– То что мы с тобой одинаковые? Или то, что я слышала твой голос, точнее мой, у себя в голове?
Девушка, полностью похожая на меня, улыбнулась уголками губ.
– Я полагаю, что ответ в данной ситуации не требуется?
– Нет, – быстро прерываю девушку. – Как раз требуется. Что происходит? Почему мы как две капли воды похожи друг на друга? И какого черта я слышу твой голос в своей голове?
– Хорошо, – девушка выставляет руки в примирительном жесте. – Я попытаюсь ответить на некоторые твои вопросы.
– Только на некоторые? – складываю руки на груди, изогнув бровь.
– Да, – девушка опускает голову. – Потому что на остальные я и сама не в состоянии ответить.
– Хорошо, тогда отвечай на те, которые можешь.
– Тогда задавай.
– Хорошо, – опускаю руки вдоль тела. – Кто ты?
– Я Вирт.
– Это твое настоящее имя?
Губ Вирт коснулась легкая улыбка, которую я так часто видела на семейных фотографиях и в зеркале.
– Нет, но это единственное имя, которое ты сейчас должна знать.
– Почему?
– Потому что, как я уже говорила, в этом мире очень много людей нуждающихся в том, что принадлежит мне.
– И что же это?
– Моя сила.
Ее последний ответ немного вводит меня в ступор.
– Твоя кто?
– Моя сила, – отвечает Вирт, будто это элементарно. – Катарина, я темный дух хаоса и тьмы.
– Кто? – из меня невольно вырывается смешок. – Скажи мне что это шутка.
Но лицо Вирт так и осталось серьезным. Она не шутит.
– Ты дух? Темный дух? – спрашиваю, смотря на девушку.
– Да. Темный дух хаоса и тьмы.
– Ладно, – опускаю голову, тяжело выдыхая. – Сейчас для меня это слишком сложно, поэтому не будем копать дальше эту тему. Просто продолжим.
– Хорошо, – быстро соглашается со мной Вирт.
– Если ты темный дух, тогда что ты делаешь в моем теле?
И тут вся серьезность Вирт исчезает. И в ее глазах появляется растерянность.
– А вот это как раз и есть тот вопрос, на который у меня нет точного ответа, – отвечает девушка, опустив голову.
– Тогда расскажи мне неточный ответ, – прошу Вирт.
– Я не помню своей жизни. Вообще. Никаких воспоминаний. Не помню ни своей семьи. Ни друзей. Никого.
– То есть ты забыла свою жизнь? А разве у духов бывает настоящая жизнь? – я не очень сильно понимаю, о чем она говорит.
– Бывает, – усмехается девушка. – Но дело в том, что я ничего о ней не помню. Помню только, как все потемнело перед глазами, а потом я проснулась в теле младенца.
Между нами повисает тишина. И каждый из нас знает, в чьем теле оказалась Вирт. В моем.
– То есть, спрашивать тебя о том, почему ты проявилась только сейчас, бесполезно?
– Ну, почему? Не бесполезно. И я проявилась не только сейчас. Я всю жизнь защищала тебя. От всех внешних неприятностей.
И у меня перед глазами мигом пронеслись все события в моей жизни. Все моменты, когда я была между жизнью и смертью.
– Когда я в детстве выпала из окна второго этажа, то не разбилась. Когда родители заметили, что я упала, они были удивлены тому, что на мне не было ни царапины, и я безмятежно сидела и играла с игрушкой в своих руках. Это ведь была ты?
Поднимаю глаза на свое отражение. Только с легкими локонами и красными прядями в волосах. А также бордовыми глазами.
Девушка молча кивает.
– А когда я упала в воду с моста, по которому гуляла вместе с подругой. Я не умела плавать. Меня должно было унести течением, или по крайней мере я должна была захлебнуться. Но я оказалась на берегу. Это тоже ты?
И вновь кивок, подтверждающий мои воспоминания.
– И когда я опрокинула на себя кастрюлю с кипятком. У меня должны были быть ожоги на лице, руках и груди. Но, когда в больнице распутывали бинты, на мне от ожогов не осталось и следа. Это тоже ты?