Он пожал плечами, но без всякой враждебности.
- Открывай рот.
Я покорно открыла рот, холодный край стакана коснулся моих губ и через секунду поток свежего сока наполнил мой рот. Потрясающе насыщенный вкус был благосклонно воспринят моими вкусовыми рецепторами. Боже, я еще никогда так вкусно не завтракала.
Ром отставил стакан в сторону, наполнил ложку кусочком блинчика, политого сиропом, и ы скормил его мне.
- Второе агентство, о котором я тебе говорил раньше, — НЗАД — это не правительственная организация, и они — без сожалений убили бы тебя. Они сначала стреляют, а потом задают вопросы.
Я сглотнула, еда вдруг стала напоминать по вкусу свинец.
- Иногда я думаю, что это так чудесно, что человек, которому приказали убить меня…
- Нейтрализовать, — возразил он, стиснув зубы.
- Как хочешь. Это одно и то же. И хотя я…
- Это не одно и то же. Я лишь хотел вырубить тебя.
- Да, но ты хотел вырубить меня навсегда.
Он раздраженно вздохнул.
- В мои планы никогда не входила твоя смерть.
Я получила еще кусочек блинчика.
- Хорошо, допустим. И вырубив меня на много лет вперед, что ты планировал со мной сделать?
Он помрачнел, морщинки вокруг глаз стали четче.
- Я планировал погрузить тебя в кому или в глубокий сон, а потом отдать тебя своему начальнику для экспериментов. В результате ты бы стала работать на него, в противном случае тебя бы навсегда заперли в лаборатории. Вот. Ты это хотела услышать?
Я не знала, шутил ли он или говорил совершенно серьезно. Если шутил, то шутка не удалась.
- Что заставило тебя передумать? И в этот раз не увиливай от ответа.
- Я проверил то, что ты сказала мне об отце. Ты не солгала, — по какой-то причине его голос звучал почти что обвиняюще. — Ты оплачиваешь его пребывание в жилом центре с обслуживающим медицинским персоналом, и он не может оттуда уехать из-за того, что нуждается в постоянном медицинском уходе.
Ром пожал плечами и добавил:
— Есть и еще кое-что, но мы не будем сейчас об этом говорить.
Он что, решил, что теперь я ему поверю? Поверю в то, что он не хочет причинить мне вред?
- Если ты решил оставить меня в живых, то докажи это. Развяжи меня.
- Я не думаю, что это хорошая идея.
- Но…
Он не дал мне продолжить, запихнув в рот еще кусочек блинчика.
- Ты понятия не имеешь, какие неприятности можешь устроить. Твоя неопытность представляет опасность.
Я проглотила еду и сразу же выпалила:
- Неопытность? Ау. Если ты еще этого не понял, то я на эту работу не подписывалась. Никто еще с подобным не сталкивался.
Он, прищурившись, посмотрел на меня:
- Ты получишь больше опыта, чем можешь себе представить, если не научишься спускать на тормозах всплески эмоций. Ты разве не заметила, что что-то плохое случается именно тогда, когда ты сердишься?
- Ты говоришь, что мой гнев вызвал огонь? — я провела языком по зубам. — Вообще-то любой человек придет в ярость, если очнется полуодетым и обнаружит наемного болвана возле кровати.
- Наемный болван, — он рассмеялся. — Мне это нравится.
- Великолепно, — сухо ответила я. — Тогда, ты еще и ублюдочная крыса.
Его веселье не пропало:
- Я лишь говорю о том, что ты вовсе не пытаешься сдерживать свои эмоции.
- Я сдерживаюсь! В противном случае я при первой же встрече засунула бы тебе твои же яйца в глотку.
- Ну вот мы опять вернулись к милой перепалке, — еще одна улыбка, неспешная и спокойная. Она смягчила его лицо, делая его еще сексуальнее и добавляя ему очарования, которому я не могла сопротивляться.
Я напряглась, жалея, что нахожу его привлекательным. Какая же я дура! Видно, чем больше времени я проводила с ним, тем ниже становился мой уровень интеллекта. Я прищурилась, и постаралась освободиться от веревки, связывающей запястья, стараясь делать это незаметно.
- Чтобы ты знала, — сказал он, отправляя мне в рот еще одну ложку с омлетом, — я был не единственным наемным болваном у твоей постели.
Вот теперь он говорил совершенно серьезно, без эмоций:
- Кто-то вломился в твою квартиру прошлой ночью.
- Что? — переспросила я, выпрямляясь.
- Он пытался украсть тебя у меня, — Ром говорил угрожающе, его голос стал хриплым. — Я знал, что он, скорее всего, придет, поэтому вывез тебя оттуда так быстро и незаметно, как только мог, и привез сюда.
Я замолчала, чувствуя холодок, пробежавший по спине, при мысли об опасности, в которой я была и о которой ничего не знала. Я не сомневалась ни секунды, что Ром говорит правду. Я поняла, что мои сны не были снами. Они были настоящими. Слишком реальными. Я на самом деле видела человека с ножом.