Выбрать главу

– Пожалуй, я тоже могу так сделать, – Инди передернул плечами и вывернулся, но на полпути застрял.

– Что ты творишь?! – прошипела Катя. – Стиснул меня совсем. Я пальцем шелохнуть не могу.

– Потише!

Инди оглянулся через плечо – стражник не проснулся. Инди напряг ягодицы, сделал плавное движение бедрами и вдруг оказался лицом к лицу с Катей, крепко прижавшись к ней грудью и бедрами. Совсем не то, что быть связанным спина к спине; пожалуй, такое ощущение неприятным не назовешь.

– По-моему, это не помогло, – заметила Катя, поводя плечами.

– Да, туговато приходится, – согласился Инди, извиваясь в плечах и вращая бедрами в попытке уцепиться пальцами за кнут, – но это дает определенные преимущества.

– Что ты там делаешь?

– Где там? – Теперь они были уже нос к носу.

– Сам знаешь. Там! – бросила Катя, ощутив новое движение бедер Инди.

– Пытаюсь зацепиться за кнут.

– Зачем?

– Как это зачем?

Инди дотянулся большим пальцем до нижнего витка пут, но никак не мог подсунуть его под кнут. Выгнув спину, Инди подал бедра вперед, изо всей силы выгибая ладонь.

– Ах… Ты опять за свое!

– Я почти… – Инди шагнул вперед и запнулся о Катину ногу. Мгновение они потоптались на месте, затем столбом повалились на соломенную подстилку. – Ты цела?

Катино дыхание участилось, защекотав ему ухо.

– К твоему сведению, ты лежишь прямо на мне.

– Ага. Погоди только. По-моему, есть! – оттянув кнут большими пальцами, Инди помимо воли прижался лицом к Катиной шее. Ее близость ошеломила все его чувства, наполнив душу трепетом. Губы их встретились, и пальцы Инди прекратили свою работу. Катино тело податливо уступало ему; Инди прижался к ней так крепко, что путы ослабли и кнут сам по себе перескочил через его пальцы.

– Екатерина, я…

– Можешь ничего не говорить. Зато я хочу тебе кое в чем признаться.

Катины слова окружали его во тьме, как нежное, толстое одеяло. Инди мог бы слушать их до скончания веков. Он все еще терся об нее бедрами – уже помедленнее, стаскивая кнут с боков.

– Говори, – заглянув ей в глаза, шепнул Инди.

– Помнишь тот кусок дерева от Ковчега? – выдохнула Катя.

Инди замер. Вот уж этого услышать он никак не ожидал! Должно быть, хочет признаться, что это подделка.

– И что же?

– Когда я держу его, со мной иногда происходят странные вещи. Ну, в том смысле, что я вижу такое, чего еще не было. Я знала, что ты поедешь с нами в Турцию, что из археологов нам подходишь только ты.

– Это чудесно, по-моему.

– Но это еще не все.

Стражник вдруг со всхлипом втянул воздух и закашлялся, потом переменил положение, и Инди увидел, что это сущий боров – добрых фунтов триста живого веса. Только бы не проснулся! Услышав, что стражник снова задышал спокойно и ровно, Инди выдохнул Кате на ухо:

– Только не говори, что видела, как нас похищают и суют в эту яму, нору, или как там ее.

– Не совсем, но нечто подобное нынешнему видела. Ну, что мы вместе.

– Связаны вместе?

– Нет. Просто вместе. Но… а, не имеет значения. Может, у меня просто разыгралась фантазия. И потом, это был не ты, а Джек.

– Как? Ты же сказала, что я.

– В общем, это было… потом.

– Потом? Может, стоит этот разговор отложить на потом?

Кнут уже не держал их, и они поторопились выпутать из него ноги.

– А как быть с руками? – спросила Катя.

– Как раз этим я и занимаюсь. При помощи правой ноги Инди стаскивал башмак с левой. Потом повернулся к ботинку спиной, ухватился за каблук, повернул его и сжал пальцами выскочивший клинок. Потом передвинулся, оказавшись спиной к спине с Катей, и принялся резать тряпичные веревки, стягивающие ее запястья.

– Осторожнее! – шепотом вскрикнула Катя. – Это моя рука.

Инди стал резать помедленнее, но в конце концов узы лопнули. Катя взяла нож из рук Инди и быстро освободила спутника.

