- Кесси, пойдем. Я помогу тебе собраться.
- Но Томми… – начала было возражать девушка, но Том довольно жестко её перебил:
- Кесс, не спорь. Пойдем. Соня, - повернулся близнец ко мне, - Завари, пожалуйста, чаю.
Кивнув, я включила чайник и подошла к плите. Эта Кесси явно пыталась что-то приготовить, но не успела. Ну, не очень то и хотелось, поэтому я без малейшего зазрения совести выкинула содержимое сковородки в мусорку. После чего залезла в холодильник и, достав всё необходимое, быстро соорудила парочку сендвичей для брата. Себе же я выложила остатки пасты. Да, мне захотелось начать день с чего-то жирного и вредного. Могу себе позволить.
Стоило мне поставить тарелку в микроволновку, на кухню вернулся Томас, уже полностью одетый. Сев за стойку, он благодарно улыбнулся мне, и притянув к себе тарелку, приступил к завтраку.
- Братишка, - не упустила я случая плеснуть немного яду в наше утро, - Мы, кажется, договаривались о том, что твои подружки приходят и уходят так, чтобы я их не видела.
- Жнаю, прости, - кивнул братишка с набитым ртом, - Она просо не очшень умная. Не поняла меня вчшера.
- Не говори, пока не проглотишь, - хмыкнула я, - Когда ты уже угомонишь свои гормоны? Нет, не отвечай. Я итак знаю, что этот день никогда не наступит.
Микроволновка звякнула, сообщая, что моя еда подогрета и ждет, пока я начну её употреблять. Достав тарелку, я начала есть. Точнее, попыталась, потому что рот мне обжег по-настоящему раскаленный кусочек пасты и сыра.
Выплюнув еду обратно в тарелку, я простонала:
- Вот что со мной не так? Почему я постоянно – постоянно! - подогреваю еду в микроволновке так, будто хочу, чтобы черти пришли из ада и сказали: "О, а у нас в котлах жар и то послабее будет!"
Томас засмеялся:
- Это потому что на самом деле ты – дьявольская штучка. Сильно обожглась?
Я покачала головой:
- Не особо, но аппетит это мне отбило. Поехали на учебу, сто лет там не была.
Кивнув, Томми сложил в посудомойку посуду и, кинув мимолетный взгляд на мою шею, заметил:
- Прикольное украшение. Новое?
Дотронувшись до кристалла, я кивнула:
- Считай это подарком от бабушки. Для защиты от всяких особей.
Собравшись - и не забыв прихватить мою спортивную форму – мы загрузились в машину и помчались в сторону университета. Вот уж по чему я совершенно не скучала, так это по тому месту, которое гордо именовало себя Гамбургским университетом. Ситуацию портил и тот факт, что за эту неделю я и не думала садиться за учебники. Так что, будем надеяться, что меня не вызовут отвечать, и не устроят никакую контрольную работу.
Поздоровавшись со всеми сокурсниками – которые, оказывается еще и скучали по мне – я заняла свое место рядом с Томом. За минуту до звонка в аудиторию вплыл – иначе и не скажешь – сам Вильгельм Шварц. В серых кроссовках, черных джинсах и серебристом пуловере – он был почти зеркальным отражением меня. Придурок. Окинув аудиторию таким взглядом, будто всё здесь принадлежит ему, Билл подошел к нашей длинной парте и встал напротив парня, который занял место по другую руку Томаса. Один короткий взгляд – и мой сокурсник шустро собрал свои вещи и благоразумно ретировался. А сам брюнет занял освободившееся место.
Я негромко фыркнула, но парни меня не услышали, занятые приветствием друг друга.
- Внимание, группа! – нас отвлек появившийся ректор.
Вот уж кто редко захаживал к нам, так этот почтенный дядечка. Только если вдруг кто-то серьезно косячил – тогда, пожалуйста, герр Шнайдер тут как тут. Итак, что же мы натворили на этот раз? Я – точно ничего, меня ведь не было!
- Отвлеку вас буквально на минуту – продолжил между тем ректор, - Похоже, у нас появилась славная традиция принимать в своих стенах новых учеников в середине семестра. Да, к вам из Лейпцига перевелась новая девушка, Ханна Кляйн. Прошу любить и не жаловаться. Ханна, познакомься со своей новой группой.
Из-за спины герра Шнайдера вынырнула невысокая девушка и, окинув своих сокурсников взглядом, сдержанно кивнула. Я услышала, как сидящий рядом Том сдавленно охнул, и прекрасно понимала, почему. Стоящая перед нами девушка была самим совершенством. Изящная, тонкая, будто тростинка, с длинными волосами цвета жидкого золота, большими ярко-синими глазами, смотрящими на мир чуть удивленно и даже испуганно. От неё исходила какая-то успокаивающая аура, которая несла успокоение и располагала к себе. Глядя на эту девушку, хотелось улыбаться, и на душе будто становилось теплее.