Моего коня".
Жена подхватила песню; и вот уже мужской и женский голоса тихо дуэтом выводили:
"Моего коня - белогривого,
У меня жена, ой, ревнивая.
Я вернусь домой на закате дня.
64 Обниму жену. Напою... ".
Иван, повинуясь смыслу слов песни, обнял жену, и они так сидели, пели и раскачивались в такт мелодии. Вдруг Ольга в середине куплета прервала песню и сказала:
"А Борис онанизмом занимается".
Иван тоже замолчал. Затем произнёс:
"Так рано, ведь ему всего одиннадцать".
"Так рано, - подтвердила жена. - Но это факт. Не раз проверяла. Что делать будем?"
Иван молча разлил водку по рюмкам. Чокнулись.
"За тебя, моя любимая", - сказал он, поднялся со стула и поцеловал женщину в губы; нежно поцеловал - чуть коснувшись.
Когда выпили и закусили, муж сказал:
"Что делать? Знамо что: природа - с ней особо не поспоришь, тем более подростку (в голове мелькнула мысль: вот тебе и живой пример по дуализму), а нам - родителям нужно ему женщину искать. Пусть та примет роды мужика".
Ольга не сразу отреагировала на сказанное мужем.
"Я всё дома, да дома. У меня и подруг-то нет".
Иван встал из-за стола, поцеловал жену в лоб и тихо сказал ей на ухо:
"Ничего, что-нибудь придумаем".
------------------------------------
И Иван придумал. Он организовал лыжную прогулку для всей своей семьи. В гараже Горкома взял "Волгу". Проверил её сам, загнав на яму; и в один прекрасный день семья Бутов в полном составе выехала кататься на лыжах по сопкам в пригороде Северодвинска.
65 Морозный чистый воздух, яркое солнце, светившее в спины лыжникам и вспыхивающее на склонах заваленных ослепительно белым снегом сопок то тут, то там множеством искр; хорошее скольжение и рельеф местности, позволявший расслабляться на спусках и заставлявший напрягаться на подъёмах - всё это быстро отвлекло Ивана от повседневной суеты и забот, ставших мелочными на фоне природного величия. Глубоко вдыхая свежий морозный воздух, Иван уверенно шёл по проложенной лыжне ходом опытного лыжника. Борис не отставал и Иван отметил про себя, что занятия по лыжной подготовке, видимо, не плохо поставлены в школе, где учится его сын.
Лыжня пошла под уклон и лыжники метров сто свободно скользили по ней только удерживая равновесие, да следя за тем, чтобы лыжи не сходили с лыжни. В конце спуска, за поворотом они увидели, идущую по их лыжне в том же направлении, девушку. Иван обогнал её, оглянулся и отметил про себя: "А девушка-то хороша!" Пройдя вперёд в обычном темпе ещё несколько минут, он сбавил скорость, дождался пока его догонит сын и спросил:
"Ну, как тебе девочка?"
Борис пожал плечами и обернулся; девушка тоже остановилась и, видимо, поправляла лыжные крепления.
"Что молчишь, Боря, красивая девушка?" - ещё раз спросил Иван.
Но ответа, которого он добивался от сына, так и не последовало.
"В подростке просыпается мужчина, но как-то странно просыпается", - подумал Иван.
"Тебя что - девочки не интересуют?" - продолжал он допытываться.
И снова необъяснимое молчание. Иван задумался:
"Или Ольга ошиблась, или..." О втором варианте ответа Ивану думать не хотелось.
-----------------------------------
66 Дома, поздно вечером, когда сыновья уже спали, родители шёпотом, тоже лёжа в постели, обсуждали волнующую их тему.
"Ты знаешь, я обнаружил сегодня, что Борис на девушек не реагирует. Они ему как будто безразличны", - сказал Иван, когда супруги, после чудесного секса лежали в постели, прижавшись друг к другу и глядя в потолок. Ольга не сразу откликнулась на реплику мужа.
"Нужно каким-то образом узнать: чем он занимается после школы. Уроки у них заканчиваются в два часа, ну, в три иногда. А домой он приходит в пять, а то и в шесть. Спрашиваю: где был? Отвечает: с ребятами гулял".
Помолчали. Иван повернулся на правый бок и Ольга последовала его примеру. Эта поза вновь разбудила в супружеской паре желание и они вновь радостно удовлетворили его.
