Выбрать главу

«Это дорога номер тридцать семь, значит, номер пятьсот тридцать за мной. Еду правильно», — подумал он.

Высокое место, кроме преимущества хорошего обзора, имело и свои недостатки. Фидель стоял открытый всем ветрам. Один из порывов ветра оказался неожиданно сильными. Он раскинул руки и стал балансировать, чтобы попытаться удержать равновесие. В последний момент, пока ещё чувствовал опору, Фидель оттолкнулся, как при прыжке с двух ног. Развернулся в воздухе. Грудью упал на пятачок вершины, а руками и ногами стал цепляться за камни, чтобы не покатиться вниз. Ему удалось удержаться, но вставать было слишком рискованно, и Фидель начал сползать вниз ногами вперёд. После одного неосторожного движения, он всё же не удержался и покатился к подножию, которое, к счастью, оказалось совсем близко. Фидель вкатился в кусты и почувствовал, что спиной упирается во что-то мягкое. Он глубоко вздохнул, как человек, который только что спасся от смерти, но тут же вскочил в ужасе. Стал кашлять, отхаркиваться, и шумно выдыхать воздух, как будто хотел убрать из лёгких вместе с ним каждую частицу запаха, который, без сомнения, был трупным.

Машинально Фидель бросился к велосипеду, отъехал метров двадцать, но остановился.

Труп лежал почти возле дороги, на которой осталась отчётливая борозда от колёс его велосипеда на выровненном и высохшем после дождя песке. Ему стало ясно, что он слишком наследил, и если труп обнаружат, то могут выйти на него. Ужас, который он почувствовал от неожиданной встречи с трупом, сменился страхом. Фидель подумал, что полиция в Лэйкехёрст уже могла отреагировать на заявление о краже велосипеда. Он живо представил себе, как патрульный полицейский осматривает въезд в лес и видит след велосипеда. Фидель вернулся, нашёл подходящую палку и отвёл в сторону ветки куста, которые закрывали тело. По внешнему виду погибший был мексиканцем примерно одного возраста с Фиделем. Судя по свёрнутой шее, бедняга свалился с этой же горки.

Фидель заметил возле погибшего колчан со стрелами и арбалет и решил, что тот был браконьером и вряд ли кого-то посвящал в свои планы. Искать начнут не скоро.

Может и вовсе оказаться одиноким, тогда и заявлять некому.

Он вспомнил, что когда въехал в лес, то на одном из деревьев увидел табличку: «Купаться и ловить рыбу запрещается».

«Здесь где-то близко есть вода», — подумал Фидель.

Действительно, когда он прошёл метров тридцать по тропинке, которая отходила вбок от дороги, то увидел небольшое лесное озеро. Ему хватило сил дотащить до него погибшего и набить ему карманы камнями. Он зашёл в воду и потянул за собой отяжелевшее тело. Когда вода дошла Фиделю до груди, он перестал поддерживать труп, который быстро стал опускаться на дно рядом с его ногами. Фидель, что есть силы дальше протолкнул труп, который тут же окончательно исчез с поверхности. После пятиминутного отдыха Фидель начал пробираться через мелкий кустарник. Ему повезло, и он скоро вышел на другую лесную дорогу. Теперь можно было надеяться, что его след потеряют. Он сел на велосипед и покатил в Томс Рива. В кармане у него лежали Грин-карта и водительские права погибшего. Так, он стал Родригесом Федейра.

6. Тайна

Фидель старался протирать окна передвижной кухни очень медленно, но эта работа всё-таки закончилась. Делать было нечего, но по распоряжению полиции нужно было оставаться на месте.

Труп, который до приезда судмедэксперта и детектива должен был оставаться на съёмочной площадке, не способствовал появлению аппетита. Все, кто подходил к подвижной кухне, ограничивались напитками. Фидель взял за правило всегда быть чем-то занятым, на случай если неожиданно появится Роберто. Он взял тряпку и стал опять протирать открытые окна передвижной кухни, которые и так были чистые. Нудное занятие не требовало обдумывания, и мысли притягивались к самым ярким моментам из прошлого.

Вспомнилось раннее детство. Фиделя не с кем было оставить дома, и он много времени проводил в гримёрной стрип-клуба, где работала его мать Нэнси. Полуобнажённые красивые женщины с ярким макияжем. Они выглядели невероятно длинноногими оттого, что ходили на очень высоких каблуках. Глядя на них, Фидель вспоминал клоунов рядом со входом в цирк Шапито. Из одежды на каждой из них, были только две маленькие полоски материи, расшитые блёстками. Одна на груди, другая на бёдрах. От них так сильно пахло косметикой, что аромат любых самых экзотических цветов на улицах Мехико и фруктов на прилавках казался Фиделю куда беднее.