— Благодарю вас, баронесса. Но я верен только моей госпоже. И даже если я наскучу ей, то моя судьба, всю жизнь счастливо вспоминать время проведённое с ней. — я закрыла лицо руками. Ах ты ж мстительная змея! Ну я тебе это припомню!
По лестнице в обеденный зал прибежал слуга, подошел к баронессе и почтительно поклонился
— Молодой господин проснулся!
Безоблачное выражение тут же покинуло лицо баронессы. Я на секунду поймала настоящее ее чувство — глубокой тревоги. Но она сразу же вернула себе самообладание и велела мужу сопроводить ее.
Я тоже было подорвалась с места но она остановила меня жестом.
— Ваше высочество, не сочтите за грубость, это дело моей семьи. — как отсекла. Впрочем это и понятно, неизвестно ещё что расскажет Фогель. Возможно то, что Густы предпочтут скрыть даже от меня, чтобы не порочить репутацию семьи.
Все рыжеволосое семейство и их многочисленные слуги ушли, оставив только меня и Астора. Последним на второй этаж поднялся Инвар. Бросив на меня длинный негодующий взгляд.
— Ты доволен? — спросила я, когда мы остались одни. Я с унынием размешивала чай, ловя в нем нежные жасминовые лепестки.
— Моя госпожа сердится — Астор отодвинул стул и встал сбоку от меня.
— К чему был весь этот балаган? Я люблю Густов, их уважение для меня не пустой звук. А ты… — я сердито стукнула серебряной ложечкой о тонкий фарфоровый край чашки.
— Мне стоило сказать правду? Вы же говорили что хотите скрыть всё, что касается меня, даже от близких?
— Астор, прекращай издеваться и отыгрывать дурачка. Объяснись.
— Хорошо — он вернул стул на место и сел.
— Моя госпожа. От вас я могу снести многое. Но не унижайте меня никогда. По традиции Парна секретарь имеет право разделить завтрак с господами. Только человеку с недостойной репутацией может быть отказано в этом праве.
Но что такому человеку делать у княжны в статусе ее личной прислуги? Я придумал историю, достаточно глупую, чтобы в нее не поверили ваши близкие друзья, но и достоверную настолько, чтобы объяснить это ваше решение. В следующий раз вы должны быть осторожнее. Соблюдение традиций — это необходимость для вашего статуса. — я вздохнула. Как бы мне не хотелось это признавать, но он был прав.
— Уточню на будущее — ты знаешь традиции всех провинций? — я посмотрела на него, пытаясь понять кто же такой, этот белый змей.
— Все традиции. Всех провинций — улыбнулся Астор
— Для всех должностей? — он кивнул
— Да. Как я и говорил, у меня очень хорошее воспитание.
— я все больше и больше убеждаюсь что ты иностранный шпион. Много знаешь, врешь как дышишь. Да, всё хорошо складывается в эту картину. И лицо мне твое не нравится — точно асак! — я нахмурилась, всё еще обиженная на него.
— Как я и сказал, я никогда не буду вам лгать. Я не шпион. И никогда не был в Асакине. Или в любой другой стране… Но я много путешествовал по Империи. У меня хорошие учителя. И много требований, которые я обязан соблюдать. — мне показалось, или в его глазах появилась печаль? Хмм. Похоже единственный способ которым я могла проверить насколько он искренен, был…
— Допустим… — я сделала паузу, глядя ему прямо в глаза. Я не верила ему. Этот мужчина. не просто решил сблизиться со мной таким необычным способом.
Здесь замешано нечто большее чем просто желание пристроится фаворитом богатой и влиятельной княжны. Я склонялась к мнению, что он всё таки асакский разведчик. Который таким образом решил пролезть в мою жизнь, и выведать нечто, что могло повредить моей семье. Этого я допустить не могла.
— Тогда…что ты почувствовал когда меня поцеловал? — наконец спросила я, наблюдая за реакцией
Он замолчал, опустив глаза. Уши порозовели.
— Моя госпожа, неужели я тогда недостаточно показал вам, что я чувствую? — он снова посмотрел на меня. От этого голоса и взгляда сердце застучало чаще.
— Ты очень хорошо притворяешься, Астор. Как я могу верить твоим словам?
— Я никогда не скрывал то что чувствую к вам. — он подался ближе ко мне. Его рыжая прядь скользнула по моему плечу — Будьте уверены, я совершенно искренен.
— Думаю к концу срока я передам тебя Тайному управлению*.
— Что мешает сделать это прямо сейчас?
— Хочу раскрыть тебя сама. Ты прав, я обожаю загадки — я повернулась и между нами теперь почти не было расстояния. Серые, почти белые змеиные глаза, кожа светлее светлого. Шрамы понемногу белели. Похоже скоро его увечье полностью исчезнет. И при том яркие рыжие пряди. Как красная тряпка, небрежно брошенная на жемчуг, перебивала его мягкую красоту.