Гады! Не знаю как, но в руке уже лежал метательный нож. Замах, как учил дед Кирей, бросок. Второй нож, замах, бросок. Два наёмника с ножами в шеях свалились рядом с телом хозяина избы. Заходить и проверять, что там случилось не стал и так было понятно, что в живых рядом со мной никого нет. Вытащил ножи и побежал дальше.
Минут через сорок тропинка вывела к дороге. Место для перехвата колонны лучше не найдёшь. До засады версты две и за изгибами дороги её отсюда не разглядеть. Здесь и будем дожидаться.
Кошелевцы появились минут через тридцать. Не торопясь, вышел на дорогу и помахал руками над головой. Пулемёт на переднем броневике дёрнулся в мою сторону, но пока молчал. Машина подъехала почти вплотную и из неё выскочил прапорщик в кожанке.
— Кто таков? Почему остановил? — навёл он на меня свой Маузер.
— Впереди засада, — и протянул ему кольцо поручика.
Тот явно узнал его и развернувшись крикнул:
— Господина поручика к головной машине.
Команда эхом голосов затерялась в глубине колонны. Вскоре появился офицер. Пришлось обстоятельно всё рассказать и даже показать на карте, что и кого я заприметил. Напоследок мне пожали руку и посоветовали незамедлительно возвращаться назад. М — да… ни спасибо, ни до свидания, но понять их можно — уж очень торопятся.
На середине пути по правую сторону от меня разгорелся нешуточный бой. Дорогу невидно из — за небольших рощиц, раскиданных по окраине частного сектора. Приходилось лишь гадать, что там происходит и заодно повнимательнее поглядывать по сторонам, чтобы не наткнуться на отходящих наёмников. Тфу ты, накаркал! Из — за соседней избы выскочило трое с оружием наперевес: двое с винтовками и последний с ручным пулемётом Льюиса. Люггер уже в руках, до наёмников метров пятнадцать, промахнуться не должен. Пистолет два раза дёрнулся в руке и пулемётчик заваливается на землю. Остальные двое кинулись врассыпную, обходя меня с двух сторон. Меняю позицию, спрятавшись за ближайшим дровяником. Визуально никого не вижу, но точно знаю, что ближайший ко мне наёмник ползёт вдоль плетня, изредка вглядываясь сквозь его щели. Второй спрятался за избой и пытается высмотреть меня, водя стволом винтовки из стороны в сторону.
Жду пока ползущий вдоль плетня поравняется с дровяником. Ориентируюсь на его ауру и как только его голова показалась в секторе обстрела стреляю сквозь плетень. Ветки деревьев, из которых он был сплетён, оказались слабой преградой и наёмник так и не понял откуда в него стреляли. Второй не стал зря размусоливать и несколько раз пальнул на звук выстрелов. Отползаю к сараю, теперь он меня точно не видит. Вскакиваю и бегу к избе, за которой прячется оставшийся в живых наёмник. Зайти ему за спину и расстрелять в упор особого труда не составило.
На этот раз меня уже ничто не торопило и я занялся трофеями. Три вещмешка, оружие, патроны и 58 рублей мелочью — вот весь мой прибыток. Спрятал всё в дровянике и отправился дальше. Стрельба на дороге меж тем заметно поутихла и похоже наёмникам пришёл полный абзац.
Дед Кирей дожидался меня один. Как только началась стрельба к ним пробрались бойцы из дружины Кошелевых и забрали раненых.
— Рад что с тобой всё в порядке, — хлопнул он меня по плечу.
— Дед, а чего ты поручику не признался, что и сам в прошлом служил? — задал я ему не дававший мне покоя вопрос.
— Вот заноза! — недовольно буркнул он в ответ и набив трубку продолжил. — Не всё гладко у меня с «благородиями». Служил я денщиком у одного эстета. Загиб у него один имелся — солдаты в бой должны идти красиво, как на параде! Думал, рисуется перед своими, ан нет! Перебросили нашу часть братьям — славянам на подмогу в Болгарию, там как раз тёрки с басурманами намечались. В первом же бою почитай полегла вся наша рота. Умирали красиво — стройными шеренгами и тянув носочек. Меня тогда этот эстет послал на поле поднимать залегших солдат, турки их косили из пулемётов, что ту самую траву. Задело меня тогда в руку. Вот я после боя и высказал ему всё, что думаю о парадах, ну и слегка зарядил здоровой для пущей сообразительности. Командир батальона спровадил оскорблённого пострадавшего из части куда подальше, а меня в госпиталь направили. И всё бы ничего да у любителя парадов покровители имелись. Меня тут же комиссовали по состоянию здоровья с лишением всех воинских званий, хорошо ещё, что награды не тронули, а то бы и без пенсии остался вовсе.
Остаток дня провели каждый у себя. Во двор выходить было опасно — дружина Кошелевцев проводила зачистку всего сектора и попасть под шальную пулю было проще простого. А со стороны промзоны не доносилось и звука. Перед тем как поручика забрали свои, он по секрету немного поделился с дедом. Оказывается, Побеских ждал большой сюрприз и выбраться из промзоны они уже никак не могли. Что там придумали Кошелевы поручик не сказал, намекнул только, что магов у них гораздо больше, чем считали противники.