Мысль о том, что планеты играют особую роль в жизни людей, — упрощенная квинтэссенция астрологических учений, которые к VIII веку были уже старыми. Однако последние восемнадцать слов выражают собственную теорию аль-Кинди, ибо именно здесь он говорит, что одна группа небесных тел сообщает свое влияние посредством другой группы небесных образований — звездных излучений. Можно разглядеть оживление потока мысли, которое на Западе приведет к открытию электромагнитного поля и различных теорий социобиологии. Введенные в рамки астрологии и астрономии волевым решением, звездные излучения аль-Кинди обладают теми свойствами, которые требуются для ответа на вопросы, не дающие покоя аль-Кинди. Излучения возникают в планетах; они несут свою силу к Земле в центре Вселенной; и они столь многообразны, как и сами звезды, «поскольку вся работа звезд проистекает через излучения, которые различны — по каждому способному меняться признаку» [77].
Но не только звезды наделены излучениями. На поверхности земли люди, минералы и горы испускают свои излучения: и это в самом деле так, ибо «огонь переносит излучение тепла в окружающую среду, а земля — излучения холода» [78]. С открытием излучения польза от него увеличивается в разы. Вот только аль-Кинди не задумывается, каким образом звездному излучению удается осуществлять свое влияние. А на этот вопрос даже современная наука вряд ли способна ответить.
Какими бы ни были частности его теории, основные идеи трактата «О звездных излучениях» не совпадают с ортодоксальным исламским учением. Действие на расстоянии — это отличительная черта, главный признак магических практик в общем и астрологии в особенности. Но действие на расстоянии существует и для молящегося. И философ, ломающий голову над физическим объяснением силы молитвы, рискует убить душу священного учения. «О звездных излучениях» — книжка опасная. Так, например, в 1277 году епископ Парижский Стефан Тампье был осужден за еретические идеи, схожие с теми, что изложены в трактате.
Подробности личных взаимоотношений аль-Кинди и Абу-Машара утрачены. Ясно только, что Абу-Машар был околдован аль-Кинди. Поразительным доказательством служит то, что, описывая способность разума преодолевать расстояния между людьми, они прибегают к обстоятельствам, которые им обоим хорошо известны. Абу-Машар обращается к аль-Кинди за наставлениями, на какое-то время становится его учеником, и они вместе изучают математику и философию Античности. Раздвигая границы своих познаний, Абу-Машар превращается в образованного человека и становится сначала довольно известным, а потом и крайне влиятельным астрологом. Принял ли он учение о звездном излучении аль-Кинди целиком? Не знаю. Но, по всей видимости, Абу-Машар приобрел нечто более важное — методологический принцип: ни шага без объяснения. И весу в этом принципе гораздо больше, чем может показаться при первом взгляде на данные четыре слова. Под «объяснением» аль-Кинди в теории о звездном излучении понимал физическое объяснение. А под физическим объяснением — схему, в которой никакая сила и никакое влияние не передаются на расстоянии, а Вселенная заполняет промежуточное пространство, просто чтобы функционировать. Тут-то и сокрыта ересь.
Почерпнув у аль-Кинди столь многое, Абу-Машар повторил его и в этом: он окончил свою жизнь атеистом.
Услуги Абу-Машара стоили немало. Работая придворным астрологом у аль-Мутаза, он получал доход с земли в сто динаров, с недвижимости — в тридцать динаров и еще тысячу динаров жалованья. Благодаря таким доходам он стал зажиточным человеком и добился серьезного влияния в обществе [79].
В первые десятилетия IX века Абу-Машара можно было застать за составлением гороскопа индийского принца, увидеть рядом с аль-Мутамидом в военном походе. А как-то аль-Мутамид попросил своих астрологов составить карту, которая должна была раскрыть ту непростую мысль, что посетила его накануне. Оказалось, правитель предавался раздумьям о стельной корове. Абу-Машар и его коллега сумели описать ее теленка. Выдуманная эта история или правдивая, размышлял ли аль-Мутамид о стельной корове или нет, и вообще могут ли воображаемые стельные коровы родить астрологически зримых телят — сейчас, признаться, сказать трудно.
Через некоторое время Абу-Машар уже дает астрологические советы тем, кто недоволен правлением халифа. Затем он служит астрологом у принца аль-Муваффака. И сопровождает его в какой-то давно забытый военный поход в Басру. В свободное от работы время Абу-Машар составляет ряд важных астрологических текстов: «Книгу рождений», «Книгу соединений», «Книгу проницательности», «Книгу выборов», «Книгу тысяч», «Книгу соединения двух пагубных планет в Раке»[21] и «Книгу дождей, ветров и перемен в погоде», вторая часть которой посвящена астрологии цен. Бытует довольно странное мнение, что Абу-Машар заимствовал несколько своих самых значимых работ из сочинений Санада ибн Али. Представим себе Абу-Машара в одиночестве в библиотеке с мраморным полом и китайскими вазами, нежно выбирающим слова, предложения, абзацы или даже главы из какого-нибудь забытого трактата Санада ибн Али, а потом скрывающим следы плагиата с помощью замены слов и легкого косметического припудривания. Такую картину невозможно созерцать без удовольствия.