностью. Фамилия того Человека, Которого Не Было.
Я заплакала.
— Его НЕТ! Он НЕ СУЩЕСТВУЕТ! Я ЕГО ВЫДУМАЛА!!!
Патриарх молчит. Потом протягивает мне Его фотографию. Странную фотографию. Как будто кто-то сфотографировал Его, стоя где-то слева сзади. Я видела часть Его лица, но не видела глаз.