-------------------------------
Начальник Управления КГБ по городу Северодвинску майор госбезопасности Трусов Валерий Ефимович поднял трубку зазвонившего телефона.
"Помощник первого секретаря Горкома партии вас беспокоит", - зазвучал в трубке приятный женский голос. - Валерий Ефимович, Иван Олегович просит вас прибыть к нему завтра к одиннадцати часам".
"Хорошо, буду, - по военному кратко ответил майор, но после паузы уже совсем по граждански спросил, - А по какому вопросу вызывает, вы не знаете?"
"Не знаю, Валерий Ефимович но, видимо, ничего такого серьёзного нет. Когда он просил мне позвонить вам, то был в очень хорошем расположении духа. Так что - не волнуйтесь".
"И на этом спасибо, Эллочка, с меня шоколадка", - игривым голосом проговорил майор.
67 "Ловлю вас на слове",- промурлыкала трубка и майор услышал короткие гудки отбоя.
На следующий день, в назначенный час майор сидел в приёмной первого секретаря. В одиннадцать часов пять минут в аппарате переговорного устройства, стоявшего на столе помощника, раздался голос первого:
"Если Трусов пришёл - пусть заходит".
Майор услышал эти слова. Встал со стула, подошёл к помощнику, наклонился к уху девушки и прошептал:
"Шоколадка за мной", - та улыбнулась молодому старшему офицеру и, встав со стула, отворила перед ним первую дверь в кабинет, вторую дверь тот открыл сам.
Когда через час майор с покрасневшим лицом вышел из кабинета, Эллочка всё также сидела за своим столом, склонившись над какими-то бумагами. Майор кивнул ей и вышел в коридор. На улице он продолжал обдумывать необычную просьбу руководителя города.
"Наружку - за подростком, - скептически хмыкнул майор. - А коньяк у него хороший".
-----------------------------------
В этот день Иван специально пришёл с работы домой пораньше - в семнадцать часов. Бориса - не было. Стали ждать. Явился сын аж в восемь часов вечера. Допрос ничего не дал:
"Где был?" - как можно мягче спросил Иван.
"С ребятами гулял".
"С какими ребятами?"
"С Вовкой-рыжим и Славкой".
68 "А уроки когда делать будешь?"
"Сейчас поем и буду. Нам мало задали".
"Ну-ну", - внимательно вглядываясь в сына, произнёс отец.
Вечером, лёжа в супружеской постели, Иван попросил Ольгу завтра сходить к родителям Вовки и Славки и узнать когда те пришли домой.
"Период полового созревания - тяжёлый период для подростка, - лёжа в постели и обняв жену, размышлял вслух Иван. - Фабрика начинает работать..."
"Какая фабрика?" - перебила его вопросом Ольга.
"Фабрикой я называю семенные железы - яички. Хочешь, не хочешь, а семенная жидкость поступает в резервуары и когда-нибудь переполняет их. В природе предусмотрен сброс излишков. Через поллюции организм освобождается от лишней семенной жидкости. Но это до тех пор, пока подросток не испытал естественной разрядки: или через контакт с инакополым, или через мастурбацию. Когда человек начал половую жизнь, механизм поллюции природа как бы отключает, не совсем, конечно, но притормаживает и человек вынужден саморазряжаться, иначе он испытывает дискомфорт. При оргазме и семяизвержении молодой мужчина испытывает ярчайшие физические наслаждения. Вот с этого момента можно считать, что он подсел на иглу".
"То есть как это - на иглу?" - не поняла мужа Ольга.
"Наш железный занавес на границах пока ещё защищает советских людей от наркомании. А на Западе - это уже бич. Есть такие наркотики, которые вызывают абсолютную зависимость от них даже после разового их употребления. В организм такие наркотики обычно вводятся с помощью медицинского шприца. Вот потому там и говорят про тех, кто стал наркоманом - "подсел на иглу"".
69 "Откуда ты всё это знаешь?" - удивилась Ольга.
"О, милая, я ещё много такого знаю, чего тебе и не снилось. У нас - членов партии и партийных руководителей - особые источники информации. Вот, например, я знаю что скоро у каждого человека в кармане будет лежать миниатюрный телефонный аппарат. И в любой момент ты, например, сможешь со мной связаться, где бы я ни находился, а я - с тобой".