Инди сразу же на четвереньках подполз к стражнику и похлопал его по щекам. – Эй, а спать на работе нельзя!

Стражник, вздрогнув, пробудился. но Инди тотчас хватил его затылком о стену. Толстяк съехал на пол, а Инди выхватил у него винтовку.

– Если ты янычар, то нетрудно понять, почему империя рухнула.

– Инди, это не дверь! Она ведет на лестницу, а свет падает сверху.

– Давай-ка поищем путь наружу.

Едва Инди шагнул к двери, как стражник схватил его за лодыжку и рывком повалил на пол. Застигнутый врасплох Инди выронил винтовку и потянулся за ней, однако стражник потащил его прочь, как паук, уволакивающий плененную муху. Инди лягнулся, но толстяк быстро сел ему на ноги. Может, он и болван, зато дюжий.

Выбросив кулак назад, Инди угодил стражнику в челюсть. Удар был точным и крепким, но не нанес верзиле никакого вреда. Инди повторил выпад, и с тем же успехом.

Стражник осклабился, растопырил пальцы и потянулся к горлу жертвы. Инди лбом припечатал его нос; это парализовало нападающего, но лишь на мгновение. Янычар уперся предплечьем Инди в подбородок, крепко охватил его шею, вдавив большие пальцы под кадык. Инди захрипел, лицо его побагровело, потом посинело. Он был уже на грани беспамятства, когда хватка стражника вдруг ослабла. Он вдруг оплыл, как выброшенный на берег кашалот. Инди хлебнул воздуха и, жмурясь, уставился на Катю, стоявшую над стражником, держа винтовку за ствол.

– Не исключено, что я его убила, – вымолвила Катя.

Инди перекатился на живот и вскарабкался на ноги. Из глубокой раны на виске толстяка струилась кровь.

– Все мы когда-нибудь окочуримся, – Инди потер саднящее, изукрашенное синяками горло. – По моему понятию, он отвалил как раз вовремя.

Они вышли из комнаты в коридор.

– Инди, подожди-ка!

– Что еще?

– Я не могу уйти без Ковчегова дерева.

– Еще как можешь!

– Нет, это невероятно важная реликвия. Папа будет просто вне себя, если я ее потеряю. Она воистину бесценна! И даже более того. Она…

– Ага, ни капельки не сомневаюсь. Но наши жизни еще ценнее. Я уверен, что твой отец со мной согласится, – возразил Инди. Потом, заметив написанное на ее лице отчаяние, добавил: – Ладно, будем действовать по обстановке.

* * *

Легче и быстрее всего было добраться до Афин на поезде, поэтому Шеннон с Заболоцким рано утром покинули отель и взяли такси до железнодорожного вокзала. Но невдалеке от цели дорога оказалась запружена машинами, конными экипажами и пешеходами.

– В чем дело? – не утерпел Заболоцкий. – Наш поезд отходит через двадцать минут.

– Тогда лучше пойдем дальше пешком, – решил Шеннон, но тут же заметил полицейский кордон, перекрывший все подходы к вокзалу. Фараоны останавливали всякого, кто хотел пройти. – Нет, вы лучше подождите, а я выясню, что к чему.

Подойдя к толпе, Шеннон заметил мужчину в котелке, по виду англичанина, направлявшегося к хорошо одетой женщине, окруженной многочисленными чемоданами и носильщиками. Джек подошел поближе – послушать, что тот сообщит.

– Что там, дорогой? – поинтересовалась женщина.

– Да вроде ищут каких-то двух убийц. Иностранцев. Говорят, из Америки.

– Ну, ты скажи!

– Ты только подумай: убили маленькую девочку, бедного слепого старика и его сиделку.

– Какой ужас! И долго ли нам придется дожидаться? Поезд отходит через час.

– Этого еще не хватало! – подавшись назад, пробормотал Шеннон и поспешил обратно к такси. Мало того, что его подозревают в тройном убийстве – у него под мышкой пистолет.

– По-моему, нам лучше плыть до Афин морем, – сообщил он Заболоцкому. – Полиция ищет убийцу.

– А кого убили? – справился Заболоцкий.

Шеннон пересказал, что слышал, постаравшись изложить это вкратце и без деталей, поскольку заметил, что шофер, немного владеющий английским, внимательно вслушивается.

Заболоцкий бросил косой взгляд на шофера, потом снова посмотрел на Джека.

– Это ужасно! По-моему, вы правы. Сегодня лучше поехать морем.