Валяясь целыми днями на пляже, мы купались, отдыхали, продолжали работы по написанию тестов для Орион-128, продолжали изучать школьный курс, занимались любовью… В общем, программа была насыщенной.
Всё это время над нами висел телескоп, направленный на обнаруженный нами город: мы наблюдали за ним как бы между делом.
— Тебе не кажется, что Косм немного странный? — спросил я Эт, валяясь на песке, разглядывая вход в местную ратушу.
— Почему ты так считаешь?
— Мы с ним уже изучили довольно большое количество информации. В моём мире на это тратят несколько лет. Такой объём новых данных неизбежно должен был привести к тому, что у него появились бы какие-то интересы или предпочтения. Он должен пытаться узнавать больше о том, что ему более интересно и наоборот — избегать скучных уроков.
Я специально попросил тебя поучить его демонскому письму: думал здесь у него будет какая-то, но отрицательная реакция.
Но нет, он впитывает информацию как губка. Говорит: “Ещё!”, “Кушать!”, “Играть!”, но никогда не скажет: “Вместо этого, давайте сделаем это!”. Будто он равнодушен ко всему. Но почему он тогда занимается? Непонятно.
— Так может просто спросить у него? Чего проще? — Этера потащила меня в наш учебный класс — Косм! — позвала она.
Поскольку мы уже занимаемся геометрией и оптикой, то меня сбивал его первоначальный образ двух-трёхлетнего малыша. Перейдя к более взрослым темам, мы стали представлять его в виде подростка. Невысокий, рыжий, с хитрыми глазами мальчуган — этакий Том Сойер, из старого советского фильма, поднял на нас глаза, оторвавшись от тетради.
— Да?
— Расскажи нам: что ты хочешь?
— Я не понял. — ответил, откладывая всё в сторону, пристально уставившись на нас.
— Есть у тебя какая-нибудь мечта? Ты что-нибудь хочешь от будущего?
— Да есть.
— Расскажи нам о ней.
— Я хочу узнать от вас всё-всё, что можно узнать, а потом… стать путешественником.
— Но ведь ты же знаешь кто ты? Ты — дерево. Мне кажется, что деревья и путешествия — это несовместимые вещи. — удивилась Эт.
— Да. И от этого мне больше всего грустно. Я не хочу с вами расставаться. Я не хочу чтобы вы меня проращивали. Когда вы посадите меня, то уйдёте, а я останусь один.
— Но мы обещали твоей маме…
— Я знаю. И я тоже обещал. От этого ещё грустнее.
Казалось, что с нами разговаривает очень взрослый человек: ребёнок вряд ли принял бы неустраивающую его действительность, вряд ли стал бы просто грустить. Ребёнок попытался бы что-то поменять. Даже обещание данное матери он попробовал бы как-то пересмотреть, переиначить. Возможно искал бы решение внутри рамок, которыми его ограничивает обещание.
В ответе Косма сквозило какое-то смирение, самоограничение и… безысходность.
— Хм… — озадачился я. — Если пораскинуть мозгами, то можно что-нибудь придумать, чтобы обеспечить тебе возможность путешествовать. Например, для этого надо будет доделать компьютер.
— Компьютер? Это то, над чем вы с Эт постоянно возитесь?
— Да. Когда мы его доделаем, то с его помощью можно будет плести разные плетения. Много-много и быстро. Можно будет смотреть и слушать что происходит в разных частях мира. Может быть даже получится запустить на этой планете интернет.
— Что такое интернет?
— Это способ общения любого жителя планеты с любым другим.
— А много вам осталось, чтобы запустить ваш компьютер?
— Мы в самом-самом начале пути. После того, как мы его сплетём, впереди ещё будет огромное количество дел: реализовать языки программирования, написать программы базы-данных, программы общения, обмена видео, изображениями. Ни я ни Этера не справимся с таким объёмом работ. По крайней мере за разумное время.
— А зачем тогда вы этим занимаетесь?
— Я хочу подключить к этому всех жителей планеты.
— Всех жителей планеты? — удивилась Эт. — Как?
— Сперва мы напишем какой-то простой язык программирования и операционную систему. Сделаем возможность программно генерировать плетения. Потом на базе плетения связи, сделаем индивидуальный интерфейс к компьютеру.
А после, при помощи конструктов, разошлём его всем жителям планеты. Используя этот интерфейс, люди смогут начать общаться между собой на любом расстоянии. Многие из них заинтересуются… А дальше пусть читают документацию и пишут новые программы. Если всё получится, то Орион-128 будет в миллиарды миллиардов раз мощнее нежели все компьютеры моей планеты. То есть когда человечество этого мира исчерпает его ресурсы, то оно совершенно точно будет в состоянии построить 256-битную версию.